Призрачный бег

В то время я работал коммивояжером, но я бы себя так не назвал. Скорее здесь подходит другое слово — мошенник. Да, именно мошенник, аферист, «лохотронщик», правонарушитель, преступник. Я ездил по провинции центральной части нашей родины и торговал всяким барахлом — это были всевозможные чайники, утюги, электромассажеры, радиоприемники, кухонная посуда, паленые ДВД диски, запчасти от компьютеров и так далее, и так далее. В общем, всем тем, что могло бы поместиться в багажник или на заднее сиденье моей старенькой «Волги». Самое главное то, что весь мой товар я выдавал за изделия лучших производителей мира — от Tefal до Microsoft. Но на самом деле это были даже не грубые подделки, в основе своей это была просто продукция, изготовленная на одном подпольном заводе в Мытищах, где работали иммигранты из юго-восточной Азии за низкую плату и в невыносимых условиях. У фирмы, которой принадлежал завод, было даже название и собственный зарегистрированный по всем законам бренд. Они наносили его на свою продукцию, но я своим ядовитым, льстивым языкам морочил простым деревенским людям голову. Некоторым, незнающим, говорил, что вот этот чайник изготовлен в самой Америке и даже президент ихний пьет из такого же чай. В основном это были люди старшего поколения — бабушки и дедушки. Другим приходилось врать поскладнее. Например, говорил, что у фирмы Braun есть дочернее предприятие, которое называется именно так и, тыкая пальцем в чайник или в утюг или в фен, произносил название мытищинской фирмы. Причем фантазии моей не было предела, я выдумывал на ходу и тут же это воплощал в жизнь. Зачем фирме Braun понадобилось дочернее предприятие, когда оно было организовано, где находятся фабрики. Для особо несговорчивых все до мельчайших подробностей. Каждый раз выдумка была разной, хотя иной раз может и не совсем разной. Одним словом товар мой стоил очень и очень мало, а я продавал его по ценам известных на весь мир производителей, а иногда и дороже. Так же я не стеснялся и воровства. Пригласит меня какая-нибудь старушка к себе в избу или в квартиру, чаем с пирожками угостит, выслушает все мои байки, осмотрит товар и даже чего-то купит. Но стоит ей немного отвлечься, то я своими глазками по хате туда-сюда, туда-сюда. Приглянется мне какая-нибудь вещичка — подвеска золотая или иконка старинная, возьму да прихвачу ее с собой. Себя я оправдывал тем, что считал — глупые люди заслуживают того, что бы их обманывали.

Но не надо думать, что жизнь коммивояжера, ох извините — мошенника, полна только приключений, и сказочной прибыли, скорее наоборот. Жизнь эта полна банальщины и серости, глупых людей и небольшого заработка, вечной усталости и поиска лучшей доли. Меня часто посылали на х… й, ругались на меня, били, причем я по несколько недель лежал в больницах с переломанными ребрами или руками, ногами. Грабили местные бандиты, поэтому я почти всегда сидел в долгах. Меня знали во многих отделениях милиции, но у них на меня ничего не было, и задерживать долго меня они не имели право. Хотя это не мешало им избивать меня, и с этим я ни чего не мог поделать, приходилось откупаться.

Но, наверное, если разобраться, жил я, довольно неплохо, мне хватало денег на еду (и не на самую плохую), на дом в одном из городков, который находился в одной из тех областей, где я путешествовал. Хватало денег на то, что бы проводить ночи в придорожных отелях во время работы, а не ночевать в машине. Хватало на «бухло», на «траву», на женщин, и на многое другое, чего только могла желать молодая необразованная душа. Но чего-то все-таки не хватало, хотелось чего-то другого, чего-то более возвышенного. Но на что я мог рассчитывать с десятью классами средней школы и сельскохозяйственным техникумом. Я ведь по сути больше ничего не умел. Да и не хотел чему-то учиться. Семьи у меня не было, только мать, жившая в том же городе, где у меня был дом, стремиться было не к чему.

Так вот. Во время моего очередного «круиза» по нижегородской области у меня сломался автомобиль, прямо на трассе. Я остановился на обочине, и заглушил, и так уже погасший, движок. Он часто ломался, и я уже привык, но это всегда выводило меня из себя. И на этот раз, я как разъяренный зверь выбежал из«Волги», ругаясь на чем свет стоит и чуть ли не колотя машину, открыл крышку капота и начал пристально всматриваться. Чего я там хотел увидеть? Не знаю. Я плохо разбирался в машинах. Любил только на них быстро ездить, да девок катать, а что бы чего-то чинить — нет уж, извольте, проще в автомастерскую отогнать. Очень часто я смеялся над своими знакомыми, которые не только любили погонять, но и очень любили покопаться в двигателе. Хлебом не корми, дай руки в машинном масле измазать. Особенно забавляли их разговоры. Встретятся два таких умельца, а то и трое или четверо и понеслась.