Рики Макарони и Вестники Ниоткуда

Рики повернулся к нему в недоумении.

— Он хочет, чтобы сюда пришла Карлотта… то есть профессор…

— Я знаю, кто это, — оборвал Доматор. — А зачем?

— Он не ответил, когда я спросил, — развел руками Рики.

Нахмурившись, профессор оценивающе поглядел на Барона.

— Он нервничает. Значит, это важно. Что же, придется сначала спросить разрешения у директора. Только она знает, что ты способен понимать его.

С директором Доматор беседовал лично, попросив Рики подождать вне кабинета. Наверное, просьба Барона в связи с натянутыми отношениями с племянницей была одобрена ею со скрипом: Рики слышал спорящие голоса.

Карлотта не пришла в восторг, когда ее вызвали из дому. Может, она аппарировала, но появилась быстро.

— А ты опять что натворил? — рявкнула она, наткнувшись на Рики под дверью директорского кабинета. Конечно, она завела его с собой, наверное, надеясь как следует отругать.

Все неизвестные ей доселе вещи пересказывал Доматор, тетка предпочитала не вмешиваться.

— Какая прелесть! — умилилась Карлотта. — И я узнаю об этом только сейчас! С Вашей стороны, профессор Доматор, исключительно заботливо не беспокоить меня такими новостями, как Ваши дополнительные занятия в моем классе — Вы ведь их так называете?

— Мне жаль, коллега, если это Вас обидело, — ровно произнес профессор Доматор, героически справившись с неловкостью ситуации.

Карлотта хотела что-то ответить, но передумала и переключилась на Рики.

— Почему русалка хочет вдруг видеть меня?

Рики вновь вынужден был повторить, что ничего не знает о намерениях Барона, подчеркнув при этом, что тот считает классную наставницу красавицей. Карлотта любезно изъявила согласие выполнить просьбу.

— А, наверное, я знаю, чего он хочет, — предположила она, когда все четверо, включая директрису, уже вошли на территорию зверинца. — Окатить меня водой для смеха! Русалка ведь привязана к Вам, коллега, я полагаю? Он считает, что так доставит Вам радость, да?

— Ну что за глупости, дорогая? — начала увещевать Джиовинеза, но Карлотта так сверкнула глазами, что тетушка предпочла замолчать.

Барон мирно плескался в озерце. Конечно, он не преминул пожаловаться, что ему пришлось долго ждать.

— Пусть долго не копается. Скажи ему, что тебе надо делать уроки, — приказала Карлотта.

— Я всех привел. Чего ты хочешь? — спросил Рики.

Старая русалка хитро прищурилась, едва не подпрыгивая над водой.

— Скажи хорошему бесхвостому, чтобы открыл висячку, — распорядился Барон, — а я пока сплаваю на дно и кое-что принесу.

Рики перевел. Доматор, секунду подумав, достал ключ.

— Это полностью безопасно, — заверил он директрису. — Барон не склонен к хулиганству.

Карлотта стояла в стороне, скрестив руки на груди, и нетерпеливо притопывала.

Барон появился на поверхности, пыхтя и отфыркиваясь. Что-то в его руках стукнуло о стенку бассейна так, что стало слышно над водой…

— Помогите мне поднять эту гадость, — прохрипел Барон. Но Доматору не нужно было переводить.

Глазам присутствующий предстал старый, ржавый и осклизлый сундук размером с Барона.

— Барон хочет, чтоб вы сняли крышку, — высказал очевидное Рики.

Вынув палочку, Доматор снес ее одним заклинанием.

— Это твое, — произнес Барон, кивая Доматору.

Директриса ахнула. Карлотта закрыла рот рукой и чуть отшатнулась. Золотые монеты, много монет, целое состояние…

— Я хочу подарить это лучшему из бесхвостых за то, что он хорошо относится ко мне, — сказал Барон, плавясь от самодовольства, в то время как Рики не мог заставить себя отвести взгляд от такого богатства. Он вдруг подумал, что можно понять пиратов и прочих бандитов. Оказывается, глаза могут быть такими жадными…

— Королевский подарок, Марио, — сказала взволнованная Джиовинеза, когда Рики, справившись кое-как с потрясением, объяснил им, чего хочет Барон.

А даритель, сморщившись, потребовал, чтобы весь железный «ящик» побыстрее убрали от него.

— Слишком противный этот красный налет, — проворчал он. — Теперь придется ждать, когда пещера проветрится.

— В принципе его дарение законно, — рассуждала тем временем директриса, — мы с Карлоттой и Риккардо засвидетельствуем перед Министерством…

Барон снова нырнул. И в этот раз вернулся с сундучком поменьше. Крышку снял он сам.

Внутри находились украшения: серьги, браслеты, брошки. Вероятно, они принадлежали когда-то богатой женщине. Карлотта отвернулась, не в силах иначе сдерживать свои чувства.

— Это тоже принадлежит лучшему из бесхвостых, кроме одного, — заявил Барон.

— Надеюсь, он не один все это тащил? — забеспокоился Доматор. Было видно, что он потрясен и растроган.

Но Рики решил, что сначала доведет до конца замысел русалки, а потом, может быть, расспросит ее.

— Скажи, пусть он выберет здесь, которое ему больше нравится, — Барон явно наслаждался.

Доматор подошел к этому требованию добросовестно. Он несколько раз перерыл все содержимое, прежде чем остановился на парных браслетах с рубинчиками, оформленными, как спелые ягоды вишни. Определившись, профессор показал свой выбор Барону.