Фандом: Гарри Поттер. Мальчик, который не погибает. Еще до поступления в Хогвартс он доставлял достаточно проблем крестному отцу — знаменитому Гарри Поттеру. А вот когда он попал в школу…
264 мин, 7 сек 10887
Могучий преподаватель по Уходу за магическими существами на свету оказался еще более косматым и мощным, и почему-то не пожелал снять черную шубу. Рядом с ним плотная ведьма с растрепанными волосами рассеянно постукивала пальцем по своему кубку. Совершенно крошечный седовласый волшебник с явным интересом ждал начала церемонии. В стороне от него равнодушный субъект вежливо смотрел перед собой в никуда.
В центре восседал величественный маг в пышной мантии, с серебряными волосами и бородой, глаза которого были скрыты за блестящими очками. Рики предположил, что именно он — директор, тот самый Альбус Дамблдор, которого Поттер так расхваливал. Его мнение подтвердилось, когда тот чуть заметно кивнул профессору МакГонагол, подавая сигнал начинать.
— Эйвери, Френсис! — немедленно назвала она первую фамилию.
Массивный мальчик из магазина мадам Малкин неторопливо приблизился к табурету и методично натянул шляпу.
— «Слизерин!» — довольно быстро определила вещь.
«Надо же, как по заказу», — отметил Рики. За крайним столом справа зааплодировали; сняв шляпу, Эйвери прошел туда.
— Боунс, Эдгар!
Эди уселся на табурет с таким видом, будто вот-вот хлопнется в обморок. «Стоит ли так переживать?» — для себя Рики ответил на этот вопрос отрицательно.
— «Хуффульпуфф!» — через пару минут объявила шляпа.
От второго стола слева донеслись приветственные крики и рукоплескания. Будто громом пораженный, Эди поставил шляпу на место и поплелся к тому столу, очевидно, еще полностью не осознав произошедшее. «Одни тупицы, и кубка не видать», — вспомнил Рики слова Дика. Однако, если верить песне шляпы, самые порядочные люди учились именно в этом колледже; а что в «Хогвартсе» все перевернуто с ног на голову, Рики не удивляло. Эди же, несомненно, как никто другой соответствовал требованиям«Хуффульпуффа» — от его честности куда бы деться, да и отзывчивости ему не занимать.
Тем временем какую-то девчонку распределили в «Гриффиндор».
— Дейвис, Ричард! — вызвала профессор МакГонагол.
Соломенные волосы Дика исчезли под шляпой. Рики скрестил пальцы, загадав, чтоб не сбылось страшное опасение Дика и его не определили в «Хуффульпуфф».
— «Равенкло»! — постановила шляпа.
«А ведь точно! — поразился Рики. — Там тебе и место, с твоими-то богатыми познаниями».
Его мнение об абсурдности происходящего начало постепенно меняться; по крайней мере, в случаях с этими тремя он был полностью согласен со шляпой. Следующим относительно знакомым лицом в очереди первокурсников был «Джордан, Ральф».
— «Гриффиндор»! — завопила шляпа таким тоном, как будто ее вынуждали сотый раз повторять очевидное одно и то же.
После этого Рики начал гадать — а куда же определят его? Честно, не знал бы он о черных магах и мании чистой крови, предпочел бы «Слизерин». Почувствовав на себе чей-то взгляд, он поднял голову.
В нормальных обстоятельствах этот человек за учительским столом, скорее всего, напугал бы его. Худой, с огромным крючковатым носом, нездоровой бледностью и сальными волосами, на вид самый молодой среди пожилых учителей, этот тип будто обжег его своими въедливыми угольно-черными глазами. Но Рики невыразимо устал от странных типов, и потому лишь вопрошающе уставился в ответ. Когда человек немедленно отвел взгляд, Рики отчего-то ощутил приступ агрессии. Но времени разбираться в этом у него не было.
— Макарони, Ричард! — прочитала профессор МакГонагол.
Теперь уже Рики мог поклясться, что все учителя одаряют его своим неотрывным вниманием, хотя во время распределения других переговаривались и отвлекались. Он сел и нахлобучил шляпу, снова мысленно возвращаясь к соображениям гигиены.
«Ничего себе! — зазвучало в ушах. — Каков сноб!»
Рики вовремя понял, что говорит шляпа, и лишь поэтому не подскочил с громким воплем.
«Тебя хоть стирают?» — поинтересовался он.
«Не твое дело! И куда же прикажешь тебя определить?»
«Только не в» Гриффиндор«! Хотя все равно — для нормальных людей здесь нет колледжа, — изложил свои соображения Рики. — Я вообще не хочу учиться магии».
«Ну что мне делать?! Ничего другого не остается, как»…
— «Слизерин»! — виновато простонала шляпа на весь Зал.
Поставив головной убор на место, Рики непроизвольно окинул взглядом стол учителей.
Их как будто заморозило. Никто не смел дышать. В глубине их глаз, всех как одного, разливался ужас. Рики пожал плечами и зашагал к столу, чувствуя, как они провожают его.
Он успел дойти и сесть, когда, наконец, прозвучало следующее имя:
— Нигеллус, Леопольдиус!
«Назовут же человека, изверги», — подумал Рики. К табурету приблизился тот мальчик с гордой осанкой, с которым Рики вошел в Большой Зал.
— «Слизерин»! — объявила шляпа.
