Фандом: Сотня. Джон Мерфи не из каждой передряги выходит целым и невредимым. Иногда для того, чтобы выбраться, даже ему бывает нужна помощь. Суметь бы ее принять…
108 мин, 12 сек 3977
— Вот и все. По правде сказать, я должна была бы сообщить о драке, но не буду этого делать. Джаспер тоже.
— Пожалели? — спросил он совсем не то, что хотел.
— Да нет. Просто… у нас сейчас более серьезные проблемы, чем двое сцепившихся мальчишек. А Джаспер получил то, к чему стремился, и сам это понял. — Эбби усмехнулась. — К тому же ему совестно признаваться, что его свалил парень в инвалидной коляске.
— Чего Индра хочет от Блейка? — глядя на нее в упор, подхватил Мерфи тему «более серьезного», проигнорировав остальное. — Он сам ничего мне не объяснил. А Джаспер сказал…
— Вообще Джаспера не должно было там быть, — жестко прервала его Эбби. — Все это не должно было выйти за пределы Совета.
— Опять тайны, — покивал Мерфи. — Не хотите повторения… как тогда, с Финном? Так не волнуйтесь, Белл тут давно уже не настолько популярен, чтобы из-за него кто-то пошел против вас. Хотя я бы пошел, — вдруг вырвалось у него злое и безнадежное. — Но не могу. Так что просто скажите, что происходит.
Эбби внимательно смотрела на него, и он не мог понять, о чем она думает. Это пугало.
— Доктор Гриффин, — севшим голосом попросил он. — Мне надо знать. Они хотят его…
— Нет! — Ее изменившееся лицо заставило его поверить — и правда, нет. — Нет, что ты. Просто… Пайка, главного обвиняемого в той бойне, убила Октавия. Она, конечно, уже считает себя трикру, и они ее приняли. Но Пайк должен был умереть так, как требовали их традиции, не от одного клинка одного воина в бою. И они этого не получили. Второй раз.
Мерфи все это и так понимал. Это была первая мысль, которая стукнула его, едва он услышал о требовании трикру насчет присутствия Белла. Тогда что им надо?
— Джон, это все серьезно.
— Как всегда.
— Увы, да. Они не угрожают напасть на нас, если мы не выполним их требования, но и отношений с нами поддерживать не будут, и пропускать нас через свои территории тоже, и будут голосовать против нас у Командующей…
— Если учесть, что вокруг и так их территории, получится та же блокада, да?
Эбби кивнула.
— Так что им нужно-то?
— Индра не будет требовать его смерти. То есть, она лично это считает самым правильным, но последний год изменил не только нас, — она села на свой стул, глядя на Мерфи в упор внимательно и чуть печально. — Она понимает, что их соблюдение местных традиций удовлетворит их воинов, которые требуют этого последние три месяца, но не приблизит нормальные соседские отношения, о которых говорила Лекса, и которые трикру нужны не меньше, чем нам. Они начали учитывать и наши традиции. В Полисе Кларк показала им, как можно отказаться от мести. Как можно наказать, избежав крови. По нашим традициям.
Про Карла Эмерсона Мерфи слышал. Про то, как с его подачи была взорвана гора Уэзер с людьми с Ковчега, про его поимку воинами Роана, про «подарок» Ванхеде, и про то, как с подачи Кларк Эмерсона не убили, а изгнали с территории Полиса и не только. И про то, чем все потом закончилось, хотя это уже другая история.
— О да, — невольно усмехнулся он. — Традиции у Кларк узнаваемые. Изгнание — хорошая штука. Если выбирать между ним и виселицей…
Эбби не успела отреагировать, как его уже стукнула следующая мысль:
— Только не говорите, что они требуют его изгнать!
Выражение ее лица почти не изменилось, но то, как она медлила с ответом, сказало ему больше, чем если бы она кивала изо всех сил.
— Я же не смогу…
— О чем ты?
— Я не смогу пойти с ним.
