Распродажа

— Можно просто Джо, — улыбнулся он, — я еду к своей тете, а по пути решил продать пару вещей.

— Странная затея, — сказал Шериф, одновременно насторожившись и удивившись. Неожиданно Джо посмотрел ему прямо в глаза, и шериф осознал, что не может оторваться от его взгляда, словно бы его притягивало магнитом. В глазах Джо что-то промелькнуло, какая-то вспышка, столь мимолетная, что нельзя было понять, была ли она на самом деле или это только приводилось. Губы Джо беззвучно зашевелились и шериф сам того не зная, проговорил: А в прочем это не мое дело, — в точности повторяя то, что от него хотел Джо.

Водитель отвел взгляд.

— Шериф если есть какие-то подозрения, то можете обыскать мою машину, я не буду возражать. В бардачке у меня лежит кило героина, но у меня есть все медицинские справки разрешающие мне использовать его в собственных целях, — пошутил он.

Шериф улыбнулся и даже позволил себе несколько раз хохотнуть. На мгновение у него появилось странное чувство, словно бы он что-то забыл, но не найдя подходящих объяснений этому он разрешил этой мысли раствориться в потоке обыденных мыслительных процессов.

— Надеюсь, торговля идет? — поинтересовался он.

— Будьте уверенны.

Шериф Джонсон повернулся к борту машины, где было написано баллончиком: ВОЗЛЮБИ ОТЦА НАШЕГО ГОСПОДА. Задумчиво посмотрел, изучая надпись, а потом, улыбнувшись, произнес:

— Могу спорить, на ящик пива, эта надпись и стала причиной. — Суровость лица, которая подстать должна быть у каждого шерифа города, сменилась на вполне человеческие черты. Можно было только подивиться, что минуту назад перед вами стоял строгий надзиратель, лицо которого как пласты скальной пароды накладываясь, друг на друга, образовывали резкие и угловатые черты, сменилось на холмистую местность.

— О чем вы?

— Марк Фландерс, Конор Олдли и Стив Мерилис, особенно Стив, — продолжил шериф, — парочка религиозных фанатов, не подумайте не правильно, но из-за их праведного гнева было столько проблем.

— Не ужели, — вежливо поинтересовался Джо.

Шериф еще раз посмотрел на надпись и шагнул в сторону задних дверей фургона, где был разложен товар.

— Ну, не то что бы, с ружьем в руках они не бегали, прося жителей городка перейти в их веру. Но кое-что было, как на пример, заварушка произошла в баре. Том Хагстром, местный пьянчуга, как-то раз обозвал Стива божественными мощами. Стивен конечно худоват, но парень вспыльчивый, а если он взбешен, то ни как себя не сопоставляет со своим противником, да даже, если бы перед ним был бы борец тяжеловес, это его бы не остановило.

— Смелый парень, — вставил Джо, слегка улыбаясь.

— Да, но как бы то ни было, он задал хорошего трепа Тому, может быть, если бы тот был бы не много по моложе, да и потрезвее, то не известно чем бы это кончилось. Религиозность не всем идет на пользу, — заключил Шериф Джонсон.

— Да, — согласился с ним Джо, усаживаясь на стул. — Шериф может быть и вам что-нибудь приглядится на моей распродаже?

— Все, может быть, — улыбнулся шериф Джонсон.

После минутного просмотра он попросил показать ему набор матрешек.

— Моей жене понравиться, — восторженно сказал шериф, и стал раскладывать матрешки на столе — каждая последующая пряталась в нутрии следующей поменьше.

— Уверен, на все сто, что вашей супруге это понравится.

— Да, — почти с мальчишеским энтузиазмом ответил шериф Джонсон, — она просто обожает русские безделушки. У нее есть набор расписных деревянных ложек, музыкальная шкатулка и кукла: забыл, как называется, — он на морщинил лоб, — она еще встает, когда ее опрокидываешь набок? — обратился он к Джо.

— Ванька встань-ка?

— Да! Да! Ванька встань-ка! — он посмотрел на шесть матрешек, расставленных по росту. — Сколько они стоят?

Шериф купил деревянные игрушки и, попрощавшись, пошел к машине. Уже открывая дверцу, он совершенно неожиданно почувствовал взгляд на своей спине, и повернулся (довольно резко, как ему показалось), почему-то ожидая увидеть буку, которым в детстве пугал его старший брат. Лет до тринадцати он, перед тем как лечь в постель заглядывал в шкаф, после чего, вставая на коленки, смотрел под кроватью и только потом, убедившись, что в шкафу и под кроватью никто не прячется, ложился в постель, где, укутываясь в одеяло, с замиранием сердца ждал, что дверь шкафа вот-вот откроется и оттуда вылезет, сопровождаемая булькающими звуками, зеленая покрытая слизью рука, оставляя слизкий след на дверце шкафа. Но каждый раз засыпал, так ничего и не дождавшись.