Фандом: Гарри Поттер. ПостХог. «Минздрав Магической Британии предупреждает — курение доводит до гарридраки!»
268 мин, 59 сек 8397
— Это замечательно, что ты собираешься на бал! — директор мечтательно пригладил свою длинную белую бороду. — Помнится, я был на этом балу… в каком же году это было?
— Конечно, он пойдет на бал и отдавит ноги всем танцующим дамам, потому что понятие «вальс» не совместимо с фамилией«Поттер», — проскрипел из другого портрета предыдущий директор Хогвартса, профессор зельеварения, Северус Снейп.
— Северус, вы несправедливы к мальчику, — заспорил с бывшим деканом Слизерина Дамблдор, — Гарри прекрасно танцевал на балу в год проведения Кубка Огня.
— Благодаря мисс Патилл, — скривился Снейп.
— Совершенно напрасно вы так думаете, Северус! Студентов учила танцам профессор МакГонагалл, а она известна, как прекрасный партнер для вальсирования.
— Сомневаюсь, что Поттер помнит хотя бы одно движение, — укутавшийся в черную мантию Снейп походил на старую больную летучую мышь.
Гарри с тоской слушал их разговор: «Как будто меня здесь нет. Скорее бы Джинни пришла!»
Ещё пару минут бывшие директоры посвятили обсуждению талантов Гарри и его внешности, пока, наконец, не умолкли, заметив входящую в кабинет Уизли.
— Гарри! Что-то случилось? — Джинни уселась около камина на табурет с гнутыми толстыми ножками.
— Джинни! Наконец-то! Я так скучал! — Гарри смотрел на девушку, отмечая произошедшие в ней перемены: похудела, на бледных скулах чуть заметны розовые пятна румян, блестящие влажные губы и подкрашенные длинные ресницы.
— Да, я тоже скучаю, — как-то натянуто ответила девушка и кашлянула.
— Ты заболела? — встревожился Гарри.
— Немного простыла в лаборатории зельеварения. Там так сыро и прохладно.
— Между прочим, мисс Уизли, низкая температура в подземельях не позволяет раскисать и призывает думать только о работе, — съязвил Снейп со стены.
Джинни насупилась, скрестив руки на высокой груди.
«Что-то не так… — лихорадочно думал Гарри, — что-то в ней изменилось».
— Джинни, у тебя всё в порядке? — спросил он уже вслух.
— Все нормально, просто я так устала! Столько задают, что я не успеваю делать домашние задания. Уже считаю дни до каникул, чтобы хоть немного передохнуть и отоспаться.
Джинни обречённо окинула взглядом кабинет директора, заставленный различными магическими предметами, жеманно хлопнула длинными чёрными ресничками и зевнула, изящно прикрыв пальчиками рот. Взгляд Снейпа, брошенный на девушку, был наполнен брезгливой жалостью. Дамблдор сосредоточенно ковырял длинным скрюченным пальцем в ухе.
— Джинни, — спохватился Гарри, — сегодня утром я получил сову из Министерства. Меня приглашают на торжественный бал. Я очень хочу, чтобы ты пошла со мной.
— Гарри, это здорово! — оживилась девушка и тут же задумалась. — Но ведь мне нужно платье.
— Об этом не беспокойся. До торжества ещё две недели. Как только начнутся каникулы, отправляйся с мамой в ателье мадам Малкин и купи самое красивое платье, украшения… ну, я не знаю, что девушкам ещё надо, чтобы быть самой прекрасной ведьмой на балу?
— Гарри, а ты знаешь, сколько это стоит? — Джинни поджала пухлые розовые губки. Её подбородок задрожал, глаза заблестели.
— Как только начнутся каникулы, я пойду в Гринготтс, так что ни о каких расходах можешь не беспокоиться. Ты должна быть самой-самой красивой! Я хочу представить тебя, как невесту.
— О, Гарри! — снова расцвела девушка. — А как же родители?
— Я уже разговаривал с твоей мамой. Если Артур получит приглашение, они тоже там будут.
Джинни вскочила с низкого табурета и закружилась по комнате:
— Я буду танцевать на балу в самом красивом платье! У меня будут перчатки из тончайшего кружева и прекрасное колье гоблинской работы!
— Да, Джинни, всё, что хочешь! — Гарри смотрел на неё, и его сердце пело. — Все, что ты хочешь, милая.
Снейп скривил губы и, закатив глаза, исчез за рамой портрета. Дамблдор улыбался, с прищуром глядя сквозь очки-половинки на красавицу-гриффиндорку. В кабинет вошла МакГонагалл.
— Молодые люди, вынуждена прервать вас.
— О, извините, что так задержали, — Гарри слегка смутился — восхищаясь Джинни, он совсем позабыл о времени. Директор школы Аврората будет недовольно скрипеть, что его кабинет не предназначен для свиданий и любовных переговоров.
— Пока, Гарри, — помахала ему улыбающаяся Джинни.
— До встречи, милая.
Каминная сеть вновь закружила его в бешеном водовороте, и кабинет МакГонагалл исчез из виду.
Только за ужином Поттер понял, что на пальце его невесты он не заметил кольца.
Последний раз сплюнув на ступени, профессор полётов встал и направился в комнату, накинув мантию-невидимку. Ночь подходила к завершению, оставалось всего несколько часов, чтобы хоть как-то выспаться перед трудным днём.
«Будь, что будет, — думал Гарри, засыпая в холодной кровати, — хуже, чем было, все равно быть не может. Если рыжая семейка стала моими врагами, почему хорёк не может стать мне другом? Или… или»….
