Проснувшись и открыв глаза, Альфред, прежде всего, увидел своё отражение в зеркале, которое стояло напротив его кровати. Почему-то он этого отражения испугался; показалось ему, что какой-то другой, незнакомый человек смотрит на него.
150 мин, 21 сек 19806
— Нет. Я зажмурила глаза, чтобы не ослепнуть. Но всё же прошу тебя — иди вперёд, давай выйдем отсюда. У меня всё мурашки бегут по коже, и не столько от холода, сколько от чувства того, что за мной в этом проходе стоит ещё кто-то, и всё собирается утянуть вниз, к этой ужасной чёрной колонне.
И Альфред, выставив перед собой одну руку, сделал шаг, соскочил с небольшого возвышения на гладкий пол, и произнёс:
— Ну, вот мы внутри собора святого Павла. Здесь мы в относительной безопасности.
Сощурившись, он уже смог разглядеть, как расположенный в нише мраморный ангел подвинулся на место, загородив тайный проход, из которого они выбрались.
Несколько толстых, подпирающих своды колонн почти закрывали их от основной залы, где стояли аккуратные лавки для прихожан. Но, впрочем, в этот дождливый, сумрачный день в храме никого не было, и только где-то в отдалении гремел, перетаскивая какую-то утварь, церковный служитель.
Некоторое время они ещё постояли, привыкая к свету, и только после этого вышли в центральную залу. Огляделись. Действительно — никого не было видно. Даже и служитель прекратил перетаскивать утварь. Стало совсем тихо. Слышно было, как шелестит на улице дождь.
Они подошли к алтарю. Над ними золотилось распятье, ещё выше — распахнул свои белоснежные крылья голубь.
Альфред спросил:
— Как думаешь, здесь нас никто из призраков услышать не может?
— Ты меня спрашиваешь? — удивилась Елена. — Ведь это ты специалист по разным оккультным делам.
— Да уж… Специалист, который почти потерял всю свою память. А к тебе я обратился как к специалисту по религии. Ведь это ты, а не я, часто этот собор посещаешь…
— Понимаю, о чём ты. А ответить могу только то, что здесь я себя чувствую в большей безопасности, нежели внизу.
— Ну тогда у меня к тебе будет вот какой вопрос: твоя кошка Баронесса в последние дни никуда не пропадала?
— А как же, был такой случай. И именно в тот день, когда исчез ты.
— Исчез мой создатель, — поправил её Альфред.
— Не важно. Я всё равно тебя воспринимаю как его. Помню, в тот день звонила тебе — не дозвонилась. Даже и домой к тебе заехала — всё заперто, и свет не горит. Вернулась к себе, тут гляжу, а Баронесса тоже куда-то подевалась. Я в своей квартире все закоулки осмотрела — нигде её не было. И убежать вроде бы не могла, ведь окна были заперты. Тогда я думаю: «Ну вот — все пропадают; наверное, и я сама скоро исчезну, и никто меня не найдёт…». Долго я в ту ночь не могла заснуть, всё ворочалась с бока на бок, и думала, что придётся писать и распечатывать объявление об исчезновении любимой кошки. Наконец, задремала. И тут — скрежет по окну. Да такой громкий! Конечно, я сразу с кровати вскочила. Гляжу, на подоконнике сидит моя Баронесса, и лапкой мне машет. Я ведь на втором этаже живу, и она ко мне по водосточной трубе забралась…
— Так, так. Стало быть, Баронесса пропадала одновременно с моим создателем, — констатировал Альфред. — Из этого следует, что мой создатель брал её к вратам ада, а потом отпустил или она сама убежала…
— А точнее вспомнить не можешь?
— Нет. Вот этого я вообще вспомнить никак не могу, потому что мой создатель отправился туда уже после того, как вылепил слепок своей души, то есть — меня. Стало быть, для меня этого вообще никогда не существовала.
— Моя Баронесса, хоть и замечательная, но всё же самая обыкновенная. Ума ни приложу, почему ему понадобилась именно она, — пожала плечами Елена.
— А поехали к тебе домой, и посмотрим эту «обыкновенную» кошку? — предложил Альфред.
— Что ж поехали…
Елена взглянув на распятье перекрестилась и прошептала слова молитвы, которых Альфред не сумел расслышать.
Они вышли из собора на площадь, под мелкий, шелестящий, и вскоре приблизились к вывеске «Загадочное место», поблизости от которой Елена припарковала свою машину. Возле входа стоял столь похожий на сказочного гнома Вильгельм, дымил из курительной трубки, и без всякого удивления смотрел на приближающихся. Спросил:
— Что, решили до собора пройтись?
— Да, — сдержанно кивнула Елена, которая не любила и не умела обманывать.
— Что ж, это дело хорошее, — кивнул, выпуская очередное дымное облако, Вильгельм. — А я даже и не заметил, как вы выходили. Посетители появились, и я немножко с ними забегался. Ну ничего, сейчас там моя жена явилась, и временно там меня замещает, — Вильгельм лукаво улыбнулся, и спросил. — Ну а вы то свадебку пока играть не собираетесь? А то ведь гляжу я на весь и вижу — отличная из вас пара. Куда Альфред, туда и Елена, куда Елена, туда и Альфред. Э-эй, Альфред, ты знай — это девка. Ты хоть в ад пойдёшь, а она за тобой последует. В самое пекло. Так и знаю…
— Я знаю, — очень серьёзно ответил Альфред, садясь в машину, рядом с Еленой.
