Четвертая книга из цикла «Приключения Дворкина». На этот раз главному герою предстоит провести собственное расследование таинственных убийств, произошедших в настоящем замке под Шаровкой. Кто этот монстр, терзающий деревенских жителей не одно десятилетие? И как он связан с историей, случившейся много лет назад в семье хозяина замка — барона Кенинга? Справится ли Дворкин на этот раз? Содержит нецензурную брань.
251 мин, 3 сек 22679
Янка чуть ли расплакалась. Странно, до этой истории я вообще был уверен, что она ничего в этой жизни не боится. Может так сильно меняет людей неизвестность? Ведь мы не знаем, что кроме дикой неуправляемой силы нам может противопоставить шаровский монстр. Магию? Или что похуже, хотя я не знал, что может быть хуже черного колдовства…
— Вот собственно и весь план!
— Краткость — сестра таланта! — съязвила Эльвира Олеговна.
— Других вариантов нет…
— О! Вы уже все проснулись? — на пороге залы стоял Роман Чухненко, тот самый риелтор, который пытался втюхать Заславскому Шаровский замок. Он был одет в бежевый летний костюм и кремовые джинсы. На лице торговца недвижимостью играла натянутая дежурная улыбка, от которой становилось отчего-то противно. Скользкий тип… Не нравился он мне категорически. И где вообще Толик с его доблестной охраной? Как он пропустил сюда этого прохиндея? Как долго стоял здесь Чухненко и что сумел услышать?
— И вам доброе утро! — улыбнулась ему Светка.
— Что же вы к нам ни свет ни заря? — поморщился я. — Часов в пять из Харькова выехали, наверное? — уточнил я, стараясь понаблюдать за реакцией риелтора.
— Меня ноги кормят, как и волка! — улыбнулся Чухненко. — раньше встанешь, больше продашь…
— Это точно! — согласилась с ним Эльвира Олеговна, имеющая опыт торговли купальниками на рынке.
— И что же вас заставило нанести нам столь ранний визит? — насторожился я, попивая горячий кофе.
— А что с вашей подругой? — он кивнул на хмурую Красовскую, ответив вопросом на вопрос.
— Не важно!
— Просто такая красивая девушка не может быть такой несчастной… — Чухненко занял свободное место на диванчике рядом с Яной, закинув ногу за ногу.
— Зачем вы приехали? — по слогам повторил я свой вопрос, начиная злиться. Легкомысленное и какое-то хамоватое поведение риелтора вызывало во мне стойкую антипатию, с каждой секундой перерастающую в бешенство.
— Узнать! Всего лишь узнать. Уважаемый Александр Сергеевич, о вашем решении! Понимаете, хозяин замка спешит, торопит меня… Он рассчитывал на эти деньги, а тут вы…
— Если дело только в этом, — выдохнув, начал объяснять я, — то, думаю, что сегодня вечером мы сможем Вячеславу Сергеевичу дать окончательное заключение о покупки замка.
— Так быстро? — хмыкнул Чухненко. — А, если не секрет, что может повлиять на ваше решение? Что изменится до вечера? Может пока я здесь, быстро оформим сделку?
— Я не имею таких прав! И никто из моей семьи не имеет… — разозлился я. — А сейчас не могли бы вы нас оставить в узком кругу. Мы привыкли встречать утро с родными.
— Ах, извините! — притворно всплеснул руками Чухненко, мимоходом коснувшись Красовской, отчего та еле заметно вздрогнула. — Не хотел нарушить вашу идиллию…
Риелтор стал двигаться к выходу из залы. На секунду у самой входной двери замешкался, будто раздумывая над чем-то, а потом тихо и серьезно спросил:
— Вы рыбак, Александр Сергеевич?
— К сожалению нет…
— А жаль… — пожал плечами Чухненко. — Были бы рыбаком, то знали, что иногда на живца клюет слишком большая и опасная рыба, чем вы надеетесь!
— Что вы имеете в виду…
— Приятного кофепития! — с оглушительно громким стуком за риелтором закрылась дверь. Мы потерянно молчали, обдумывая услышанное. Чухненко определенно что-то знал! И хотел своими словами то ли напугать, то ли предупредить!
— Странный господин, — тихо произнесла Эльвира Олеговна.
— И он в курсе того, что происходит в Белом лебеде, — согласилась с матерью Светка.
— Нам от этого не легче! — все мои мысли были о предстоящей операции. Ни о чем другом в этот момент я думать не мог. — Янчик, ты готова? — спросил я у Красовской, молчавшей, как рыба. Журналистка кивнул, дрожа всем телом.
— А если вы не сумеете его остановить? — впервые задала она вопрос, который ее волновал с самого начала. Увы, но я и сам не знал, что тогда будет. Скорее всего мы все погибнем в этом проклятом замке.
— Все будет хорошо, Яночка! — Света приобняла ее, прижав к себе, погладила по голове, словно маленькую девочку.
— Начнем? — лихо подмигнул мне Мишка, который по молодости своих лет не имел чувства страха перед неизвестной опасностью. В его возрасте смерть воспринимается, как что-то далекое, нереальное… Как нечто, что может произойти с кем угодно, но только не с тобой.
— С Богом! — заключила за всех теща, мимоходом нас перекрестив.