О чем-то большем Гарри боялся думать.
— Конечно, он пойдет на бал и отдавит ноги всем танцующим дамам, потому что понятие «вальс» не совместимо с фамилией«Поттер», — проскрипел из другого портрета предыдущий директор Хогвартса, профессор зельеварения, Северус Снейп.
— Северус, вы несправедливы к мальчику, — заспорил с бывшим деканом Слизерина Дамблдор, — Гарри прекрасно танцевал на балу в год проведения Кубка Огня.
— Благодаря мисс Патилл, — скривился Снейп.
— Совершенно напрасно вы так думаете, Северус! Студентов учила танцам профессор МакГонагалл, а она известна, как прекрасный партнер для вальсирования.
— Сомневаюсь, что Поттер помнит хотя бы одно движение, — укутавшийся в черную мантию Снейп походил на старую больную летучую мышь.
Гарри с тоской слушал их разговор: «Как будто меня здесь нет. Скорее бы Джинни пришла!»
Ещё пару минут бывшие директоры посвятили обсуждению талантов Гарри и его внешности, пока, наконец, не умолкли, заметив входящую в кабинет Уизли.
— Гарри! Что-то случилось? — Джинни уселась около камина на табурет с гнутыми толстыми ножками.
— Джинни! Наконец-то! Я так скучал! — Гарри смотрел на девушку, отмечая произошедшие в ней перемены: похудела, на бледных скулах чуть заметны розовые пятна румян, блестящие влажные губы и подкрашенные длинные ресницы.
— Да, я тоже скучаю, — как-то натянуто ответила девушка и кашлянула.
— Ты заболела? — встревожился Гарри.
— Немного простыла в лаборатории зельеварения. Там так сыро и прохладно.
— Между прочим, мисс Уизли, низкая температура в подземельях не позволяет раскисать и призывает думать только о работе, — съязвил Снейп со стены.
Джинни насупилась, скрестив руки на высокой груди.
«Что-то не так… — лихорадочно думал Гарри, — что-то в ней изменилось».
— Джинни, у тебя всё в порядке? — спросил он уже вслух.
— Все нормально, просто я так устала! Столько задают, что я не успеваю делать домашние задания. Уже считаю дни до каникул, чтобы хоть немного передохнуть и отоспаться.
Джинни обречённо окинула взглядом кабинет директора, заставленный различными магическими предметами, жеманно хлопнула длинными чёрными ресничками и зевнула, изящно прикрыв пальчиками рот. Взгляд Снейпа, брошенный на девушку, был наполнен брезгливой жалостью. Дамблдор сосредоточенно ковырял длинным скрюченным пальцем в ухе.
— Джинни, — спохватился Гарри, — сегодня утром я получил сову из Министерства. Меня приглашают на торжественный бал. Я очень хочу, чтобы ты пошла со мной.
— Гарри, это здорово! — оживилась девушка и тут же задумалась. — Но ведь мне нужно платье.
— Об этом не беспокойся. До торжества ещё две недели. Как только начнутся каникулы, отправляйся с мамой в ателье мадам Малкин и купи самое красивое платье, украшения… ну, я не знаю, что девушкам ещё надо, чтобы быть самой прекрасной ведьмой на балу?
— Гарри, а ты знаешь, сколько это стоит? — Джинни поджала пухлые розовые губки. Её подбородок задрожал, глаза заблестели.
— Как только начнутся каникулы, я пойду в Гринготтс, так что ни о каких расходах можешь не беспокоиться. Ты должна быть самой-самой красивой! Я хочу представить тебя, как невесту.
— О, Гарри! — снова расцвела девушка. — А как же родители?
— Я уже разговаривал с твоей мамой. Если Артур получит приглашение, они тоже там будут.
Джинни вскочила с низкого табурета и закружилась по комнате:
— Я буду танцевать на балу в самом красивом платье! У меня будут перчатки из тончайшего кружева и прекрасное колье гоблинской работы!
— Да, Джинни, всё, что хочешь! — Гарри смотрел на неё, и его сердце пело. — Все, что ты хочешь, милая.
Снейп скривил губы и, закатив глаза, исчез за рамой портрета. Дамблдор улыбался, с прищуром глядя сквозь очки-половинки на красавицу-гриффиндорку. В кабинет вошла МакГонагалл.
— Молодые люди, вынуждена прервать вас.
— О, извините, что так задержали, — Гарри слегка смутился — восхищаясь Джинни, он совсем позабыл о времени. Директор школы Аврората будет недовольно скрипеть, что его кабинет не предназначен для свиданий и любовных переговоров.
— Пока, Гарри, — помахала ему улыбающаяся Джинни.
— До встречи, милая.
Каминная сеть вновь закружила его в бешеном водовороте, и кабинет МакГонагалл исчез из виду.
Только за ужином Поттер понял, что на пальце его невесты он не заметил кольца.
Последний раз сплюнув на ступени, профессор полётов встал и направился в комнату, накинув мантию-невидимку. Ночь подходила к завершению, оставалось всего несколько часов, чтобы хоть как-то выспаться перед трудным днём.
«Будь, что будет, — думал Гарри, засыпая в холодной кровати, — хуже, чем было, все равно быть не может. Если рыжая семейка стала моими врагами, почему хорёк не может стать мне другом? Или… или»….
О чем-то большем Гарри боялся думать.
Глава 7
— Ты опять проспал! И забыл запереть двери заклинанием! — Малфой стоял рядом с кроватью и улыбался.
Страница 34 из 77
