Фандом: Гарри Поттер. Второй урок истории от профессора Поттера: Годрик Гриффиндор был извращенцем, да и Слизерен не слишком от него отставал. Третий урок: не играй с Мастером. Класс, свободны!
99 мин, 49 сек 6479
На самом деле у Гарри не было права вмешиваться в вопрос. Вероятно, он прошел свои испытания настолько эффектно, что к его Знаку духи добавили ему символ потенциального эксперта. Станет Гарри им или нет, через тридцать три года, семь месяцев, три недели и два дня его насильно заберут на другой уровень существования, дабы завершить очередной раунд проклятых проверок, что наверняка обернётся приговором к вечной муке.
Да уж, счастливчик.
Однако у него были тридцать три с лишним года — куча времени для составления завещания, а также тихого и безболезненного разрыва отношений с миром живых. Эх, может, Северус даже избавит Гарри от хлопот и самолично его отравит. Так получится намного, мать его, чище, чем резать вены, и уж точно сработает бесспорнее этого долбаного проклятия убийства.
Хотя будет гораздо больнее…
— Добавь в свое утверждение ещё хоть капельку презрения, Гарри, и оно гарантированно станет ядовитым. Уверен, всё будет не так уж плохо.
— Заткнись, Северус! — огрызнулся Гарри; у него все ещё сосало под ложечкой от мыслей о возможной судьбе. — У тебя нет ни единой идеи о том, о чём ты, черт возьми, говоришь. Тебя не судили. Ты понятия не имеешь, что это за испытания. Тебя не отмечали Знаком на практически точно вечные муки! — Его ладонь поднялась к Знаку и сжала ткань, под которой тот находился.
— Нет, — ядовито ответил Северус. — В моем случае нет никаких «практически»!
Гарри остановился и взглянул на зельевара новыми глазами. Он и не думал о темной метке с такой точки зрения. Метка представляла собой символ собственности Волдеморта — однако разве его Знак не являлся эквивалентом символа тех чертовых загадочных «духов»? Обе отметины отбрасывали тень на будущее своего носителя, и обе предвещали когда-нибудь крайне болезненную смерть.
Проклятье, да у него гораздо больше общего с этим своенравным ублюдком, чем думали они оба. Губы Гарри изогнулись в нерешительной улыбке, а горечь его собеседника немного утихла. Может, Северус поймет его сомнения и, чтоб его, абсолютный ужас! Салазар этого постичь не смог.
— Задача на дисциплину заставила меня уничтожить блок Гермионы, — попытался объясниться он. Тихий и настороженный Северус вновь уселся в кресло, а Гарри принялся теребить мантию. — Сложно, но в то же время просто. Задача на волю вынудила меня разработать и создать щиты, защищающие Хогвартс даже сейчас. Хитрость была в том, чтобы установить каналы, формирующие матрицу заклинания. Причём установить таким образом, чтобы их можно было активировать позже, если щиты окажутся достаточно сильны и выдержат испытание временем.
Плохое настроение Северуса сошло на нет, и во второй раз за день он уставился на Гарри с чем-то похожим на уважение. Чем сильно обескуражил Гарри — такого тот не ожидал.
— Т… третьей задачей стало мое проклятие. Это была проверка на силу, и я сам, без чей-либо помощи, создал талисман, способный перенести меня на тысячу лет обратно в будущее.
— Впечатляюще.
— Спасибо, однако каждый раз при мысли о сделанном я желаю, что лучше бы у меня ничего не вышло, — слабо улыбнулся Гарри и взялся за застежки на мантии. — Не могу описать эти испытания — чтобы понять мои ощущения, через них надо пройти. Скажем так: моя магия и обеспеченная ею защита настолько меня истощили, что разум отказался о них вспоминать. Ордалии же, говорят, в тысячу раз хуже. После завершения испытаний я даже не разобрал толком полученного Знака — заметил только, что он всё-таки у меня есть. — Его мантия распахнулась, обнажив грудь.
Северус с восхищением впился в Знак взглядом. К потрясению Гарри, волшебник встал со стула и опустился перед Гарри на колено — так его глаза находились на одном уровне с изображением.
— Я никогда не верил историям…
— Историям? — с удивлением тихо повторил за ним Гарри.
В пристальном взгляде Северуса отразилось развлечение по поводу недоумения собеседника, а потом тот снова уставился на Знак.
— «С» — стилизованная змея, разве нет? — спросил он, смотря на изогнутую линию в центре Знака. — Она показывает, что твоим Мастером был Слизерин, так как это его символ, тогда как изображение крыльев — твой. Луна — твой небесный проводник, но у тебя нет связи с элементами… однако эти линии здесь… — он потянулся было к Знаку, но в последний миг отшатнулся. Когда Гарри не единым жестом не возразил, он медленно коснулся его кончиками пальцев, Знак взорвался светом, и оба волшебника задохнулись от волны затопившей их магии.
Волшебство опутало их; какое-то время облако подержалось, а потом истаяло, оставив их задыхающимися от мощи магии.
