Фандом: Гарри Поттер. Все мы знаем Поттера, как спасителя магического мира и героя-одиночку. Но почему-то напрочь забываем о том, что он, в первую очередь, подросток со своими переживаниями и желаниями. Что, если совершенно внезапно одним из таких вот его желаний стала лучшая подруга? И сможет ли подростковая похоть, порожденная разбушевавшимися гормонами, перерасти в нечто большее?
404 мин, 12 сек 16165
— Ты… так и не решился подойти к Гермионе? — осторожно спросил Гарри, неконтролируемо покусывая щеки изнутри. Какой ответ ему хотелось услышать? «Я не пробовал»? «Я попробовал, и она меня простила»? Или скорее «Я подходил, но она послала меня к чертям собачьим»?
— Мы еще не разговаривали, — буркнул Рон, и Гарри ощутил облегчение, хотя на месте этого чувства должна была появиться грусть от того, что два его близких друга находятся в ссоре.
Мысленно отругав себя, он предпринял еще одну попытку реабилитироваться в собственных глазах за счет Рона.
— Попробуй поговорить с ней после ужина.
— Думаешь, пришло время? — на лице Уизли не было и намека на надежду.
Гарри не знал правильного ответа. Попытался представить себя на месте друга, но не смог: так накосячить был способен только Рон. Поэтому Гарри решил снять с себя ответственность, выбрав наиболее нейтральный ответ.
— Попробуй, — он окинул взглядом стол Гриффиндора, нашел знакомую копну волос, склонившуюся над очередным учебником. Это вызвало внезапный всплеск нежности в его груди. В следующую секунду в мозгу в очередной раз зародился образ неуклюжего, до ужаса нелепого Рона, пытающегося извиниться. Сразу захотелось запретить ему приближаться к Гермионе…
— Ого, хорек наконец-то вышел в свет! — Рон глянул за плечо Гарри и усмехнулся. — Я уж думал, его привезут в инвалидном кресле, а на нем ни царапины!
Гарри обернулся: Малфой действительно стремительно прошагал к столу Слизерина. На его лице не было и следа от утренней драки, зато на нем было самое мрачное выражение, которое Поттер когда-либо видел. Но что еще больше удивило Гарри, так это полное игнорирование своей персоны. Он готов был к ненавидящему взгляду, прожигающему в нем дыру, однако Малфой даже головы не повернул в сторону гриффиндорцев. Это настораживало.
С другой стороны — плевать, плевать сто раз на Малфоя, его подпевал и его гнилые замыслы. Гарри готов был набивать ему рожу хоть каждый день — замучается в медпункт бегать. Главное, чтобы он больше не трогал Гермиону. Гарри прекрасно понимал: несмотря на ее умение абстрагироваться от слов слизеринца, они всё же способны пробить брешь в обороне лучшей ученицы Хогвартса. Внешняя стойкость скрывала ранимую девичью душу, которую он никому не позволит марать, особенно заносчивому чистокровному ублюдку.
На протяжении всего ужина Гарри старался не думать ни о Малфое, ни о Гермионе, ни о предстоящей отработке у Макгонагалл в компании Джинни, то и дело поглядывающей на него с другого конца стола. Он был расстроен тем, что его желание провалиться в сон сразу после еды куда-то улетучилось. Нужно было придумать себе занятие, чтобы не торчать в гостиной Гриффиндора. Почему бы не отправиться туда, где мало кто додумается искать Гарри Поттера, — в библиотеку? Тем более он собирался поискать что-то… Гарри метнул быстрый взгляд на Гермиону, почувствовав, как по внутренностям пробегает неприятная дрожь. Да, он собирался поискать информацию о магических приворотах.
Закончив есть быстрее Рона, Гарри вскочил из-за стола и бросился к выходу, прежде чем кто-то успел бы перехватить его. Он видел, что Рон хотел что-то спросить, однако ему помешал полный рот пирога с патокой: к концу ужина его друг заметно повеселел и вернул свой отменный аппетит. Не ускользнуло от внимание Гарри и резкое движение Джинни, которая, кажется, собиралась встать и догнать его, однако на счастье именно в этот момент сидящая рядом одногруппница задержала подругу каким-то вопросом.
Спрятаться ото всех среди пыльных многовековых томов — какая чудесная идея! Никто не сунется в библиотеку в первый учебный день. Разве что…
Ты ведь идешь туда не за тем, чтобы подкараулить Грейнджер и зажать ее в одном из темных библиотечных коридоров, правда?
Нет, нет, Гарри был уверен: Гермиона пойдет в гостиную, она выглядела слишком усталой. Он изо всех сил игнорировал царапающую его изнутри надежду на встречу с объектом своих тайных желаний в сумраке библиотеки. Конечно, ему ведь не хотелось бы, чтобы она увидела, о чем он там читает!
Библиотека на самом деле была почти пустой, поэтому похожая на хищную птицу Ирма Пинс мирно дремала на своем месте. Правда, на Гарри чуть не налетели две выскочившие из-за стеллажа пуффендуйки.
— Осторожнее, — Гарри придержал одну из девиц. В ответ обе нервно захихикали и рванули к выходу.
Гарри покачал головой, в то время как из-за его спины раздалась новая порция хихиканья.
— Боже, Венди, ты ему почти в объятия рухнула, растяпа!
— Не завидуй, Линда, сама умираешь от желания, чтобы он до тебя дотронулся!
Юноша резко обернулся, но студентки уже скрылись за дверью.