Рики обратил внимание, что этому хлопали усерднее, чем ему. Он расслышал, как какой-то старшекурсник шепнул девице со значком «Староста»: «Старинный род, в родстве с Блэками и»…. Мальчишка сел рядом с Рики.
— Нотт, Элладора! — прочитала профессор МакГонагол.
— Когда ж это кончится! — простонал кто-то на другом конце стола. — Умираю с голоду! И каждый год так!
В центре восседал величественный маг в пышной мантии, с серебряными волосами и бородой, глаза которого были скрыты за блестящими очками. Рики предположил, что именно он — директор, тот самый Альбус Дамблдор, которого Поттер так расхваливал. Его мнение подтвердилось, когда тот чуть заметно кивнул профессору МакГонагол, подавая сигнал начинать.
— Эйвери, Френсис! — немедленно назвала она первую фамилию.
Массивный мальчик из магазина мадам Малкин неторопливо приблизился к табурету и методично натянул шляпу.
— «Слизерин!» — довольно быстро определила вещь.
«Надо же, как по заказу», — отметил Рики. За крайним столом справа зааплодировали; сняв шляпу, Эйвери прошел туда.
— Боунс, Эдгар!
Эди уселся на табурет с таким видом, будто вот-вот хлопнется в обморок. «Стоит ли так переживать?» — для себя Рики ответил на этот вопрос отрицательно.
— «Хуффульпуфф!» — через пару минут объявила шляпа.
От второго стола слева донеслись приветственные крики и рукоплескания. Будто громом пораженный, Эди поставил шляпу на место и поплелся к тому столу, очевидно, еще полностью не осознав произошедшее. «Одни тупицы, и кубка не видать», — вспомнил Рики слова Дика. Однако, если верить песне шляпы, самые порядочные люди учились именно в этом колледже; а что в «Хогвартсе» все перевернуто с ног на голову, Рики не удивляло. Эди же, несомненно, как никто другой соответствовал требованиям«Хуффульпуффа» — от его честности куда бы деться, да и отзывчивости ему не занимать.
Тем временем какую-то девчонку распределили в «Гриффиндор».
— Дейвис, Ричард! — вызвала профессор МакГонагол.
Соломенные волосы Дика исчезли под шляпой. Рики скрестил пальцы, загадав, чтоб не сбылось страшное опасение Дика и его не определили в «Хуффульпуфф».
— «Равенкло»! — постановила шляпа.
«А ведь точно! — поразился Рики. — Там тебе и место, с твоими-то богатыми познаниями».
Его мнение об абсурдности происходящего начало постепенно меняться; по крайней мере, в случаях с этими тремя он был полностью согласен со шляпой. Следующим относительно знакомым лицом в очереди первокурсников был «Джордан, Ральф».
— «Гриффиндор»! — завопила шляпа таким тоном, как будто ее вынуждали сотый раз повторять очевидное одно и то же.
После этого Рики начал гадать — а куда же определят его? Честно, не знал бы он о черных магах и мании чистой крови, предпочел бы «Слизерин». Почувствовав на себе чей-то взгляд, он поднял голову.
В нормальных обстоятельствах этот человек за учительским столом, скорее всего, напугал бы его. Худой, с огромным крючковатым носом, нездоровой бледностью и сальными волосами, на вид самый молодой среди пожилых учителей, этот тип будто обжег его своими въедливыми угольно-черными глазами. Но Рики невыразимо устал от странных типов, и потому лишь вопрошающе уставился в ответ. Когда человек немедленно отвел взгляд, Рики отчего-то ощутил приступ агрессии. Но времени разбираться в этом у него не было.
— Макарони, Ричард! — прочитала профессор МакГонагол.
Теперь уже Рики мог поклясться, что все учителя одаряют его своим неотрывным вниманием, хотя во время распределения других переговаривались и отвлекались. Он сел и нахлобучил шляпу, снова мысленно возвращаясь к соображениям гигиены.
«Ничего себе! — зазвучало в ушах. — Каков сноб!»
Рики вовремя понял, что говорит шляпа, и лишь поэтому не подскочил с громким воплем.
«Тебя хоть стирают?» — поинтересовался он.
«Не твое дело! И куда же прикажешь тебя определить?»
«Только не в» Гриффиндор«! Хотя все равно — для нормальных людей здесь нет колледжа, — изложил свои соображения Рики. — Я вообще не хочу учиться магии».
«Ну что мне делать?! Ничего другого не остается, как»…
— «Слизерин»! — виновато простонала шляпа на весь Зал.
Поставив головной убор на место, Рики непроизвольно окинул взглядом стол учителей.
Их как будто заморозило. Никто не смел дышать. В глубине их глаз, всех как одного, разливался ужас. Рики пожал плечами и зашагал к столу, чувствуя, как они провожают его.
Он успел дойти и сесть, когда, наконец, прозвучало следующее имя:
— Нигеллус, Леопольдиус!
«Назовут же человека, изверги», — подумал Рики. К табурету приблизился тот мальчик с гордой осанкой, с которым Рики вошел в Большой Зал.
— «Слизерин»! — объявила шляпа.
Рики обратил внимание, что этому хлопали усерднее, чем ему. Он расслышал, как какой-то старшекурсник шепнул девице со значком «Староста»: «Старинный род, в родстве с Блэками и»…. Мальчишка сел рядом с Рики.
— Нотт, Элладора! — прочитала профессор МакГонагол.
— Когда ж это кончится! — простонал кто-то на другом конце стола. — Умираю с голоду! И каждый год так!
Страница 16 из 73