— Итак, — хрипло проскрежетал Северус, — вот ты какой, Гарри Поттер… Волос у тебя гораздо меньше, чем думалось. Возможно, жизнь в качестве девочки затронула тебя сильнее, чем мы полагали.
Игнорируя слабенький выпад профессора, Гарри сглотнул и попытался вновь обрести дар речи, радуясь, что затронуло всё-таки не только его:
— Да, я такой, — признал он.
Да уж, счастливчик.
Однако у него были тридцать три с лишним года — куча времени для составления завещания, а также тихого и безболезненного разрыва отношений с миром живых. Эх, может, Северус даже избавит Гарри от хлопот и самолично его отравит. Так получится намного, мать его, чище, чем резать вены, и уж точно сработает бесспорнее этого долбаного проклятия убийства.
Хотя будет гораздо больнее…
— Добавь в свое утверждение ещё хоть капельку презрения, Гарри, и оно гарантированно станет ядовитым. Уверен, всё будет не так уж плохо.
— Заткнись, Северус! — огрызнулся Гарри; у него все ещё сосало под ложечкой от мыслей о возможной судьбе. — У тебя нет ни единой идеи о том, о чём ты, черт возьми, говоришь. Тебя не судили. Ты понятия не имеешь, что это за испытания. Тебя не отмечали Знаком на практически точно вечные муки! — Его ладонь поднялась к Знаку и сжала ткань, под которой тот находился.
— Нет, — ядовито ответил Северус. — В моем случае нет никаких «практически»!
Гарри остановился и взглянул на зельевара новыми глазами. Он и не думал о темной метке с такой точки зрения. Метка представляла собой символ собственности Волдеморта — однако разве его Знак не являлся эквивалентом символа тех чертовых загадочных «духов»? Обе отметины отбрасывали тень на будущее своего носителя, и обе предвещали когда-нибудь крайне болезненную смерть.
Проклятье, да у него гораздо больше общего с этим своенравным ублюдком, чем думали они оба. Губы Гарри изогнулись в нерешительной улыбке, а горечь его собеседника немного утихла. Может, Северус поймет его сомнения и, чтоб его, абсолютный ужас! Салазар этого постичь не смог.
— Задача на дисциплину заставила меня уничтожить блок Гермионы, — попытался объясниться он. Тихий и настороженный Северус вновь уселся в кресло, а Гарри принялся теребить мантию. — Сложно, но в то же время просто. Задача на волю вынудила меня разработать и создать щиты, защищающие Хогвартс даже сейчас. Хитрость была в том, чтобы установить каналы, формирующие матрицу заклинания. Причём установить таким образом, чтобы их можно было активировать позже, если щиты окажутся достаточно сильны и выдержат испытание временем.
Плохое настроение Северуса сошло на нет, и во второй раз за день он уставился на Гарри с чем-то похожим на уважение. Чем сильно обескуражил Гарри — такого тот не ожидал.
— Т… третьей задачей стало мое проклятие. Это была проверка на силу, и я сам, без чей-либо помощи, создал талисман, способный перенести меня на тысячу лет обратно в будущее.
— Впечатляюще.
— Спасибо, однако каждый раз при мысли о сделанном я желаю, что лучше бы у меня ничего не вышло, — слабо улыбнулся Гарри и взялся за застежки на мантии. — Не могу описать эти испытания — чтобы понять мои ощущения, через них надо пройти. Скажем так: моя магия и обеспеченная ею защита настолько меня истощили, что разум отказался о них вспоминать. Ордалии же, говорят, в тысячу раз хуже. После завершения испытаний я даже не разобрал толком полученного Знака — заметил только, что он всё-таки у меня есть. — Его мантия распахнулась, обнажив грудь.
Северус с восхищением впился в Знак взглядом. К потрясению Гарри, волшебник встал со стула и опустился перед Гарри на колено — так его глаза находились на одном уровне с изображением.
— Я никогда не верил историям…
— Историям? — с удивлением тихо повторил за ним Гарри.
В пристальном взгляде Северуса отразилось развлечение по поводу недоумения собеседника, а потом тот снова уставился на Знак.
— «С» — стилизованная змея, разве нет? — спросил он, смотря на изогнутую линию в центре Знака. — Она показывает, что твоим Мастером был Слизерин, так как это его символ, тогда как изображение крыльев — твой. Луна — твой небесный проводник, но у тебя нет связи с элементами… однако эти линии здесь… — он потянулся было к Знаку, но в последний миг отшатнулся. Когда Гарри не единым жестом не возразил, он медленно коснулся его кончиками пальцев, Знак взорвался светом, и оба волшебника задохнулись от волны затопившей их магии.
Волшебство опутало их; какое-то время облако подержалось, а потом истаяло, оставив их задыхающимися от мощи магии.
— Итак, — хрипло проскрежетал Северус, — вот ты какой, Гарри Поттер… Волос у тебя гораздо меньше, чем думалось. Возможно, жизнь в качестве девочки затронула тебя сильнее, чем мы полагали.
Игнорируя слабенький выпад профессора, Гарри сглотнул и попытался вновь обрести дар речи, радуясь, что затронуло всё-таки не только его:
— Да, я такой, — признал он.
Страница 11 из 29
