Фандом: Гарри Поттер. Мало Рики одного Хогвартса: его и в другую школу заносит, и чуть ли не в космос. Лиц, за него ответственных, искренне жаль.
786 мин, 32 сек 10968
Смятение чувств, охватившее Рики после этого разговора, не улеглось и к вечеру. Во-первых, он внезапно осознал, что не представляет, каково это — не возвращаться осенью в «Хогвартс». Там был Клуб, друзья, одноклассники, и враги, сложившиеся отношения, которые стали ему дороги. Он вспомнил все традиции, странности, опасности, приключения. Магия и «Хогвартс» оказались для него неразрывно связаны. Он и не представлял, что сможет обучаться магии где-то еще. Ему было неприятно признавать, что есть такой соблазн, причем именно в итальянской школе, который способен побудить его оставить все это. Ческа Импресса.
Рики, не колеблясь, отказался бы от перевода, заяви отец, что перебраться в Италию надо раз и навсегда. Но на полгода… Он живо представил, как после Рождества вернется к друзьям, и к тому времени неопределенность с Ческой исчезнет. Новая школа, новые знакомые до декабря — вроде бы не так уж плохо.
Свои сомнения он изложил Даниэле через день, сразу после того, как крестный Поттер, неожиданно свалившийся в гости, проявил невероятную заботу и завербовал всех ее оставшихся золотых рыбок. Рики представления не имел, куда он их денет в таком количестве. Он-то верил, что крестный теперь долго ни за что не покажется. Но явление Гарри с благой целью настолько ошеломило его, что Рики напрочь забыл поговорить с ним на интересующую его тему.
— Мне сложно советовать тебе, Рики, — сказала Дан. — Лично для меня перевод был бы очень тяжелым переживанием. Но ты легко общаешься с незнакомыми людьми. Что меня беспокоит, так это твои друзья в старой школе. По возвращении может оказаться…
— Нет, — помотал головой Рики, — я уверен, что они останутся моими друзьями. Как и ты. Мы ведь не видимся все время, пока учимся. — Он улыбнулся, и Дан улыбнулась в ответ.
— Наверное, тебе захочется быть ближе к дому, — продолжала Дан, — а если ты останешься в Англии, не сможешь общаться с родителями даже на выходных. Все-таки телефон — это не то.
Тут Рики кое-что вспомнил, и это ему понравилось.
— Помнится, в той школе вообще нет пансиона. Ученики возвращаются вечерами домой, — сказал он.
— Отлично, — обрадовалась Дан, — вот бы мне так!
Но воодушевление Рики слегка померкло, когда он вспомнил, что надо бы написать друзьям и сообщить им о своем решении. Да, как оказалось, решение он таки принял.
Основанием для осознания этого факта послужило письмо от Дика. Равенкловец, только что прибывший домой из Пристанища, сообщил сенсационные новости, интересные, с его точки зрения, для Рики. Энтузиазм Поттера в деле изъятия рыбок объяснялся Диком исчерпывающе и до неприличия просто: Гарри пристроил большинство золотых рыбок Даниэлы украшать интерьер Министерства Магии. Причем некоторым отделам украшений не хватило, а дорогой Гарри вначале поторопился раздать в кабинеты особо близким приятелям по несколько штук. Естественно, просить назад было неудобно, а те, кому не досталось, на него обижались. В частности, бабушка Дика, работающая в архиве. Вот только Дик не знал ничего о том, что вся эта волынка шла от Рики.
По прочтении Рики позвонил Дан и лишний раз убедился, что рыбок у нее не осталось, и она невероятно этому рада. Он пожалел, что не дал Поттеру четких указаний; впрочем, и не мог ведь догадаться, что дядя Гарри окажется таким сообразительным. Кроме того, Рики не представлял, как бы отправил рыбку, будь она у него. Не с Ракетой, это точно, но ведь сова Дика тоже была такой же хищной. В итоге Рики написал другу длинное письмо с благодарностью за полезную информацию, в котором новость о своем переводе в «МентеСана» подсластил утешением, что за этими рыбками замучаешься ухаживать, и лучше купить другой породы, более неприхотливых, самостоятельно, и тогда можно самим выбирать.
На следующий день его завалило письмами. Первое, подоспевшее аккуратно к завтраку, было, как ни странно, от самой великой и ужасной мисс Элладоры Нотт.
