Фандом: Гарри Поттер. Пережив кризис в своих отношениях, Гарри и Северус наконец обрели счастье и покой. Но однажды на совершенно рядовом дежурстве в Гарри попадает странное и страшное проклятие…
203 мин, 12 сек 11118
Утром меня снова ведут на допрос. За столом — незнакомый аврор интеллигентного вида, намного старше моего постоянного следователя. На столе — кубок с бесцветной жидкостью.
— Пейте, — кивок головой в сторону Веритасерума.
Я осушаю кубок до дна, сажусь на приставленный к столу жесткий стул, и тут же следует контрольный вопрос:
— Вы — оправданный Пожиратель смерти Северус Тобиас Поттер-Снейп?
— Да, — отвечаю очевидное.
— Восемь лет и семь месяцев назад вы вступили в сексуальные отношения с вашим бывшим учеником Гарри Джеймсом Поттером?
— Да.
«Чтоб вам всем провалиться с этими вопросами!»
Серые проницательные глаза внимательно буравят меня.
— Я хочу донести до вашего сведения, Снейп, что интимные подробности вашей с Поттером жизни меня не волнуют. Я задаю вопросы исключительно в интересах следствия. Итак. Пять лет назад вы заключили с Гарри Джеймсом Поттером магический нерасторжимый брак?
— Да.
«Рита Скитер чуть не описалась от восторга, когда помещала нашу колдофотографию на передовую страницу» Пророка» —» Герой магической Британии и оправданный бывший Пожиратель смерти заключают магический брак«.»
— Кого из вас двоих магия признала старшим в браке?
— Гарри.
«Отрицать бесполезно, они наверняка проверили родовой гобелен в особняке на Гриммо».
Если это хоть немного поможет Гарри, я готов снять ментальный блок и показать этому аврору, кто у нас за старшего!
— Вы варили зелья для покойных мистера Уизли и миссис Уизли по просьбе вашего партнера?
— Нет, я сам вызвался приготовить Феникс Лакрима и кроветворное для Рональда, а Умиротворяющий бальзам входит в стандартный набор домашних зелий, которые я всегда держу под рукой.
— То, что случилось с вашим мужем в Норе, вы определяете как магический выброс или откат?
Глупо отрицать очевидное, диагноз Гарри уже поставлен.
— Откат.
— Прекрасно. Уведите подследственного!
— Я прошу вас, — я подавляю действие Веритасерума и чувствую, как накаляются наручники. — Дайте мне возможность увидеть Гарри!
Он усмехается мне в лицо.
— Обязательно увидите. На суде! Охранник! Вывести заключенного!
… VIP -Very Important Person или VIP (в переводе с английского — «очень важная персона», «начальство», «высокопоставленное лицо», «большая шишка») — человек, имеющий персональные привилегии, льготы из-за своего высокого статуса, популярности или капитала.
— Не положено.
Думаю, еще пару дней — я рискну жизнью и кину в этих болванов Империо. Или напротив — буду валяться в ногах, умоляя получить о нем хоть какое-то известие. Эта неопределенность мучает хуже Круциатуса!
На восьмой день один из авроров, трижды в день приносящих мне еду, коротко бросает:
— Профессор, суд над вами и Гарри назначен через три недели.
«Профессор» — меня уже лет сто так никто не называл! Поднимаю глаза и вижу мужчину лет тридцати, в котором узнаю мальчишку, учившегося когда-то на Слизерине.
Чувство благодарности охватывает меня, а на глаза наворачиваются непрошеные слезы. Опускаю голову, чтобы он не увидел своего бывшего декана плачущим.
— Благодарю за информацию, молодой человек!
«Суд, — думаю я, — мы встретимся на суде! А потом… Может быть, в Азкабане теперь разрешают свидания»…
Спустя еще неделю от постоянного беспокойства за Гарри в груди поселяется ноющая боль, а тюремная еда (простая, но вполне себе приемлемая) теряет всякий вкус. Несколько дней мне как-то удается запихнуть в себя пресную, как пергамент, пищу. Потом я сдаюсь и перестаю есть. Чтобы охранники ничего не заподозрили, выбрасываю еду в окно. До суда остается девять дней. Пожалуй, я не дотяну…
Я лежу на своем топчане и тупо рассматриваю переданную мне вчера записку от Кингсли:
— Пейте, — кивок головой в сторону Веритасерума.
