Фандом: Песнь Льда и Огня. Сир Барристан Селми предпринимает вылазку по спасению своего короля раньше, чем это должно было произойти. Эйрис отчасти справляется с безумием, и эта цепочка событий запускает эффект бабочки. Рейгар, которому отец позволяет общаться с братом, начинает понимать, что не только Эйриса коснулось проклятье Таргариенов.
115 мин, 32 сек 8001
Они жили в покоях принцессы. Здесь не было ни украшений, ни лишней мебели — все вынесли по приказу Дени. Только кровать для нее и три высоких насеста, куда могли забраться крупные птицы или коты.
Когда Рейгар вошел в комнаты, из-за стены выглянула вытянутая морда, обтянутая черной чешуей. Кронпринц замер. Он не думал, что увидит таких крошечных драконов. Он вообще не думал, что драконы могут быть такими хрупкими.
Возле входа в покои стояли Барристан и Герольд, но если раньше они всюду следовали за принцессой, теперь их задачей была защита драконов.
— Проходите ближе, они сейчас очень осторожны. Шум толпы сбил их с толку, — сказала Дени. — Ну же, скорее. Закройте дверь за собой, мне тяжело убедить их вернуться, если они уходят к лестнице.
Рейгар прошел в соседнюю комнату — драконы держались близко друг к другу. Увидев Дейенерис, они неловко побежали к ней. Один, взмахнув крыльями, успел быстрее остальных.
— Я не давала им имен, — сказала Дени. — Не знала, как захочет назвать их отец и вы.
— Отец? — в тоне Визериса мелькнули сталь и злость.
— Ты думаешь, это я, — догадалась Дейенерис. — Думаешь, я убила нашу мать. Нет, нет, я бы никогда не сделала этот. Там было сказано, смерть за жизнь. Я надеялась убедить отца найти добровольцев. Многие отдают свою жизнь на войне, так почему бы… — было видно, что Дени долго готовила эту речь. — Ты все равно не поверишь мне? Он тоже не поверил. Он думает, я убила ее из ревности. Но я любила ее. Больше вас всех! — она сорвалась на крик. Выверенная речь рассыпалась. — Я не должна была говорить ей, но я думала, она не понимает ни слова. Мне нужно было сказать кому-то, хоть кому-то, кто не стал бы говорить «нет». А она поняла. Слышите? Она сама поняла. Ее нашли здесь, а я была…
Она покраснела.
— Где? — Визерис подошел к ней вплотную. — Ну? Где ты была?
— Я не могу сказать, — она умоляюще посмотрела на него.
— С ним?! — зарычал Визерис.
— Вы ушли, никого не было рядом, — прошептала Дени. — Я пришла к нему, чтобы приободрить. Она умирала.
— Приободрить?
Рейгар не решался вмешиваться — они были похожи на сцепившихся драконов как никогда раньше. Им не нужна была его помощь, он мог только помешать.
— Я люблю его! Ты это хочешь услышать?!
Он попытался схватить ее, но она вырвалась, а один из драконов подлетел к Визерису и зашипел на него.
— Ты привела ее сюда, ты дала ей яйца!
— Нет! — Дени заплакала. — Нет! Кого угодно… я убила бы кого угодно, только не ее. Я могла бы убить тебя, слышишь? — она зло посмотрела на брата. — Ты подошел бы им, упрямый и бестолковый!
— Зачем ты нацепила это платье? Что ты наплела ему?
Визерис был в отчаянии. Рейгар подошел к нему, обхватил за плечи и заставил отойти от сестры.
— Она не убивала Рейлу, ты сам это видишь, — сказал он. Момент опасности миновал. Слезы Дени были искренними — она никогда не плакала, чтобы добиться своего. Слезы были для нее постыдным проявлением слабости. Но сейчас она плакала о погибшей матери.
— Пойми, она хотела этого, — прошептала Дени. — Вот почему я здесь, в комнате, где она умерла. И пока они не окрепнут, я не выйду отсюда. Думайте, что хотите, она пожертвовала собой ради вас, и если только я понимаю это, пусть так. Убирайтесь! Оба!
Драконы, уловив ее интонации, встали на задние лапы и взмахнули крыльями. Они могли быть грозными, но из-за размеров выглядели смешно.
— Ты думаешь, она понимала, что умирает? — тихо спросил Рейгар.
— Она перестала есть, — ответила Дени, вытирая слезы рукавом черного платья. — Мейстер поил ее силой. Язвы у нее на спине уже не заживали. Она могла прожить еще месяц, может быть год — ужасный год, мучаясь от боли. Она решила сгореть. В конце я не хочу мучиться. Я знаю, почему она это сделала. Но она не смогла бы попасть сюда сама, ей должны были помочь. Она была слишком слаба. И если ты думаешь, — она просверлила Визериса полным ненависти взглядом, — что я смогла бы затащить ее сюда, ты заблуждаешься.
— Варис, — хором сказали Рейгар и Визерис. Кронпринц отпустил брата, они пошли к выходу.
— Не утруждайте себя поисками! — крикнула Дени. — Он у отца. Рассказывает ему, как я убила мать!
По дороге к тронному залу они молчали. Рейгар вспоминал драконов. Неужели за несколько лет они вырастут в тех гигантов, черепа которых украшают зал?
Гвардейцы открыли ворота перед ними. Короля не было на троне, он стоял у подножия в компании Петира и Вариса.
— Я не поверил, когда мне сказали, что Серсею Ланнистер отвезли на Камень, — вместо приветствия сказал Эйрис. Он сильно постарел, но стоял сам. Траур на нем выглядел еще хуже, чем на Дени.
— Простите меня, ваше величество, — Визерис склонил голову.
— Ланнистеры прислали выкуп. Похоже, Киван не представляет себе, почему Джейме отказал Железнорожденным в возможности заполучить львицу.