Дора была одноклассницей Рики, настоящей слизеринкой: хитрой и коварной, плюс неуемное любопытство и жажда деятельности. Рики удивился, потому что до сих пор она никогда ему не писала.
Начиналось послание с глубочайшего сожаления, что ей не позволили отправить ему вопиллер, чего ей хотелось всей душой.
Рики, не колеблясь, отказался бы от перевода, заяви отец, что перебраться в Италию надо раз и навсегда. Но на полгода… Он живо представил, как после Рождества вернется к друзьям, и к тому времени неопределенность с Ческой исчезнет. Новая школа, новые знакомые до декабря — вроде бы не так уж плохо.
Свои сомнения он изложил Даниэле через день, сразу после того, как крестный Поттер, неожиданно свалившийся в гости, проявил невероятную заботу и завербовал всех ее оставшихся золотых рыбок. Рики представления не имел, куда он их денет в таком количестве. Он-то верил, что крестный теперь долго ни за что не покажется. Но явление Гарри с благой целью настолько ошеломило его, что Рики напрочь забыл поговорить с ним на интересующую его тему.
— Мне сложно советовать тебе, Рики, — сказала Дан. — Лично для меня перевод был бы очень тяжелым переживанием. Но ты легко общаешься с незнакомыми людьми. Что меня беспокоит, так это твои друзья в старой школе. По возвращении может оказаться…
— Нет, — помотал головой Рики, — я уверен, что они останутся моими друзьями. Как и ты. Мы ведь не видимся все время, пока учимся. — Он улыбнулся, и Дан улыбнулась в ответ.
— Наверное, тебе захочется быть ближе к дому, — продолжала Дан, — а если ты останешься в Англии, не сможешь общаться с родителями даже на выходных. Все-таки телефон — это не то.
Тут Рики кое-что вспомнил, и это ему понравилось.
— Помнится, в той школе вообще нет пансиона. Ученики возвращаются вечерами домой, — сказал он.
— Отлично, — обрадовалась Дан, — вот бы мне так!
Но воодушевление Рики слегка померкло, когда он вспомнил, что надо бы написать друзьям и сообщить им о своем решении. Да, как оказалось, решение он таки принял.
Основанием для осознания этого факта послужило письмо от Дика. Равенкловец, только что прибывший домой из Пристанища, сообщил сенсационные новости, интересные, с его точки зрения, для Рики. Энтузиазм Поттера в деле изъятия рыбок объяснялся Диком исчерпывающе и до неприличия просто: Гарри пристроил большинство золотых рыбок Даниэлы украшать интерьер Министерства Магии. Причем некоторым отделам украшений не хватило, а дорогой Гарри вначале поторопился раздать в кабинеты особо близким приятелям по несколько штук. Естественно, просить назад было неудобно, а те, кому не досталось, на него обижались. В частности, бабушка Дика, работающая в архиве. Вот только Дик не знал ничего о том, что вся эта волынка шла от Рики.
По прочтении Рики позвонил Дан и лишний раз убедился, что рыбок у нее не осталось, и она невероятно этому рада. Он пожалел, что не дал Поттеру четких указаний; впрочем, и не мог ведь догадаться, что дядя Гарри окажется таким сообразительным. Кроме того, Рики не представлял, как бы отправил рыбку, будь она у него. Не с Ракетой, это точно, но ведь сова Дика тоже была такой же хищной. В итоге Рики написал другу длинное письмо с благодарностью за полезную информацию, в котором новость о своем переводе в «МентеСана» подсластил утешением, что за этими рыбками замучаешься ухаживать, и лучше купить другой породы, более неприхотливых, самостоятельно, и тогда можно самим выбирать.
На следующий день его завалило письмами. Первое, подоспевшее аккуратно к завтраку, было, как ни странно, от самой великой и ужасной мисс Элладоры Нотт.
Дора была одноклассницей Рики, настоящей слизеринкой: хитрой и коварной, плюс неуемное любопытство и жажда деятельности. Рики удивился, потому что до сих пор она никогда ему не писала.
Начиналось послание с глубочайшего сожаления, что ей не позволили отправить ему вопиллер, чего ей хотелось всей душой.
Страница 41 из 220
