Проклятие Белого Лебедя

Вдвоем мы вышли на яркое солнце, пышущее летним жаром. У центрального входа топтались два телохранителя, из под пиджаков которых торчали рукояти каких-то серьезных огнестрельных игрушек. Помимо своей воли я почувствовал себя персонажем приключенческого боевика. Огляделся по сторонам. Машины риелтора уже нигде не было.

— Давно Чухненко уехал? — спросил я одного из бодигардов.

— Кто? — косо посмотрел он на меня из-под темных очков, съехавших на самый край носа.

— Риелтор, который вашему боссу продает этот замок. Он утром к нам заходил, чтобы узнать решение по сделке. Вот я и спрашиваю, давно ли он уехал?

— Никого не было, Александр Сергеевич! — охранник взглянул на меня, как на сумасшедшего. — Мы с четырех утра на смене. И за это время в замок никто не входил кроме горничной и Анатолия Ивановича, а вышла Красовская и вы сейчас.

— То есть? — нахмурился я.

— Никого не было, шеф! — пояснил второй охранник.

— То есть как не было? — сердце оборвалось от плохого предчувствия. — Может вы отлучались куда? Это было буквально пять минут назад!

— Мы не имеем права отлучаться с поста! — гаркнули оба в унисон.

Я посмотрел на сына. Который, похоже, как и я уже ничего не понимал. Мы в зале сидели и разговаривали с самым настоящим риелтором, потом он вышел через центральный вход, но никто из дворовых его не видел. То ли у нас на нервной почве начались коллективные галлюцинации, то ли…

— В замке есть еще один черный ход! — вместо меня вслух закончил мою мысль Мишка. — И Чухненко о нем знает…

— Вы чего тут стоите? — на входе появились Эльвира Олеговна с Толиком и Света с холщовой сумкой наперевес, с вышитой на ней красным крестом. С этим импровизированным чемоданом она была похожа на почтальона.

— Чухненко причастен к этим убийствам в замке! — выпалил я.

— Если не он сам и есть барон Кенинг! — добавил Мишка с горящими глазами.

— Это хорошо, а где Яна? — уточнила теща, оглядывая окрестности.

Я повернулся на поляну перед замком. Но не на мосту, не в начале липовой аллеи точеной фигурки журналистки видно не было.

— Черт! — выругался я, и тишину замкового парка разорвал полный отчаяния и ужаса женский крик:

— Помогите!

— Яна! — разом выкрикнули мы.

Быстрее всех сориентировался Толик, не зря столько лет проработал охранником у олигарха. Он выхватил пистолет, на ходу взводя курок, рванул в сторону липовой аллеи. Следом побежал я, а вот Мишка, теща и света отставали. Беременная жена разогнаться сильно не могла, а Эльвира Олеговна в силу своего возраста никак не тянула на спринтера. Так мы и растянулись цепочкой, устремясь на помощь Красовской.

Дыхание сбилось мгновенно. Все-таки я последнее время многовато курю, да и спорт забросил совсем. А вот Толян пер, как молодой лось, уклоняясь от попадающихся на пути веток.

— Помогите! — снова раздалось за кустами где-то левее.

Мы приняли в сторону от аллеи. Мягкая земля проваливалась под ногами. На мокрой от росы траве кроссовки то и дело норовили оскользнуться. У самого края полянки, на которой стоял чертов камень, привезенный из Крыма барыне в наказание, я догнал Толика. Вдвоем с шумом и треском ломаемых ветвей мы вырвались на пустое место.

Янку я увидел сразу. Она опиралась спиной на черный валун, зажимая рваную рану на хрупком плече. Из-под тонких длинных пальцев текла кровь. Журналистка морщилась, но терпела, зовя на помощь.

— Яночка! — я побежал к ней, плюя на все предосторожности. Приземлился рядом на колени, осматривая ее. Ничего кроме раны на плече, не заметив.

— Как ты?

— Сашка… Дворкин…  — глаза журналистки закатывались. Она готова была вот-вот потерять сознание.

— Не засыпай! Не закрывай глаза! — заорал я, тряся ее за руки.

— Он… Он…  — Яна пыталась мне что-то сказать, но сил хватало лишь на начало фразы.

— Янааа!

— Он… здесь…  — я повернулся назад, как ужаленный, скорее почувствовав, чем услышав крадущиеся шаги за спиной.

Передо мной стояло огромное нечто на полголовы выше меня. Сложно сказать, было ли это раньше человеком или нет. Мощное, покрытое свалявшейся серой шерстью тело нависало над нами, как гора. Вытянутая морда с длинным собачьим носом смотрела на меня плотоядным взглядом. С огромных клыков стекала желтая пенистая слюна. Короткие острые уши напряженно двигались в такт дуновению ветра.

Где же Толик? Скосил взгляд в сторону, туда откуда мы забежали на эту проклятую поляну. Охранник Заславского лежал ничком в зеленой траве, уткнувшись лицом в землю, подёргиваясь в предсмертной агонии. На его спине я с трудом разглядел следы острых, как хирургический скальпель когтей.

— Кто ты? — дрожащим голосом спросил я у монстра нависшего надо мной с Яной.

Чудовище осклабилось, обнажив красные десна. Оно хотело меня уничтожить. Разорвать! Выпить досуха!