И сразу же задвигались стулья, заскрипел диван. Мы разошлись в разные стороны. Светлана готовить необходимые медикаменты, Эльвира Олеговна согласовывать все действия с Толиком, а Яна двинулась к выходу.
— Ты готов? — спросил я на всякий случай у Мишки, дав возможность Янке отойти от центрального входа подальше.
— Все отлично, Саша! — кивнул мне сосредоточенный сын, которого таким я видел только, когда он решал домашнее задание по алгебре.
— Вот собственно и весь план!
— Краткость — сестра таланта! — съязвила Эльвира Олеговна.
— Других вариантов нет…
— О! Вы уже все проснулись? — на пороге залы стоял Роман Чухненко, тот самый риелтор, который пытался втюхать Заславскому Шаровский замок. Он был одет в бежевый летний костюм и кремовые джинсы. На лице торговца недвижимостью играла натянутая дежурная улыбка, от которой становилось отчего-то противно. Скользкий тип… Не нравился он мне категорически. И где вообще Толик с его доблестной охраной? Как он пропустил сюда этого прохиндея? Как долго стоял здесь Чухненко и что сумел услышать?
— И вам доброе утро! — улыбнулась ему Светка.
— Что же вы к нам ни свет ни заря? — поморщился я. — Часов в пять из Харькова выехали, наверное? — уточнил я, стараясь понаблюдать за реакцией риелтора.
— Меня ноги кормят, как и волка! — улыбнулся Чухненко. — раньше встанешь, больше продашь…
— Это точно! — согласилась с ним Эльвира Олеговна, имеющая опыт торговли купальниками на рынке.
— И что же вас заставило нанести нам столь ранний визит? — насторожился я, попивая горячий кофе.
— А что с вашей подругой? — он кивнул на хмурую Красовскую, ответив вопросом на вопрос.
— Не важно!
— Просто такая красивая девушка не может быть такой несчастной… — Чухненко занял свободное место на диванчике рядом с Яной, закинув ногу за ногу.
— Зачем вы приехали? — по слогам повторил я свой вопрос, начиная злиться. Легкомысленное и какое-то хамоватое поведение риелтора вызывало во мне стойкую антипатию, с каждой секундой перерастающую в бешенство.
— Узнать! Всего лишь узнать. Уважаемый Александр Сергеевич, о вашем решении! Понимаете, хозяин замка спешит, торопит меня… Он рассчитывал на эти деньги, а тут вы…
— Если дело только в этом, — выдохнув, начал объяснять я, — то, думаю, что сегодня вечером мы сможем Вячеславу Сергеевичу дать окончательное заключение о покупки замка.
— Так быстро? — хмыкнул Чухненко. — А, если не секрет, что может повлиять на ваше решение? Что изменится до вечера? Может пока я здесь, быстро оформим сделку?
— Я не имею таких прав! И никто из моей семьи не имеет… — разозлился я. — А сейчас не могли бы вы нас оставить в узком кругу. Мы привыкли встречать утро с родными.
— Ах, извините! — притворно всплеснул руками Чухненко, мимоходом коснувшись Красовской, отчего та еле заметно вздрогнула. — Не хотел нарушить вашу идиллию…
Риелтор стал двигаться к выходу из залы. На секунду у самой входной двери замешкался, будто раздумывая над чем-то, а потом тихо и серьезно спросил:
— Вы рыбак, Александр Сергеевич?
— К сожалению нет…
— А жаль… — пожал плечами Чухненко. — Были бы рыбаком, то знали, что иногда на живца клюет слишком большая и опасная рыба, чем вы надеетесь!
— Что вы имеете в виду…
— Приятного кофепития! — с оглушительно громким стуком за риелтором закрылась дверь. Мы потерянно молчали, обдумывая услышанное. Чухненко определенно что-то знал! И хотел своими словами то ли напугать, то ли предупредить!
— Странный господин, — тихо произнесла Эльвира Олеговна.
— И он в курсе того, что происходит в Белом лебеде, — согласилась с матерью Светка.
— Нам от этого не легче! — все мои мысли были о предстоящей операции. Ни о чем другом в этот момент я думать не мог. — Янчик, ты готова? — спросил я у Красовской, молчавшей, как рыба. Журналистка кивнул, дрожа всем телом.
— А если вы не сумеете его остановить? — впервые задала она вопрос, который ее волновал с самого начала. Увы, но я и сам не знал, что тогда будет. Скорее всего мы все погибнем в этом проклятом замке.
— Все будет хорошо, Яночка! — Света приобняла ее, прижав к себе, погладила по голове, словно маленькую девочку.
— Начнем? — лихо подмигнул мне Мишка, который по молодости своих лет не имел чувства страха перед неизвестной опасностью. В его возрасте смерть воспринимается, как что-то далекое, нереальное… Как нечто, что может произойти с кем угодно, но только не с тобой.
— С Богом! — заключила за всех теща, мимоходом нас перекрестив.
И сразу же задвигались стулья, заскрипел диван. Мы разошлись в разные стороны. Светлана готовить необходимые медикаменты, Эльвира Олеговна согласовывать все действия с Толиком, а Яна двинулась к выходу.
— Ты готов? — спросил я на всякий случай у Мишки, дав возможность Янке отойти от центрального входа подальше.
— Все отлично, Саша! — кивнул мне сосредоточенный сын, которого таким я видел только, когда он решал домашнее задание по алгебре.
Страница 62 из 72
