Фандом: Гарри Поттер. Все мы знаем Поттера, как спасителя магического мира и героя-одиночку. Но почему-то напрочь забываем о том, что он, в первую очередь, подросток со своими переживаниями и желаниями. Что, если совершенно внезапно одним из таких вот его желаний стала лучшая подруга? И сможет ли подростковая похоть, порожденная разбушевавшимися гормонами, перерасти в нечто большее?
404 мин, 12 сек 16270
Гарри нахмурился. Глупая, господи, какая же ты глупая девчонка!
— Как ты понимаешь, мне стоило лишь открыть эту книгу для того, чтобы понять: сварить хотя бы одно из этих зелий нереально.
— Откуда же ингредиенты?
— Ну, я ткнула в первый попавшийся яд, — пожала плечами Джинни. — Комната выдала все необходимое, но я к этому даже не притронулась.
— Так какого же черта ты не вышла отсюда и не отправилась на занятия?! — Гарри совершенно не заботило, что его тон может напугать или обидеть девушку. Сейчас его волновала только ярость, снова стремительно заполняющая грудь. Джинни поморщилась.
— Не ори на меня, Поттер. Мне было хреново, понял? Было больно, тоскливо, было противно! Я была противна сама себе: расклеилась, впустила в голову такие ужасные мысли — фу! Хотелось внушить себе, что ты того не стоишь! И на это, знаешь ли… понадобилось некоторое время… — её красивое лицо пылало, не гневом, но отчаянием. Это мгновенно успокоило Гарри.
— Джинни, я…
— Ох, лучше молчи! Просто заткнись, пожалуйста, хорошо? — она спряталась за ладонями, и Гарри показалось, что ее плечи затряслись в безмолвных рыданиях, но через секунду Джинни отняла тонкие пальцы от лица и посмотрела на него абсолютно сухими глазами.
— Мне захотелось побыть одной. Вот что я загадала Комнате: место, в котором я смогу побыть одна! Просто… подумать. Проанализировать всё, что происходило… между нами в последние недели. Честно говоря, это был полный пиздец.
Гарри скривился, ему до сих пор было непривычно и неприятно слышать бранную речь из уст Джинни. Даже несмотря на то, что из этих невинных на вид губ вырвалось в последнее время немало непристойностей. От девушки не ускользнуло и это.
— Брось, Гарри, не будь ханжой! Ты сам не прочь бросить крепкое словцо!
— Мне можно, — категорично отрезал он, стараясь предать себе суровый вид. Джинни это, видимо, позабавило.
— А ты притягателен, когда сердишься! — Гарри дернулся, ему показалось, что она снова смотрит на него с вожделением. Однако Джинни тут же рассмеялась.
— Расслабься, я не собираюсь приставать к тебе. Напротив — я хочу извиниться, пожалуй.
Ого!
— Прости, я вела себя, мягко говоря, недостойно. — Гарри хмыкнул, Джинни в ответ поджала губы. — Я просто… так устала стесняться, прятать свои чувства к тебе, как будто это что-то преступное. И да, как сказала мне Кэролайн «ошиблась со средствами выражения». — Она вздохнула, отводя глаза. Гарри нахмурился: мысль о том, что незнакомая ему девушка была в курсе того, что происходило между ним и Джинни, была не особо приятной.
— Просто когда растешь с толпой озабоченных мальчишек, как-то иначе смотришь на вещи. Подслушивая разговоры подвыпивших Фреда с Джорджем, я все больше убеждалась, что в девушках их раздражает холодность, закрытость. «Как же бесят ломаки!» — говаривал Джордж, — Джинни усмехнулась, бездумно поглаживая выступающую из под школьной юбки коленку. Гарри отвел глаза — на всякий случай.
— Я решила: хватит ломаться, соблазню Гарри Поттера, пока кто-нибудь меня не опередил. Опоздала…
Гарри откашлялся:
— Гермиона меня не соблазняла… Скорее, я ее…
— Да какая разница! — Джинни дёрнула плечом. — Но это… Черт, никогда бы не подумала: ты и она! Бред…
— Я сам до конца не верю, что это происходит.
Джинни посмотрела на него с самым несчастным выражением, на которое было способно её лицо. Гарри стало не по себе: он как будто взглянул на Джинни впервые с тех пор, как она поцеловала его в Хогвартс-Экспрессе. И впервые увидел в её взгляде неподдельную боль. Но лишь на секунду. Она почти сразу отвернулась, спрятала от Гарри эти эмоции.
— Странно, что Рон до сих не удавил вас. Он ведь в курсе?
— Ну… — в груди мгновенно затянулся узел от воспоминаний о поцелуе. — Он догадывался, конечно, но теперь определенно в курсе.
— Ммм, да? Ты ему рассказал?
— Не совсем, — Гарри не смог удержать легкой улыбки. — Перед тем, как пойти сюда я, хм… Я поцеловал при нем Гермиону.
Сложно было сказать, что отразилось на лице Джинни. Она попыталась сохранить безразличное выражение, однако ее выдали дрогнувшие ноздри и секундный прищур глаз.
— Здорово, — выдавила она, вновь отворачиваясь и предательски громко сглатывая.
Гарри закусил губу. Он никак не мог взять в толк: нормально или совершенно неприемлемо обсуждать с Джинни все это? В конце концов, эта тема явно мучает её. Хотя сейчас она выглядела скорее отстранённо.
— Думаю, Рон переживет. Он… Он сейчас с Лавандой.
Джинни посмотрела на него с жалостью.
