Чувства, разъедающие душу… Бесконечные мучения, медленно поглощающие то немногое, что осталось у подавленного злой судьбой человека… А самое страшное, что никуда от них уже не деться, а если деться — только в никуда.
41 мин, 50 сек 2465
Не дело богов обращать внимание на подношение, доживающее последние мгновения. Лишь последний удар сердца, лишь криков умирающих, их страданий и их крови ждала она. Лишь тогда она обрадуется.
Сначала один, затем другой, потом последовавшие за ним частые удары, похожие на удары сердца невидимого существа, долго бывшего мертвым и внезапно воскресшим и теперь набирающем силу. В назначенный час оно готово бороться за свое второе рождение.
Крышка люка выпала и рука, что появилась из открытой пасти ада, судорожно схватилась за его край люка.
«Жуки» все ближе: скоро Эрл познакомится с их цепкими жвалами.
И тогда выход лишь один-смерть.
«Что такое жизнь?» — думал Эрл, рассматривая свою сильную натруженную руку,
бьющуюся пульсом!вену на запястье. Вот сейчас все закончится. И он успокоится.
Эрл пытался отвлечь себя от ужаса, который шел на него снизу.
«Нельзя сдаваться. Если он опять оцепенеет, то уже не придет в себя никогда.»
«Какая разница, кто убьет его — снайпер из винтовки или неведомая тварь из безумного сна?»
Эрл достал кошку, раскрутил её, ища взглядом, среди пробивающих тьму лучей света возможную опору.
Заметив оную, Эрл закинул «свою спасительницу на балку арматуры.»
Зубы кошки, которая казалось решила биться в этой схватке подобно хозяину,
используя все шансы, вцепились в цель. Застряв у основания балки она замертво затихла,
сжав свои челюсти.
Подергав веревку, проверяя, выдержит ли она его вес, Эрл схватил её зубами и, сняв ремень с пояса, привязал ее же привязывает себя к лестнице, для страховки во время сборки заряда
и начал свое коронное действие на скорость, по сборке взрывного заряда.
Осторожность перед разинувшей пасть акулой, которая несется с разинутой пастью полной зубов к своей еде-именно в данный момент она-осторожность была необходима больше всего.
Минирование в таких условиях тяжелой труд даже для опытной руки
Собрав заряд, он обернул его проволокой и оставив из проволоки небольшую часть сделал крюк.
За него он подвесил заряд с обратной стороны лестницы, за своей спиной.
Вытащил веревку из зубов, Эрл сделал петлю и привязал к заряду.
Спеша он достал из-за пояса гранату.
«Проклятье! Нет времени!»
Цепь мертвых еще приблизилась. Граната прикреплена к крышке снизу куском проволоки.
Они здесь. Безмолвная толпа накатилась на Эрла, и он прыгнул, отдавая свою жизнь тонкой струне.
Заряд сдернулся со своего насеста и скользил вниз. Не было времени, чтобы засвидетельствовать его падение.
Чека гранаты была сбита ниткой, прикрепленной к поясу.
Эрл летел во тьму, держась за обернувшую его руку петлей веревку одной рукой.
Другая его рука судорожно сжала взрыватель.
— Три два один Заряд!
Прогремел разрушающий барабанные перепонки взрыв.
Часть лестницы получила мощный удар. Опоры вылетели, местами целые пролеты
лестницы выпали и, независимо друг от друга, теперь падали вниз, некоторые части корчились,
держась своими кривыми пальцами за стену.
Те мертвые, кто находился на этих обломках уходили безмолвно, равнодушно,
словно обещая вернуться.
Эрл всем телом почувствовал волну второго взрыва. Его трясло вместе со всем окружающим пространством
Расположить гранату так, чтобы взрывная волна не сработала фатально в твою сторону.
Возможно ли это? Возможно многое. Так сможет ответить тот, кто делал невозможное.
Как и возможен отчаянный Обратный полет на горящей рвущейся веревке
собравшегося в последний натиск существа. Полет в один конец, с билетом который был оплачен полностью.
Он, бросивший вызов тем силам, что убивают одним своим видом нормальность и реальность,
бился, пытаясь вырваться в последний гаснущий просвет во тьме.
Рука, покрытая коркой крови, дрогнула. Эрл затянулся сигаретой, рассеянно глядя на рассветающее небо.
Рассвет освобождал город из тьмы, открывал его скрытые уголки.
Вот он мертвый, опустевший город. Если смотреть на него с высоты птичьего полета может открыться многое из того, что он скрывает. Местами разрушенные башни небоскребов. Кварталы, покрытые развалинами и мусором. Но кажется, что они мертвы, лишь на первый взгляд.
Где-то здесь люди, что бьются сейчас за свою жизнь. Отчаянные крики боли нестерпимо режут чьи то уши. Но крики умирающих не в силах победить пространства потерянного города, его равнодушие. Город безразличен к этим мольбам.
Где-то маньяк на охоте, улыбается вслед, уходящей тьме. Сегодня он насытился вволю. Маска его шлема блестит от свежей крови пролитой под темными небесами.
Странная жизнь несущая по телу города его губительные соки.
Те одинокие изломанные фигуры, покрытые грязными пятнами. Кажется, что их передвижение по городу бессмысленно и бессистемно.
