Проклятие. Бойся страхов своих

Маленькая часовня на городской площади полна народа, и сквозь витражные окна льется преломляющийся свет. Играет орган. Я прислушиваюсь и узнаю «Сицилиану», кажется, Баха (хотя я не большой знаток маггловской музыки). Гроб с телом Симуса, одетого в строгий черный костюм, похожий как две капли воды на наши с Гарри, стоит на помосте. Лицо у Симуса абсолютно бесстрастное, и я с трудом узнаю того беспокойного мальчишку, который постоянно что-то взрывал на уроках (и не только на моих). Мы заняли задние скамьи, но даже сюда доносятся рыдания миссис Финниган, чья голова покоится на плече ее мужа, который сидит прямой, как палка. Видимо, пытается держаться из последних сил, чтобы не уронить себя в глазах соседей. Вокруг меня с потерянным видом расположились авроры, работавшие вместе с Симусом, все в штатском (ведь по легенде он служил в секретном подразделении полиции, а они, насколько я знаю, обычно форму не носят). Я вижу Рона, который время от времени подносит к носу окровавленный платок (и меня, словно игла, пронзает нехорошее предчувствие). Рядом с ним — высоченный, седой, с необычайно расстроенным лицом Джон Фергюсон — заместитель начальника Аврората (сам начальник явиться не смог по каким-то семейным причинам), еще несколько коллег Симуса, имен которых я не помню, все неприлично молодые, почти мальчишки. На соседних рядах — друзья по Хогвартсу (многие были с Симусом в ОД): периодически украдкой смахивающий слезы Невилл Лонгботтом, совершенно потерянный Дин Томас. Почему-то вообще не вижу их одноклассниц, хотя нет, поодаль сидит одетая в белоснежный (и совсем не подходящий к настроению, царящему в церкви) костюм Полумна (уж не знаю, за кем она замужем), а рядом с ней — такой же беловолосый, как и она, и тоже одетый во все белое мальчик. Перевожу взгляд на Гарри — он, не отрываясь, смотрит на гроб с телом своего друга, лицо при этом у него каменное, а глаза абсолютно сухие. Нахожу его руку и сжимаю ее, в ответ получаю такое же пожатие холодных пальцев. Откуда-то сзади слышатся приглушенные рыдания, оглядываюсь и замечаю молодого человека в сером пиджаке, он опустил голову на руки и горько плачет. На мой вопросительный взгляд Гарри шепчет мне на ухо:

— Это Дэвид. Друг Симуса. Они уже года два встречаются… Встречались. Дэвид маггл, Симус скрывал от него, что является волшебником. А от родителей скрывал, что гей. Его отец — очень ревностный католик. Он и сына-мага с большим трудом пережил, а Симус еще и геем оказался. Отец бы просто не пережил! Дэвид, по-моему, только вчера узнал о его смерти…

Мерлин, как же все сложно!

Я чувствую некоторую отстраненность. Мне чрезвычайно жаль Симуса, его родителей и того рыдающего на задней скамье паренька, но я не умею вот так открыто выражать свои эмоции, даже если внутри все будет рваться от невыносимой боли.

Мы выходим из церкви. Отец Симуса, Гарри, Рон, Дин, Невилл и еще несколько человек несут гроб. Мать Симуса, обнимая за плечи, ведут какие-то женщины явно из магглов. И вот мы все стоим у свежевыкопанной могилы, священник читает молитвы и благословления, гроб опускают в яму, и каждый бросает на него горсть земли. Вот и все.

Гарри подходит к мистеру и миссис Финниган и что-то им говорит. На улице ветрено, поэтому слов не разобрать. Мать Симуса кидается к нему на грудь, и он гладит ее по спине. Потом ее обнимает муж, а Гарри присоединяется ко мне. Нам пора возвращаться, но одна мысль не дает мне покоя. Я направляюсь к группе авроров, стоящей поодаль, и выуживаю оттуда Уизли, комкающего в руках окровавленный платок.

— Послушайте, Рон, думаю, вам стоит заскочить на Гриммо. У меня есть пара флаконов кроветворного.

Глава 5. Северус. Рон Уизли

Через несколько недель, когда, как мне кажется, Гарри уже слегка приходит в себя, происходит катастрофа. Мы сидим в гостиной после ужина, и я рассказываю Гарри про последнюю стадию моей новой разработки, что-то вроде Феникс Лакрима, но без обязательного добавления крови зельевара. В принципе, это может стать прорывом в колдомедицине, иногда от наличия или отсутствия достаточных запасов этого редчайшего зелья зависит жизнь человека. Гарри слушает с явным интересом, и в этот момент в камине появляется голова Гермионы. Завидев подругу, Гарри опускается на колени перед очагом. Они говорят так тихо, что я не могу разобрать ни слова, тем более миссис Уизли непрерывно плачет. Голова с тихим хлопком исчезает, а Гарри начинает метаться по гостиной, как тигр в клетке.

— Гарри, ты не скажешь, что произошло?

Он на миг останавливается, как будто споткнувшись о невидимую преграду, и потерянным голосом выдает:

— У Рона с обеда кровотечение. Из горла. Ему очень плохо…