Да что такое с этими девчонками в новом учебном году? И не только с девчонками: Джинни жмется к нему на каждом шагу, Малфой все свои шуточки сводит к сексу, Рон собирается найти себе девушку, а малознакомые пуффендуйки превратили столкновение с Гарри в целое событие. Может быть, всех студентов Хогвартса настиг вирус похотливости?
Всех, кроме Гермионы.
— Мы еще не разговаривали, — буркнул Рон, и Гарри ощутил облегчение, хотя на месте этого чувства должна была появиться грусть от того, что два его близких друга находятся в ссоре.
Мысленно отругав себя, он предпринял еще одну попытку реабилитироваться в собственных глазах за счет Рона.
— Попробуй поговорить с ней после ужина.
— Думаешь, пришло время? — на лице Уизли не было и намека на надежду.
Гарри не знал правильного ответа. Попытался представить себя на месте друга, но не смог: так накосячить был способен только Рон. Поэтому Гарри решил снять с себя ответственность, выбрав наиболее нейтральный ответ.
— Попробуй, — он окинул взглядом стол Гриффиндора, нашел знакомую копну волос, склонившуюся над очередным учебником. Это вызвало внезапный всплеск нежности в его груди. В следующую секунду в мозгу в очередной раз зародился образ неуклюжего, до ужаса нелепого Рона, пытающегося извиниться. Сразу захотелось запретить ему приближаться к Гермионе…
— Ого, хорек наконец-то вышел в свет! — Рон глянул за плечо Гарри и усмехнулся. — Я уж думал, его привезут в инвалидном кресле, а на нем ни царапины!
Гарри обернулся: Малфой действительно стремительно прошагал к столу Слизерина. На его лице не было и следа от утренней драки, зато на нем было самое мрачное выражение, которое Поттер когда-либо видел. Но что еще больше удивило Гарри, так это полное игнорирование своей персоны. Он готов был к ненавидящему взгляду, прожигающему в нем дыру, однако Малфой даже головы не повернул в сторону гриффиндорцев. Это настораживало.
С другой стороны — плевать, плевать сто раз на Малфоя, его подпевал и его гнилые замыслы. Гарри готов был набивать ему рожу хоть каждый день — замучается в медпункт бегать. Главное, чтобы он больше не трогал Гермиону. Гарри прекрасно понимал: несмотря на ее умение абстрагироваться от слов слизеринца, они всё же способны пробить брешь в обороне лучшей ученицы Хогвартса. Внешняя стойкость скрывала ранимую девичью душу, которую он никому не позволит марать, особенно заносчивому чистокровному ублюдку.
На протяжении всего ужина Гарри старался не думать ни о Малфое, ни о Гермионе, ни о предстоящей отработке у Макгонагалл в компании Джинни, то и дело поглядывающей на него с другого конца стола. Он был расстроен тем, что его желание провалиться в сон сразу после еды куда-то улетучилось. Нужно было придумать себе занятие, чтобы не торчать в гостиной Гриффиндора. Почему бы не отправиться туда, где мало кто додумается искать Гарри Поттера, — в библиотеку? Тем более он собирался поискать что-то… Гарри метнул быстрый взгляд на Гермиону, почувствовав, как по внутренностям пробегает неприятная дрожь. Да, он собирался поискать информацию о магических приворотах.
Закончив есть быстрее Рона, Гарри вскочил из-за стола и бросился к выходу, прежде чем кто-то успел бы перехватить его. Он видел, что Рон хотел что-то спросить, однако ему помешал полный рот пирога с патокой: к концу ужина его друг заметно повеселел и вернул свой отменный аппетит. Не ускользнуло от внимание Гарри и резкое движение Джинни, которая, кажется, собиралась встать и догнать его, однако на счастье именно в этот момент сидящая рядом одногруппница задержала подругу каким-то вопросом.
Спрятаться ото всех среди пыльных многовековых томов — какая чудесная идея! Никто не сунется в библиотеку в первый учебный день. Разве что…
Ты ведь идешь туда не за тем, чтобы подкараулить Грейнджер и зажать ее в одном из темных библиотечных коридоров, правда?
Нет, нет, Гарри был уверен: Гермиона пойдет в гостиную, она выглядела слишком усталой. Он изо всех сил игнорировал царапающую его изнутри надежду на встречу с объектом своих тайных желаний в сумраке библиотеки. Конечно, ему ведь не хотелось бы, чтобы она увидела, о чем он там читает!
Библиотека на самом деле была почти пустой, поэтому похожая на хищную птицу Ирма Пинс мирно дремала на своем месте. Правда, на Гарри чуть не налетели две выскочившие из-за стеллажа пуффендуйки.
— Осторожнее, — Гарри придержал одну из девиц. В ответ обе нервно захихикали и рванули к выходу.
Гарри покачал головой, в то время как из-за его спины раздалась новая порция хихиканья.
— Боже, Венди, ты ему почти в объятия рухнула, растяпа!
— Не завидуй, Линда, сама умираешь от желания, чтобы он до тебя дотронулся!
Юноша резко обернулся, но студентки уже скрылись за дверью.
Да что такое с этими девчонками в новом учебном году? И не только с девчонками: Джинни жмется к нему на каждом шагу, Малфой все свои шуточки сводит к сексу, Рон собирается найти себе девушку, а малознакомые пуффендуйки превратили столкновение с Гарри в целое событие. Может быть, всех студентов Хогвартса настиг вирус похотливости?
Всех, кроме Гермионы.
Страница 18 из 110
