Рассказ одной дамы

«У меня есть муж, живем мы с ним уже лет тридцать, дай Бог еще столько с ним прожить. Каждые выходные мы ездим на дачу, покопаться в огороде, пожарить шашлычок, и одни из таких выходных были не исключением, но на работе случился казус, и мне в выходной нужно было выйти на час, поэтому, чтобы не терять время, мы с мужем договорились — он поедет в пятницу с ночевкой, а в субботу я сразу после работы подъеду. Часов в пять утра меня разбудил настойчивый телефонный звонок, я, сонная, потянулась к трубке и услышала голос соседки по даче, ночью случился пожар и сгорела моя дача, в которой находился мой муж… Моему горю не было предела, без мужа я не представляла существования дальше. Он сильно пострадал, но был жив. Когда я зашла к нему, он лежал весь в бинтах и был подключен к аппарату, врач сказал: шансов очень мало, мы делаем все, что в наших руках. Что я только ни делала, каким только богам ни молилась, по каким только святыням ни ездила — все было безрезультатно. Когда ко мне подошел доктор и сказал, что ничего уже не будет, что нужно отключать аппарат, я поняла, что самое страшное, чего я так долго боялась, произошло. Мне дали время подумать. Придя домой, я рыдала, я рвала на себе волосы, понимая, что ничем не могу ему помочь, и вдруг постучали в дверь, это была моя соседка, она сказала, что знает про наше горе, и дала мне номер телефона одной женщины. Я набожный человек и ни в каких гадалок и экстрасенсов не верю, но ради мужа я и душу б отдала, лишь бы с ним все было хорошо. Я позвонила этой женщине и договорилась о встрече.»

Когда я приехала к ней, она ни о чем меня не спрашивала, сказала: сядь и слушай. Потом посмотрела на меня и сказала: я знаю, что с твоим мужем, он сейчас между небом и землей, физически он здесь, а душой там, он ушел бы давно, но любовь его твоя держит. Я была от таких слов в шоке, ничего не могла сказать. «Я тебе помогу, сегодня ночью ты увидишь его во сне, чтобы он ни просил, сделай так, как он хочет…» И вот снится мне мой муж и говорит:«Купи мне носки и надень» — и исчез. Я проснулась, наутро полетела в магазин, купила то, что он просил, понимая, что я, наверное, схожу с ума — такое горе, а он мне про носки, и он же весь в бинтах, как ему их надеть, но для меня это был, наверное, последний шанс вернуть его обратно, так как врачи спрашивали, когда дам согласие на отключение от аппарата. Я зашла в палату, надела носки, на меня медсестра смотрела, как на сумасшедшую. Я, понимая, что веду себя как ненормальная, вышла и заплакала, через пять минут вылетела медсестра, как ошпаренная, из палаты, громко вопя и зовя главврача: больной приходит в сознание.

Я не верила тому, что происходило потом. Мой муж начал выздоравливать, когда я спрашивала у него: «Когда ты был в коме, тебе что-нибудь снилось?» — он сказал, что не помнит. Когда его выписали, конечно, ему дали группу, кожа вся в шрамах — ну и что, он у меня самый красивый, потому что любимый. Я решила съездить к этой женщине, отблагодарить ее, мы приехали с мужем вместе, она сказала, что это не конец, он должен был умереть, это его был день, но не получилось, теперь каждый год нам нужно опасаться 30 июня (так как пожар случился в этот день). Вот так мы теперь и живем, каждое 30 июня боимся, сидим как мышки дома и не вылазим!«.»