— Я не видел их флота, отец, — заметил Рейгар.
— Флот прибыл, — Эйрис усмехнулся, — но у нас было еще немного дикого огня. Ровно столько, чтобы те, кто не мог умереть, сгорели.
Когда Рейгар вошел в комнаты, из-за стены выглянула вытянутая морда, обтянутая черной чешуей. Кронпринц замер. Он не думал, что увидит таких крошечных драконов. Он вообще не думал, что драконы могут быть такими хрупкими.
Возле входа в покои стояли Барристан и Герольд, но если раньше они всюду следовали за принцессой, теперь их задачей была защита драконов.
— Проходите ближе, они сейчас очень осторожны. Шум толпы сбил их с толку, — сказала Дени. — Ну же, скорее. Закройте дверь за собой, мне тяжело убедить их вернуться, если они уходят к лестнице.
Рейгар прошел в соседнюю комнату — драконы держались близко друг к другу. Увидев Дейенерис, они неловко побежали к ней. Один, взмахнув крыльями, успел быстрее остальных.
— Я не давала им имен, — сказала Дени. — Не знала, как захочет назвать их отец и вы.
— Отец? — в тоне Визериса мелькнули сталь и злость.
— Ты думаешь, это я, — догадалась Дейенерис. — Думаешь, я убила нашу мать. Нет, нет, я бы никогда не сделала этот. Там было сказано, смерть за жизнь. Я надеялась убедить отца найти добровольцев. Многие отдают свою жизнь на войне, так почему бы… — было видно, что Дени долго готовила эту речь. — Ты все равно не поверишь мне? Он тоже не поверил. Он думает, я убила ее из ревности. Но я любила ее. Больше вас всех! — она сорвалась на крик. Выверенная речь рассыпалась. — Я не должна была говорить ей, но я думала, она не понимает ни слова. Мне нужно было сказать кому-то, хоть кому-то, кто не стал бы говорить «нет». А она поняла. Слышите? Она сама поняла. Ее нашли здесь, а я была…
Она покраснела.
— Где? — Визерис подошел к ней вплотную. — Ну? Где ты была?
— Я не могу сказать, — она умоляюще посмотрела на него.
— С ним?! — зарычал Визерис.
— Вы ушли, никого не было рядом, — прошептала Дени. — Я пришла к нему, чтобы приободрить. Она умирала.
— Приободрить?
Рейгар не решался вмешиваться — они были похожи на сцепившихся драконов как никогда раньше. Им не нужна была его помощь, он мог только помешать.
— Я люблю его! Ты это хочешь услышать?!
Он попытался схватить ее, но она вырвалась, а один из драконов подлетел к Визерису и зашипел на него.
— Ты привела ее сюда, ты дала ей яйца!
— Нет! — Дени заплакала. — Нет! Кого угодно… я убила бы кого угодно, только не ее. Я могла бы убить тебя, слышишь? — она зло посмотрела на брата. — Ты подошел бы им, упрямый и бестолковый!
— Зачем ты нацепила это платье? Что ты наплела ему?
Визерис был в отчаянии. Рейгар подошел к нему, обхватил за плечи и заставил отойти от сестры.
— Она не убивала Рейлу, ты сам это видишь, — сказал он. Момент опасности миновал. Слезы Дени были искренними — она никогда не плакала, чтобы добиться своего. Слезы были для нее постыдным проявлением слабости. Но сейчас она плакала о погибшей матери.
— Пойми, она хотела этого, — прошептала Дени. — Вот почему я здесь, в комнате, где она умерла. И пока они не окрепнут, я не выйду отсюда. Думайте, что хотите, она пожертвовала собой ради вас, и если только я понимаю это, пусть так. Убирайтесь! Оба!
Драконы, уловив ее интонации, встали на задние лапы и взмахнули крыльями. Они могли быть грозными, но из-за размеров выглядели смешно.
— Ты думаешь, она понимала, что умирает? — тихо спросил Рейгар.
— Она перестала есть, — ответила Дени, вытирая слезы рукавом черного платья. — Мейстер поил ее силой. Язвы у нее на спине уже не заживали. Она могла прожить еще месяц, может быть год — ужасный год, мучаясь от боли. Она решила сгореть. В конце я не хочу мучиться. Я знаю, почему она это сделала. Но она не смогла бы попасть сюда сама, ей должны были помочь. Она была слишком слаба. И если ты думаешь, — она просверлила Визериса полным ненависти взглядом, — что я смогла бы затащить ее сюда, ты заблуждаешься.
— Варис, — хором сказали Рейгар и Визерис. Кронпринц отпустил брата, они пошли к выходу.
— Не утруждайте себя поисками! — крикнула Дени. — Он у отца. Рассказывает ему, как я убила мать!
По дороге к тронному залу они молчали. Рейгар вспоминал драконов. Неужели за несколько лет они вырастут в тех гигантов, черепа которых украшают зал?
Гвардейцы открыли ворота перед ними. Короля не было на троне, он стоял у подножия в компании Петира и Вариса.
— Я не поверил, когда мне сказали, что Серсею Ланнистер отвезли на Камень, — вместо приветствия сказал Эйрис. Он сильно постарел, но стоял сам. Траур на нем выглядел еще хуже, чем на Дени.
— Простите меня, ваше величество, — Визерис склонил голову.
— Ланнистеры прислали выкуп. Похоже, Киван не представляет себе, почему Джейме отказал Железнорожденным в возможности заполучить львицу.
— Я не видел их флота, отец, — заметил Рейгар.
— Флот прибыл, — Эйрис усмехнулся, — но у нас было еще немного дикого огня. Ровно столько, чтобы те, кто не мог умереть, сгорели.
Страница 24 из 32