Я осушаю кубок до дна, сажусь на приставленный к столу жесткий стул, и тут же следует контрольный вопрос:
— Вы — оправданный Пожиратель смерти Северус Тобиас Поттер-Снейп?
— Да, — отвечаю очевидное.
— Восемь лет и семь месяцев назад вы вступили в сексуальные отношения с вашим бывшим учеником Гарри Джеймсом Поттером?
— Да.
«Чтоб вам всем провалиться с этими вопросами!»
Серые проницательные глаза внимательно буравят меня.
— Я хочу донести до вашего сведения, Снейп, что интимные подробности вашей с Поттером жизни меня не волнуют. Я задаю вопросы исключительно в интересах следствия. Итак. Пять лет назад вы заключили с Гарри Джеймсом Поттером магический нерасторжимый брак?
— Да.
«Рита Скитер чуть не описалась от восторга, когда помещала нашу колдофотографию на передовую страницу» Пророка» —» Герой магической Британии и оправданный бывший Пожиратель смерти заключают магический брак«.»
— Кого из вас двоих магия признала старшим в браке?
— Гарри.
«Отрицать бесполезно, они наверняка проверили родовой гобелен в особняке на Гриммо».
Если это хоть немного поможет Гарри, я готов снять ментальный блок и показать этому аврору, кто у нас за старшего!
— Вы варили зелья для покойных мистера Уизли и миссис Уизли по просьбе вашего партнера?
— Нет, я сам вызвался приготовить Феникс Лакрима и кроветворное для Рональда, а Умиротворяющий бальзам входит в стандартный набор домашних зелий, которые я всегда держу под рукой.
— То, что случилось с вашим мужем в Норе, вы определяете как магический выброс или откат?
Глупо отрицать очевидное, диагноз Гарри уже поставлен.
— Откат.
— Прекрасно. Уведите подследственного!
— Я прошу вас, — я подавляю действие Веритасерума и чувствую, как накаляются наручники. — Дайте мне возможность увидеть Гарри!
Он усмехается мне в лицо.
— Обязательно увидите. На суде! Охранник! Вывести заключенного!
… VIP -Very Important Person или VIP (в переводе с английского — «очень важная персона», «начальство», «высокопоставленное лицо», «большая шишка») — человек, имеющий персональные привилегии, льготы из-за своего высокого статуса, популярности или капитала.
Глава 8. Северус. Свидание
Всю следующую неделю не происходит абсолютно ничего. Тщетно пытаюсь расспросить охранников о Гарри и в ответ получаю окрик:— Не положено.
Думаю, еще пару дней — я рискну жизнью и кину в этих болванов Империо. Или напротив — буду валяться в ногах, умоляя получить о нем хоть какое-то известие. Эта неопределенность мучает хуже Круциатуса!
На восьмой день один из авроров, трижды в день приносящих мне еду, коротко бросает:
— Профессор, суд над вами и Гарри назначен через три недели.
«Профессор» — меня уже лет сто так никто не называл! Поднимаю глаза и вижу мужчину лет тридцати, в котором узнаю мальчишку, учившегося когда-то на Слизерине.
Чувство благодарности охватывает меня, а на глаза наворачиваются непрошеные слезы. Опускаю голову, чтобы он не увидел своего бывшего декана плачущим.
— Благодарю за информацию, молодой человек!
«Суд, — думаю я, — мы встретимся на суде! А потом… Может быть, в Азкабане теперь разрешают свидания»…
Спустя еще неделю от постоянного беспокойства за Гарри в груди поселяется ноющая боль, а тюремная еда (простая, но вполне себе приемлемая) теряет всякий вкус. Несколько дней мне как-то удается запихнуть в себя пресную, как пергамент, пищу. Потом я сдаюсь и перестаю есть. Чтобы охранники ничего не заподозрили, выбрасываю еду в окно. До суда остается девять дней. Пожалуй, я не дотяну…
Я лежу на своем топчане и тупо рассматриваю переданную мне вчера записку от Кингсли:
Страница 18 из 56