Может показаться, что их слишком мало, чтобы покрыть огромное пространство, что их существование безполезно.
Но город спит и знает, что они ему и куда они его ведут.
Сначала один, затем другой, потом последовавшие за ним частые удары, похожие на удары сердца невидимого существа, долго бывшего мертвым и внезапно воскресшим и теперь набирающем силу. В назначенный час оно готово бороться за свое второе рождение.
Крышка люка выпала и рука, что появилась из открытой пасти ада, судорожно схватилась за его край люка.
«Жуки» все ближе: скоро Эрл познакомится с их цепкими жвалами.
И тогда выход лишь один-смерть.
«Что такое жизнь?» — думал Эрл, рассматривая свою сильную натруженную руку,
бьющуюся пульсом!вену на запястье. Вот сейчас все закончится. И он успокоится.
Эрл пытался отвлечь себя от ужаса, который шел на него снизу.
«Нельзя сдаваться. Если он опять оцепенеет, то уже не придет в себя никогда.»
«Какая разница, кто убьет его — снайпер из винтовки или неведомая тварь из безумного сна?»
Эрл достал кошку, раскрутил её, ища взглядом, среди пробивающих тьму лучей света возможную опору.
Заметив оную, Эрл закинул «свою спасительницу на балку арматуры.»
Зубы кошки, которая казалось решила биться в этой схватке подобно хозяину,
используя все шансы, вцепились в цель. Застряв у основания балки она замертво затихла,
сжав свои челюсти.
Подергав веревку, проверяя, выдержит ли она его вес, Эрл схватил её зубами и, сняв ремень с пояса, привязал ее же привязывает себя к лестнице, для страховки во время сборки заряда
и начал свое коронное действие на скорость, по сборке взрывного заряда.
Осторожность перед разинувшей пасть акулой, которая несется с разинутой пастью полной зубов к своей еде-именно в данный момент она-осторожность была необходима больше всего.
Минирование в таких условиях тяжелой труд даже для опытной руки
Собрав заряд, он обернул его проволокой и оставив из проволоки небольшую часть сделал крюк.
За него он подвесил заряд с обратной стороны лестницы, за своей спиной.
Вытащил веревку из зубов, Эрл сделал петлю и привязал к заряду.
Спеша он достал из-за пояса гранату.
«Проклятье! Нет времени!»
Цепь мертвых еще приблизилась. Граната прикреплена к крышке снизу куском проволоки.
Они здесь. Безмолвная толпа накатилась на Эрла, и он прыгнул, отдавая свою жизнь тонкой струне.
Заряд сдернулся со своего насеста и скользил вниз. Не было времени, чтобы засвидетельствовать его падение.
Чека гранаты была сбита ниткой, прикрепленной к поясу.
Эрл летел во тьму, держась за обернувшую его руку петлей веревку одной рукой.
Другая его рука судорожно сжала взрыватель.
— Три два один Заряд!
Прогремел разрушающий барабанные перепонки взрыв.
Часть лестницы получила мощный удар. Опоры вылетели, местами целые пролеты
лестницы выпали и, независимо друг от друга, теперь падали вниз, некоторые части корчились,
держась своими кривыми пальцами за стену.
Те мертвые, кто находился на этих обломках уходили безмолвно, равнодушно,
словно обещая вернуться.
Эрл всем телом почувствовал волну второго взрыва. Его трясло вместе со всем окружающим пространством
Расположить гранату так, чтобы взрывная волна не сработала фатально в твою сторону.
Возможно ли это? Возможно многое. Так сможет ответить тот, кто делал невозможное.
Как и возможен отчаянный Обратный полет на горящей рвущейся веревке
собравшегося в последний натиск существа. Полет в один конец, с билетом который был оплачен полностью.
Он, бросивший вызов тем силам, что убивают одним своим видом нормальность и реальность,
бился, пытаясь вырваться в последний гаснущий просвет во тьме.
Рука, покрытая коркой крови, дрогнула. Эрл затянулся сигаретой, рассеянно глядя на рассветающее небо.
Рассвет освобождал город из тьмы, открывал его скрытые уголки.
Вот он мертвый, опустевший город. Если смотреть на него с высоты птичьего полета может открыться многое из того, что он скрывает. Местами разрушенные башни небоскребов. Кварталы, покрытые развалинами и мусором. Но кажется, что они мертвы, лишь на первый взгляд.
Где-то здесь люди, что бьются сейчас за свою жизнь. Отчаянные крики боли нестерпимо режут чьи то уши. Но крики умирающих не в силах победить пространства потерянного города, его равнодушие. Город безразличен к этим мольбам.
Где-то маньяк на охоте, улыбается вслед, уходящей тьме. Сегодня он насытился вволю. Маска его шлема блестит от свежей крови пролитой под темными небесами.
Странная жизнь несущая по телу города его губительные соки.
Те одинокие изломанные фигуры, покрытые грязными пятнами. Кажется, что их передвижение по городу бессмысленно и бессистемно.
Может показаться, что их слишком мало, чтобы покрыть огромное пространство, что их существование безполезно.
Но город спит и знает, что они ему и куда они его ведут.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 11 из 12
