Рики Макарони и Гриффиндорская мафия

Скоро с противоположного конца вагона раздался крик «Староста идет!». Вспышки и звуки драки немедленно прекратились. Мимо двери протопала толпа гриффиндорцев. И их плохо нарисованный плакат с гнусной символикой и надписью Рики не мог пережить спокойно. Он отодвинул дверь и вышел в коридор.

— Какой невозможный придурок написал вот это? — дружелюбно спросил он.

В толпе он заметил Уизли и Джордана и предположил, что революционная идея исходит от них. Но вперед протиснулся тот гриффиндорец-первокурсник, которого Рики заметил на первом уроке гербологии. Звали его Тони Филипс.

— Ну я, — ответил он, выставив вперед свою мохнатую голову и будто собираясь боднуть ею Рики.

Рики кожей ощутил, что толпа Френка Эйвери за спиной не рассосалась и бдительно следит за происходящим.

— А ты не пробовал для начала научиться писать? Слово «гадина» пишется через«и», — проинформировал Рики.

Филипс выхватил палочку. Видя, что Рики не торопится сделать то же самое, остальные гриффиндорцы ничего предпринимать не стали.

Рики напряженно думал. Отступить сейчас — значило навеки покрыть себя позором; после этого он не сможет смотреть в глаза собственному отражению, не то, что профессору Снейпу. Однако, он знал, что произойдет, воспользуйся он палочкой — она опять превратит его в сентиментального слюнтяя и, вполне возможно, он не окажет должного сопротивления Тони Филипсу. И опять же, не годится, чтоб это видела половина параллели.

Осторожно вынув палочку, Рики схватил ее за другой конец. Ничего. Тогда он сделал шаг вперед и легонько ткнул соперника тупым концом в центр живота.

От неожиданности тот потерял равновесие и рухнул на руки товарищей.

— Змеи тебе не по зубам, Пышная Грива, — сказал Рики. — Так что, киска, лови мышей!

Слизеринцы так и попадали от смеха. Но к тому моменту, как разъяренный Тони сумел встать на ноги, действительно появился староста — из «Равенкло», а значит, совершенно объективный, и гриффиндорцы убрались восвояси. А староста ничего неладного не заметил и спокойно себе проследовал из одного вагона в другой. После этого Рики собрался было вернуться обратно в купе, но у Френка Эйвери были другие планы.

— Неплохо, — надменно молвил он, — но не рассчитывай, что сможешь проникнуть в круг избранных, пока у тебя нет родословной и приличной фамилии, Макарони.

— По-моему, — вмешался Лео, — тебе не стоит еще больше позорить свою приличную фамилию, чем это сделал… твой дед, кажется?

Рики понял — речь шла о том, что один из Эйвери был Упивающимся Смертью. Он развернулся к толпе — некоторым, хотя и меньшинству, слова Лео мало понравились. И, надо признать, в этот раз усилия Френка принесли плоды — он сагитировал много народу. В рядах, собранных Эйвери, Рики заметил даже нескольких третьекурсников. Нет, Рики не мог допустить это безобразие! Он осуждающе взглянул на пребывающую от него в восторге Дору Нотт — она смутилась и отвела взгляд.

— Эйвери был очень убедителен? — спросил он. — Настолько, что вы побросали свои шахматы и шоколадушки и собрались, чтоб выкрикивать всякую ерунду, как гриффиндорская мафия? Было бы на кого равняться!

— Много ты понимаешь! — рявкнул второкурсник.

— Профессор Снейп мне кое-что объяснил, — согласно кивнул Рики, игнорируя его тон. — Настоящему слизеринцу важнее добиваться собственных целей, чем тратить свою энергию на всяких типов и выяснять, кто громче орет. Хотя, если вам делать нечего, ну тогда ладно.

Оттолкнув Эйвери плечом, Рики зашел в купе, уверенный, что дал им пищу для размышлений.

— Ну ты даешь! Они же могли тебя прибить! — тут же набросился Лео.

Однако через пару минут в коридоре уже не было никакой толпы.

— Похоже, я снова сорвал планы Эйвери, — ухмыльнулся Рики.

— Иногда ты бываешь очень неосторожен, — заметил Лео. — Знаешь, я который раз сталкиваюсь с этим: в некоторых ситуациях ты ведешь себя в точности как гриффиндорец. Взять хотя бы тот случай, когда ты ночью пошел разыскивать мистера Поттера.

— Ничего подобного, — возмутился Рики. — Я иду на разумный риск, и не ради самого риска, а только когда мне это жизненно необходимо. Я бы ничего подобного не делал, если бы можно было без этого обойтись.

Дверь отодвинулась, и появилась Селена Олливандер. Рики немного напрягся — они не разговаривали с тех пор, как Селена подбросила ему идею насчет гороскопов и обиделась, догадавшись, что они не до конца честны с ней. Кстати, сейчас она тоже не пылала одобрением.

— Дора Нотт мне только что все рассказала, — заявила она, усаживаясь напротив Рики рядом с Лео. — А Филипс клянется, что убьет тебя. Скажи, тебе обязательно наживать врагов?

— Нет, — честно сказал Рики. — Я этого не искал.

— Ну ладно. Я тут подумала о твоей палочке. Быть не может, чтобы тебе продали неподходящую. Дашь ее мне? — попросила Селена. — Я кое-что понимаю, может, смогу найти неисправность.

Рики передал ее так же, как держал во время дуэли — обратным концом. Девочка внимательно изучила ее глазами и взяла.