Реальный кошмар

Когда вся похабщина была изъята, коробку отнесли в мусорный контейнер. Дима достал зажигалку и поднес к обложке неприличного журнала. Пламя поползло по обнаженному сраму стриптизерши, разгораясь и поглощая ее всю, как напоминание, что ей самой, потерявшей стыд и женскую честь, когда-нибудь тоже придется гореть в Гиене огненной. Вот уже растворилась в огне надпись «Play boy», начали плавиться края, лежащих рядом, видеокассет. Черный столб зловонного дыма поднимался над контейнером с мусором, в котором кремировался вирус духовной чумы. Дым скручивался в клубы, принимая самые мистические очертания. В его завихрениях вырисовывалось чье-то зловещее лицо с остроконечными ушами и рогами. Казалось, демон разврата, скрывавшийся между страницами этих желтых изданий и витками видеоленты, вырвался наружу, и корчил рожи. Не оставалось никакого сомнения, что желтая пресса и порнография — творения Сатаны.

При виде такого зрелища, Димон, будучи верующим, начал читать молитву. Факел пламени развевался над контейнером, отражаясь в округлившихся глазах продавщицы, которая до этого момента, наверное, не представляла даже, каким злом торгует.

Дима обратился к ней:

— Продавая порнографию, ты открываешь путь дьяволу в души людей. Теперь ты поняла?

— Я никогда больше не стану продавать такие неприличные журналы. — сказала торговка и перекрестилась. — Я сама их буду сжигать.

— То-то же, то-то же.

Борцы с развратом продолжили свой путь в ночи. Вот перед друзьями вырисовался силуэт здания обвешанного неоновыми вывесками. Прямо по курсу стояли несколько кучек путан у дороги. Перед зданием было припарковано много автомобилей. Среди которых также имелись печально известные микроавтобусы с тонированными стеклами. Друзья остановились:

— О-па!

Несколько полураздетых теток, толпившихся возле микриков, выкинув окурки, зашли в клуб в сопровождении трех амбалов. Макс сморозил анекдот:

— Вопрос: может ли скотина пастись на асфальте? Ответ: может, если на ней мини-юбка.

— Это точно.

— И откуда они берутся такие? Шлюшьё поганое.

— Выстроились, суки продажные! Жалко пулемета нету…

— Ну что ж ты так оплошался? Такие вещи в наше время всегда при себе надо иметь. Благо у меня запасной есть. — Макс достал из-под куртки трофей и протянул его Диме, -Держи. Пистолет-пулемет системы «Ингрэм».

— Оба-на! Где взял?

— Лучше не спрашивай.

Дима взял оружие.

— Вот еще боекомплект есть. — Максим вынул из голенища берца магазин. — Пригодится.

— Круто! Но пока давай спрячем это, а то еще менты загребут.

— А где ты здесь ментов видишь?

— Все равно лучше не светиться.

Они пошли напрямую, не обращая внимания на стадо шлюх. А те, в свою очередь, уже начали окружать их, как хищники свою добычу.

— О-о, мальчики не проходите мимо, идите к нам, мы вас удовлетворим… ха-ха-ха за отдельную плату. — сказала облезлая рыжая шлюха с мутными глазами и наркоманским взглядом. Ее хохот напоминал хохот коровы с конопляного поля.

— Да нет, к нам идите. — крикнула шлюха около другого микрика, еще более омерзительная.

Вокруг парней сомкнулось кольцо путан. Падшие самки еще не поняли на кого нарвались.

— Не тупи, он меня хочет. — сказала третья, пробравшись к Максу. — Смотри! — она распахнула плащ, и спустила лифчик.

— Ну как? Нравиться грудь жрицы любви. Ха-ха-ха.

Максиму стало противно от такого бесстыжего жеста, и он плюнул в нее. Шлюха явно не ожидала такой реакции, ведь никогда раньше она не встречала нормальных мужиков, не протрахавших своего человеческого достоинства.

— Это ты-то, жрица любви? Подстилка сутенерская! — одной рукой он вцепился ей в горло, а другой выхватил «Ингрэм» и уткнул в ее грудь. Димон тоже выхватил свое оружие и лязгнул затвором:

— Назад, твари!

Шлюхи расступились.