Через несколько минут они уже доехали до дома, в котором жила Елена. Собственно и весь этот городок можно было проехать за несколько минут. Дом, в котором жила Елена, был похож на дом Альфреда — тоже старый, сложенный из темноватого кирпича.
И Альфред, выставив перед собой одну руку, сделал шаг, соскочил с небольшого возвышения на гладкий пол, и произнёс:
— Ну, вот мы внутри собора святого Павла. Здесь мы в относительной безопасности.
Сощурившись, он уже смог разглядеть, как расположенный в нише мраморный ангел подвинулся на место, загородив тайный проход, из которого они выбрались.
Несколько толстых, подпирающих своды колонн почти закрывали их от основной залы, где стояли аккуратные лавки для прихожан. Но, впрочем, в этот дождливый, сумрачный день в храме никого не было, и только где-то в отдалении гремел, перетаскивая какую-то утварь, церковный служитель.
Некоторое время они ещё постояли, привыкая к свету, и только после этого вышли в центральную залу. Огляделись. Действительно — никого не было видно. Даже и служитель прекратил перетаскивать утварь. Стало совсем тихо. Слышно было, как шелестит на улице дождь.
Они подошли к алтарю. Над ними золотилось распятье, ещё выше — распахнул свои белоснежные крылья голубь.
Альфред спросил:
— Как думаешь, здесь нас никто из призраков услышать не может?
— Ты меня спрашиваешь? — удивилась Елена. — Ведь это ты специалист по разным оккультным делам.
— Да уж… Специалист, который почти потерял всю свою память. А к тебе я обратился как к специалисту по религии. Ведь это ты, а не я, часто этот собор посещаешь…
— Понимаю, о чём ты. А ответить могу только то, что здесь я себя чувствую в большей безопасности, нежели внизу.
— Ну тогда у меня к тебе будет вот какой вопрос: твоя кошка Баронесса в последние дни никуда не пропадала?
— А как же, был такой случай. И именно в тот день, когда исчез ты.
— Исчез мой создатель, — поправил её Альфред.
— Не важно. Я всё равно тебя воспринимаю как его. Помню, в тот день звонила тебе — не дозвонилась. Даже и домой к тебе заехала — всё заперто, и свет не горит. Вернулась к себе, тут гляжу, а Баронесса тоже куда-то подевалась. Я в своей квартире все закоулки осмотрела — нигде её не было. И убежать вроде бы не могла, ведь окна были заперты. Тогда я думаю: «Ну вот — все пропадают; наверное, и я сама скоро исчезну, и никто меня не найдёт…». Долго я в ту ночь не могла заснуть, всё ворочалась с бока на бок, и думала, что придётся писать и распечатывать объявление об исчезновении любимой кошки. Наконец, задремала. И тут — скрежет по окну. Да такой громкий! Конечно, я сразу с кровати вскочила. Гляжу, на подоконнике сидит моя Баронесса, и лапкой мне машет. Я ведь на втором этаже живу, и она ко мне по водосточной трубе забралась…
— Так, так. Стало быть, Баронесса пропадала одновременно с моим создателем, — констатировал Альфред. — Из этого следует, что мой создатель брал её к вратам ада, а потом отпустил или она сама убежала…
— А точнее вспомнить не можешь?
— Нет. Вот этого я вообще вспомнить никак не могу, потому что мой создатель отправился туда уже после того, как вылепил слепок своей души, то есть — меня. Стало быть, для меня этого вообще никогда не существовала.
— Моя Баронесса, хоть и замечательная, но всё же самая обыкновенная. Ума ни приложу, почему ему понадобилась именно она, — пожала плечами Елена.
— А поехали к тебе домой, и посмотрим эту «обыкновенную» кошку? — предложил Альфред.
— Что ж поехали…
Елена взглянув на распятье перекрестилась и прошептала слова молитвы, которых Альфред не сумел расслышать.
Они вышли из собора на площадь, под мелкий, шелестящий, и вскоре приблизились к вывеске «Загадочное место», поблизости от которой Елена припарковала свою машину. Возле входа стоял столь похожий на сказочного гнома Вильгельм, дымил из курительной трубки, и без всякого удивления смотрел на приближающихся. Спросил:
— Что, решили до собора пройтись?
— Да, — сдержанно кивнула Елена, которая не любила и не умела обманывать.
— Что ж, это дело хорошее, — кивнул, выпуская очередное дымное облако, Вильгельм. — А я даже и не заметил, как вы выходили. Посетители появились, и я немножко с ними забегался. Ну ничего, сейчас там моя жена явилась, и временно там меня замещает, — Вильгельм лукаво улыбнулся, и спросил. — Ну а вы то свадебку пока играть не собираетесь? А то ведь гляжу я на весь и вижу — отличная из вас пара. Куда Альфред, туда и Елена, куда Елена, туда и Альфред. Э-эй, Альфред, ты знай — это девка. Ты хоть в ад пойдёшь, а она за тобой последует. В самое пекло. Так и знаю…
— Я знаю, — очень серьёзно ответил Альфред, садясь в машину, рядом с Еленой.
Через несколько минут они уже доехали до дома, в котором жила Елена. Собственно и весь этот городок можно было проехать за несколько минут. Дом, в котором жила Елена, был похож на дом Альфреда — тоже старый, сложенный из темноватого кирпича.
Страница 11 из 40
