Фандом: Гарри Поттер. Иногда для счастья не хватает всего одной ложки надежды.
101 мин, 3 сек 2150
Книг скопилось изрядное количество. Учебники, пособия для работы, художественная литература и даже подарочный фолиант с рецептами кулинарных шедевров, который Рон подарил Гермионе на прошлое Рождество. (Кстати, Гермиона немножко обиделась, потому что именно в этот прекрасный рождественский вечер окорок подгорел, а салат слегка расползся по тарелке из-за обильного количества майонеза).
Гермиона перебирала книги, смахивала с переплётов пыль и вспоминала различные истории из их ещё короткой, но уже такой насыщенной семейной жизни с Роном.
Вот экземпляр книги сказок Шарля Перро, который Гермиона, не удержавшись, купила на распродаже. Рон наконец познакомился с Золушкой, а потом весь вечер прятал гермионин тапок, обещая отдать его только за награду в виде поцелуя, причём поцелуи были самыми невинными вариантами поощрения.
Вот книга об истории домовых эльфов, после прочтения которой Гермиона слегка поостыла со своей идеей обязательно вывести домовых эльфов из подполья и дать им свободу. Оказывается, нет ничего печальнее, чем отобрать у живых существ то, чем они дышат.
Ага, это старый учебник по трансфигурации за третий курс, в котором Гермиона хранила самодельное стихотворение Рона. В тот вечер Рон сделал ей предложение и подарил кольцо в бархатной коробочке, в которой лежал сложенный в восемь раз листок с лишённым рифмы, но преисполненным пылкости стихотворением.
Гермиона улыбнулась. Она уже перебрала все полки и занялась последней, самой верхней, чувствуя, что немножко устала. Почему-то наводить порядок на книжных полках волшебством казалось ей верхом кощунства. Каждую книгу хотелось взять в руки. Полистать её, перечитать по диагонали, погладить корешок.
А это что за потрёпанный оборот? Большой разбухший том, словно страницам было тесно в книге и они желали вырваться на свободу. Господи! Да это же та самая книга Годелота «Волхование всех презлейшее», которую Гермиона манящими чарами добыла из кабинета Дамблдора. Тогда книга понадобилась им для того, чтобы узнать больше о крестражах. Потом, после их вынужденного скитания и победы над Волдемортом, Гермиона так и не решилась отдать книгу в библиотеку Хогвартса. Слишком она была опасна. Мало ли кому попадёт в руки. Гермиона слезла со стремянки и села в кресло, раскрыв книгу. Дрожали колени.
Страшная книга. От описаний некоторых заклинаний и их последствий просто волосы вставали дыбом. Гермиона совсем забыла о времени, а ведь пора было готовить ужин. Она пролистала главу о крестражах и углубилась в чтение описания Тёмных заклинаний, способных нанести непоправимый вред человеческой жизни. Названия были одно другого устрашающей. Страницы были ветхими, словно за годы существования книга устала нести на себе отпечаток таких мрачных заклинаний. В некоторых местах были оборваны уголки, одна страница наполовину порвана, в паре мест Гермиона натыкалась на размытые пятна неизвестного происхождения и даже дырки, похожие на ожоги, словно в книгу тыкали волшебной палочкой, желая спрятать чудовищную сущность. Под некоторыми статьями имелись иллюстрации, передающие страдания жертв, попавших под Тёмные заклинания, и небольшие сноски на контрзаклятия или зелья, способные противостоять зловещей магии. Гермиона почувствовала что-то сродни отвращения и уже хотела закрыть книгу, понимая, что прекрасное настроение улетучилось так же быстро, как сегодняшнее солнце, робко пытающееся днём пробиться сквозь тучи. Однако внимание её зацепилось за знакомое название «Koldovstoretz». Гермиона почувствовала, как бешено застучал пульс, и внимательнее пригляделась к странице, в которой имелись прожжённые пятна в некоторых местах.
«Against life — Тёмное заклинание, направленное против жизни жертвы. Движение палочкой — резко наискось с лучом пурпурного или фиолетового цвета. Входит в класс запрещённых. Первое упоминание неизвестно, предположительно XII век. Изобретено русским волшебником Cochej Bessmertnyj — тёмным магом, выходцем школы Koldovstoretz.»
При поражении жертвы наступает летальный исход. Если действие заклинания ослаблено, то наступает полное поражение репродуктивной функции. Against life.
Существует зелье, способное избавить выжившую жертву от последствий заклинания.
Recovery (рус. Исцеление/ Исцеление чудом)
Готовится в серебряном котле. После добавления всех ингредиентов варить двадцать минут, постоянно помешивая по часовой стрелке. Принимать строго натощак.
Состав: «…»
И тут Гермиона громко охнула. Как раз в самом ценном месте, где описывался состав зелья, страница была в мелких дырочках, словно кто-то специально пытался выжечь информацию. Можно было разобрать лишь отдельные слова. Гермиона схватила записную книжку, лежащую на тумбочке, и старательно выписала всё, что удалось прочитать.
