— Серёга, ну сколько можно? Такое ощущение, что ты просто заводишься от дурацких идей. С Америкой этой тогда всем нервы попортил, теперь вот в лес собрался идти жить…
74 мин, 45 сек 18752
Даже пребывая в бодрствующем состоянии, по городу ходить, было невозможно. Приходилось скрывать глаза под очками, но не привлекать к себе никакого внимания попросту не получалось. Я стал очень сильно хромать на сломанную ногу, а из под джинсов, предательски выпирала сломанная кость.
Однажды ночью, я оделся и вышел из дому, вышел и больше в него не вернулся. Забредя сквозь поля и дороги в старый лес, я набрёл на брошенную, пару десятков лет назад, деревню и заперся в одном из домов. Изнутри я заколотил все выходы досками и сам приковал себя к полу, короткими цепями, найденными там же, в деревне.
Как бы всё это не было символично и чью бы судьбу это не напоминало, я молча сидел на привязи, боясь даже вздохнуть. Сколько прошло лет с тех пор, уже не знает никто, ведь сон столь глубок и ужасен своей темнотой, что вести подсчёт времени, да ещё и вдали от цивилизации было невозможно.
Как я теперь выглядел, можно было только догадываться, но полагаю что страшно. Не знаю, что делать дальше, но я чувствую приступы необъяснимой агрессии, из-за которой часто впадаю в неконтролируемое бешенство. Если бы не цепи, разбить которые допрежь мне не удалось, то, что могло бы произойти, я даже не представляю.
Такое происходит всё чаще, и я понимаю, что стирается даже то, что у меня осталось и не в долгу время, когда, сорвав оковы, я подхвачу серебряную спицу, взятую с собой, и продолжу путь Белославы.
29 марта 2010 г.
В рассказе использован отрывок текста из песни Яны Дягилевой — Мы по колено.
Однажды ночью, я оделся и вышел из дому, вышел и больше в него не вернулся. Забредя сквозь поля и дороги в старый лес, я набрёл на брошенную, пару десятков лет назад, деревню и заперся в одном из домов. Изнутри я заколотил все выходы досками и сам приковал себя к полу, короткими цепями, найденными там же, в деревне.
Как бы всё это не было символично и чью бы судьбу это не напоминало, я молча сидел на привязи, боясь даже вздохнуть. Сколько прошло лет с тех пор, уже не знает никто, ведь сон столь глубок и ужасен своей темнотой, что вести подсчёт времени, да ещё и вдали от цивилизации было невозможно.
Как я теперь выглядел, можно было только догадываться, но полагаю что страшно. Не знаю, что делать дальше, но я чувствую приступы необъяснимой агрессии, из-за которой часто впадаю в неконтролируемое бешенство. Если бы не цепи, разбить которые допрежь мне не удалось, то, что могло бы произойти, я даже не представляю.
Такое происходит всё чаще, и я понимаю, что стирается даже то, что у меня осталось и не в долгу время, когда, сорвав оковы, я подхвачу серебряную спицу, взятую с собой, и продолжу путь Белославы.
29 марта 2010 г.
В рассказе использован отрывок текста из песни Яны Дягилевой — Мы по колено.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 20 из 20