— Боже, Гарри, не смеши! Лаванда Браун — пустоголовая недалекая курица! Рон с ней решил отвлечься, не иначе! Несмотря на то, что он сам далеко не гений, Лаванда все равно не тот уровень.
— Как ты понимаешь, мне стоило лишь открыть эту книгу для того, чтобы понять: сварить хотя бы одно из этих зелий нереально.
— Откуда же ингредиенты?
— Ну, я ткнула в первый попавшийся яд, — пожала плечами Джинни. — Комната выдала все необходимое, но я к этому даже не притронулась.
— Так какого же черта ты не вышла отсюда и не отправилась на занятия?! — Гарри совершенно не заботило, что его тон может напугать или обидеть девушку. Сейчас его волновала только ярость, снова стремительно заполняющая грудь. Джинни поморщилась.
— Не ори на меня, Поттер. Мне было хреново, понял? Было больно, тоскливо, было противно! Я была противна сама себе: расклеилась, впустила в голову такие ужасные мысли — фу! Хотелось внушить себе, что ты того не стоишь! И на это, знаешь ли… понадобилось некоторое время… — её красивое лицо пылало, не гневом, но отчаянием. Это мгновенно успокоило Гарри.
— Джинни, я…
— Ох, лучше молчи! Просто заткнись, пожалуйста, хорошо? — она спряталась за ладонями, и Гарри показалось, что ее плечи затряслись в безмолвных рыданиях, но через секунду Джинни отняла тонкие пальцы от лица и посмотрела на него абсолютно сухими глазами.
— Мне захотелось побыть одной. Вот что я загадала Комнате: место, в котором я смогу побыть одна! Просто… подумать. Проанализировать всё, что происходило… между нами в последние недели. Честно говоря, это был полный пиздец.
Гарри скривился, ему до сих пор было непривычно и неприятно слышать бранную речь из уст Джинни. Даже несмотря на то, что из этих невинных на вид губ вырвалось в последнее время немало непристойностей. От девушки не ускользнуло и это.
— Брось, Гарри, не будь ханжой! Ты сам не прочь бросить крепкое словцо!
— Мне можно, — категорично отрезал он, стараясь предать себе суровый вид. Джинни это, видимо, позабавило.
— А ты притягателен, когда сердишься! — Гарри дернулся, ему показалось, что она снова смотрит на него с вожделением. Однако Джинни тут же рассмеялась.
— Расслабься, я не собираюсь приставать к тебе. Напротив — я хочу извиниться, пожалуй.
Ого!
— Прости, я вела себя, мягко говоря, недостойно. — Гарри хмыкнул, Джинни в ответ поджала губы. — Я просто… так устала стесняться, прятать свои чувства к тебе, как будто это что-то преступное. И да, как сказала мне Кэролайн «ошиблась со средствами выражения». — Она вздохнула, отводя глаза. Гарри нахмурился: мысль о том, что незнакомая ему девушка была в курсе того, что происходило между ним и Джинни, была не особо приятной.
— Просто когда растешь с толпой озабоченных мальчишек, как-то иначе смотришь на вещи. Подслушивая разговоры подвыпивших Фреда с Джорджем, я все больше убеждалась, что в девушках их раздражает холодность, закрытость. «Как же бесят ломаки!» — говаривал Джордж, — Джинни усмехнулась, бездумно поглаживая выступающую из под школьной юбки коленку. Гарри отвел глаза — на всякий случай.
— Я решила: хватит ломаться, соблазню Гарри Поттера, пока кто-нибудь меня не опередил. Опоздала…
Гарри откашлялся:
— Гермиона меня не соблазняла… Скорее, я ее…
— Да какая разница! — Джинни дёрнула плечом. — Но это… Черт, никогда бы не подумала: ты и она! Бред…
— Я сам до конца не верю, что это происходит.
Джинни посмотрела на него с самым несчастным выражением, на которое было способно её лицо. Гарри стало не по себе: он как будто взглянул на Джинни впервые с тех пор, как она поцеловала его в Хогвартс-Экспрессе. И впервые увидел в её взгляде неподдельную боль. Но лишь на секунду. Она почти сразу отвернулась, спрятала от Гарри эти эмоции.
— Странно, что Рон до сих не удавил вас. Он ведь в курсе?
— Ну… — в груди мгновенно затянулся узел от воспоминаний о поцелуе. — Он догадывался, конечно, но теперь определенно в курсе.
— Ммм, да? Ты ему рассказал?
— Не совсем, — Гарри не смог удержать легкой улыбки. — Перед тем, как пойти сюда я, хм… Я поцеловал при нем Гермиону.
Сложно было сказать, что отразилось на лице Джинни. Она попыталась сохранить безразличное выражение, однако ее выдали дрогнувшие ноздри и секундный прищур глаз.
— Здорово, — выдавила она, вновь отворачиваясь и предательски громко сглатывая.
Гарри закусил губу. Он никак не мог взять в толк: нормально или совершенно неприемлемо обсуждать с Джинни все это? В конце концов, эта тема явно мучает её. Хотя сейчас она выглядела скорее отстранённо.
— Думаю, Рон переживет. Он… Он сейчас с Лавандой.
Джинни посмотрела на него с жалостью.
— Боже, Гарри, не смеши! Лаванда Браун — пустоголовая недалекая курица! Рон с ней решил отвлечься, не иначе! Несмотря на то, что он сам далеко не гений, Лаванда все равно не тот уровень.
Страница 93 из 110