«… 500 grain motherly unicorn blood, … tutae aures…, 45 Peperomia argyreia…, … heaped tablespoon, 10 pound»…
Гермиона лихорадочно перелистнула страницы книжки и вырвала листок с записями, скопированными с учебника Принца-полукровки. Затем приложила его под только что выписанные строчки.
Гермиона перебирала книги, смахивала с переплётов пыль и вспоминала различные истории из их ещё короткой, но уже такой насыщенной семейной жизни с Роном.
Вот экземпляр книги сказок Шарля Перро, который Гермиона, не удержавшись, купила на распродаже. Рон наконец познакомился с Золушкой, а потом весь вечер прятал гермионин тапок, обещая отдать его только за награду в виде поцелуя, причём поцелуи были самыми невинными вариантами поощрения.
Вот книга об истории домовых эльфов, после прочтения которой Гермиона слегка поостыла со своей идеей обязательно вывести домовых эльфов из подполья и дать им свободу. Оказывается, нет ничего печальнее, чем отобрать у живых существ то, чем они дышат.
Ага, это старый учебник по трансфигурации за третий курс, в котором Гермиона хранила самодельное стихотворение Рона. В тот вечер Рон сделал ей предложение и подарил кольцо в бархатной коробочке, в которой лежал сложенный в восемь раз листок с лишённым рифмы, но преисполненным пылкости стихотворением.
Гермиона улыбнулась. Она уже перебрала все полки и занялась последней, самой верхней, чувствуя, что немножко устала. Почему-то наводить порядок на книжных полках волшебством казалось ей верхом кощунства. Каждую книгу хотелось взять в руки. Полистать её, перечитать по диагонали, погладить корешок.
А это что за потрёпанный оборот? Большой разбухший том, словно страницам было тесно в книге и они желали вырваться на свободу. Господи! Да это же та самая книга Годелота «Волхование всех презлейшее», которую Гермиона манящими чарами добыла из кабинета Дамблдора. Тогда книга понадобилась им для того, чтобы узнать больше о крестражах. Потом, после их вынужденного скитания и победы над Волдемортом, Гермиона так и не решилась отдать книгу в библиотеку Хогвартса. Слишком она была опасна. Мало ли кому попадёт в руки. Гермиона слезла со стремянки и села в кресло, раскрыв книгу. Дрожали колени.
Страшная книга. От описаний некоторых заклинаний и их последствий просто волосы вставали дыбом. Гермиона совсем забыла о времени, а ведь пора было готовить ужин. Она пролистала главу о крестражах и углубилась в чтение описания Тёмных заклинаний, способных нанести непоправимый вред человеческой жизни. Названия были одно другого устрашающей. Страницы были ветхими, словно за годы существования книга устала нести на себе отпечаток таких мрачных заклинаний. В некоторых местах были оборваны уголки, одна страница наполовину порвана, в паре мест Гермиона натыкалась на размытые пятна неизвестного происхождения и даже дырки, похожие на ожоги, словно в книгу тыкали волшебной палочкой, желая спрятать чудовищную сущность. Под некоторыми статьями имелись иллюстрации, передающие страдания жертв, попавших под Тёмные заклинания, и небольшие сноски на контрзаклятия или зелья, способные противостоять зловещей магии. Гермиона почувствовала что-то сродни отвращения и уже хотела закрыть книгу, понимая, что прекрасное настроение улетучилось так же быстро, как сегодняшнее солнце, робко пытающееся днём пробиться сквозь тучи. Однако внимание её зацепилось за знакомое название «Koldovstoretz». Гермиона почувствовала, как бешено застучал пульс, и внимательнее пригляделась к странице, в которой имелись прожжённые пятна в некоторых местах.
«Against life — Тёмное заклинание, направленное против жизни жертвы. Движение палочкой — резко наискось с лучом пурпурного или фиолетового цвета. Входит в класс запрещённых. Первое упоминание неизвестно, предположительно XII век. Изобретено русским волшебником Cochej Bessmertnyj — тёмным магом, выходцем школы Koldovstoretz.»
При поражении жертвы наступает летальный исход. Если действие заклинания ослаблено, то наступает полное поражение репродуктивной функции. Against life.
Существует зелье, способное избавить выжившую жертву от последствий заклинания.
Recovery (рус. Исцеление/ Исцеление чудом)
Готовится в серебряном котле. После добавления всех ингредиентов варить двадцать минут, постоянно помешивая по часовой стрелке. Принимать строго натощак.
Состав: «…»
И тут Гермиона громко охнула. Как раз в самом ценном месте, где описывался состав зелья, страница была в мелких дырочках, словно кто-то специально пытался выжечь информацию. Можно было разобрать лишь отдельные слова. Гермиона схватила записную книжку, лежащую на тумбочке, и старательно выписала всё, что удалось прочитать.
«… 500 grain motherly unicorn blood, … tutae aures…, 45 Peperomia argyreia…, … heaped tablespoon, 10 pound»…
Гермиона лихорадочно перелистнула страницы книжки и вырвала листок с записями, скопированными с учебника Принца-полукровки. Затем приложила его под только что выписанные строчки.
Страница 11 из 28
