Этот случай произошел более тридцати лет назад, и мне тогда было около тридцати. Я очень хорошо помню тот печальный для многих день. Группа людей, одетых в черное, безмолвно ожидала приезда машины с телом дорогого мне человека. Папа… Пусть земля будет тебе пухом… Я украдкой поглядывал на мать, которая не без усилий сдерживала слезы, и не решался говорить сквозь образовавшийся в горле ком. Моя старшая сестра молча стояла и задумчиво смотрела куда-то вдаль…
2 мин, 0 сек 104
Но вот послышался шум мотора, и на территорию кладбища медленно заехал небольшой фургон. Под взглядами людей он плавно преодолел расстояние от кладбищенских ворот до места действия. Из фургона вышли четыре крепких парня в темных комбинезонах и извлекли деревянный гроб. Взвалив последнее пристанище отца на плечи, они двинулись по узкой тропинке, ведущей от дороги до места захоронения. Донесли, аккуратно поставили на землю и начали крепить веревки. И вот уже гроб висит над жадно разинувшей пасть могилой. Вот отца медленно начали опускать вниз… Полметра… Еще полметра… Гроб опасно накренился. Многие испуганно ахнули. Затем этот безжалостный деревянный ящик полностью скатился с одной из веревок и рухнул вниз… Криво… Боком… Лица провожающих побелели от испуга. Несколько человек бросились в могилу поправлять гроб.
И вот, через некоторое время, на гроб упала первая горсть земли, вторая, третья… седьмая… Сбился со счету… Прощай, родной… Оставшаяся часть дня была немногословной, ничего примечательного не происходило. В горьком осознании я жаждал наступления целительной ночи, надеясь забыться сном.
И вот она пришла, успокаивающая, тихая. Ночь. Наконец-то я закрылся в своей спальне, маленькой и уютной. Луна мягко освещала комнату. Я долго лежал без сна и философствовал. Скрип двери… Стоп! СКРИП ДВЕРИ?! Я ведь один в квартире! В голове похолодело от страха, сердце трепыхнулось, тело будто парализовало. Дальнейшее я мог только наблюдать. Дверь медленно отворилась, в спальню вошел… ОТЕЦ! По всему телу побежали мурашки, я даже почувствовал, как на голове встали дыбом волосы. Отец медленно прошествовал через комнату и сел на край кровати. Я во все глаза таращился на знакомое лицо с грустными глазами и не мог выдавить из себя ни слова. Отец печально улыбнулся мне и сказал: «Эх, Саша-Саша, чего же вы меня уронили»… Я изо всех сил призывал хоть какие-то мысли в свою голову, но тщетно… Мысли витали где-то очень далеко — я не был способен ни сказать что-либо, ни мало-мальски пошевельнуться.
Тем временем отец, не дождавшись от меня ответа, так же медленно встал и отправился обратно через спальню. Дойдя до двери, он обернулся, окинул меня прощальным взглядом и вышел. Я провалился в обморочный сон.
Проснувшись утром, я первым делом вспомнил о ночном госте и вскочил на ноги. Я лихорадочно озирался в поисках чего-то важного… ДВЕРЬ! Так и осталась открытой! Сквозняка у нас не было, а значит все, что произошло этой ночью — не плод моего воображения. Отец и правда приходил. Приходил пожурить меня слегка на прощание… Слегка, да уж… Что ж, после этой истории я уверился в существование потустороннего мира.
И вот, через некоторое время, на гроб упала первая горсть земли, вторая, третья… седьмая… Сбился со счету… Прощай, родной… Оставшаяся часть дня была немногословной, ничего примечательного не происходило. В горьком осознании я жаждал наступления целительной ночи, надеясь забыться сном.
И вот она пришла, успокаивающая, тихая. Ночь. Наконец-то я закрылся в своей спальне, маленькой и уютной. Луна мягко освещала комнату. Я долго лежал без сна и философствовал. Скрип двери… Стоп! СКРИП ДВЕРИ?! Я ведь один в квартире! В голове похолодело от страха, сердце трепыхнулось, тело будто парализовало. Дальнейшее я мог только наблюдать. Дверь медленно отворилась, в спальню вошел… ОТЕЦ! По всему телу побежали мурашки, я даже почувствовал, как на голове встали дыбом волосы. Отец медленно прошествовал через комнату и сел на край кровати. Я во все глаза таращился на знакомое лицо с грустными глазами и не мог выдавить из себя ни слова. Отец печально улыбнулся мне и сказал: «Эх, Саша-Саша, чего же вы меня уронили»… Я изо всех сил призывал хоть какие-то мысли в свою голову, но тщетно… Мысли витали где-то очень далеко — я не был способен ни сказать что-либо, ни мало-мальски пошевельнуться.
Тем временем отец, не дождавшись от меня ответа, так же медленно встал и отправился обратно через спальню. Дойдя до двери, он обернулся, окинул меня прощальным взглядом и вышел. Я провалился в обморочный сон.
Проснувшись утром, я первым делом вспомнил о ночном госте и вскочил на ноги. Я лихорадочно озирался в поисках чего-то важного… ДВЕРЬ! Так и осталась открытой! Сквозняка у нас не было, а значит все, что произошло этой ночью — не плод моего воображения. Отец и правда приходил. Приходил пожурить меня слегка на прощание… Слегка, да уж… Что ж, после этой истории я уверился в существование потустороннего мира.