А вот теперь она смотрела так, что Мерфи захотелось провалиться. Потому что никто очень давно не смотрел на него с такой нежностью и пониманием. Ее рука накрыла его на подлокотнике кресла, а потеплевшие глаза не отрывались от его лица, так что отвести взгляд было просто невозможно.
— К сожалению, скорее всего, тебе и не придется. Есть другой вариант, и сам Беллами склоняется к нему, хотя… — она покачала головой, не договорив, и у Мерфи все внутри сжалось. Что — «хотя»? — Мы сегодня еще раз будем встречаться с делегацией и постараемся все уладить как можно безболезненнее для всех.
Ему хотелось еще много спросить, но что-то подсказывало, что она не объяснит больше ничего. Но один вопрос хотелось задать.
— А что говорит Октавия?
Эбби сжала его руку и отодвинулась.
— Изгнание предложила она. Индра хочет другого.
Того, к чему сейчас «склоняется» упертый осел Блейк. Нечто между смертью и изгнанием. Почему ему кажется, что«безболезненно» это будет для кого угодно, кроме Белла?
Эбби действительно больше ничего не объяснила, и к дверям их с Беллами каюты Мерфи подъехал в полной растерянности и растрепанных, насколько у него это получалось, чувствах. От него ничего не зависело. Он не мог ни повлиять на желания трикру, ни убедить Беллами согласиться уйти — ведь он не мог и предложить свою компанию, а значит, не имел права вот так его фактически выгонять. Он не мог даже влезть в драку. Это было бы безнадежно в любом случае, но это было бы действие. Но вот как раз в действиях Мерфи теперь был весьма ограничен.
— Пожалели? — спросил он совсем не то, что хотел.
— Да нет. Просто… у нас сейчас более серьезные проблемы, чем двое сцепившихся мальчишек. А Джаспер получил то, к чему стремился, и сам это понял. — Эбби усмехнулась. — К тому же ему совестно признаваться, что его свалил парень в инвалидной коляске.
— Чего Индра хочет от Блейка? — глядя на нее в упор, подхватил Мерфи тему «более серьезного», проигнорировав остальное. — Он сам ничего мне не объяснил. А Джаспер сказал…
— Вообще Джаспера не должно было там быть, — жестко прервала его Эбби. — Все это не должно было выйти за пределы Совета.
— Опять тайны, — покивал Мерфи. — Не хотите повторения… как тогда, с Финном? Так не волнуйтесь, Белл тут давно уже не настолько популярен, чтобы из-за него кто-то пошел против вас. Хотя я бы пошел, — вдруг вырвалось у него злое и безнадежное. — Но не могу. Так что просто скажите, что происходит.
Эбби внимательно смотрела на него, и он не мог понять, о чем она думает. Это пугало.
— Доктор Гриффин, — севшим голосом попросил он. — Мне надо знать. Они хотят его…
— Нет! — Ее изменившееся лицо заставило его поверить — и правда, нет. — Нет, что ты. Просто… Пайка, главного обвиняемого в той бойне, убила Октавия. Она, конечно, уже считает себя трикру, и они ее приняли. Но Пайк должен был умереть так, как требовали их традиции, не от одного клинка одного воина в бою. И они этого не получили. Второй раз.
Мерфи все это и так понимал. Это была первая мысль, которая стукнула его, едва он услышал о требовании трикру насчет присутствия Белла. Тогда что им надо?
— Джон, это все серьезно.
— Как всегда.
— Увы, да. Они не угрожают напасть на нас, если мы не выполним их требования, но и отношений с нами поддерживать не будут, и пропускать нас через свои территории тоже, и будут голосовать против нас у Командующей…
— Если учесть, что вокруг и так их территории, получится та же блокада, да?
Эбби кивнула.
— Так что им нужно-то?
— Индра не будет требовать его смерти. То есть, она лично это считает самым правильным, но последний год изменил не только нас, — она села на свой стул, глядя на Мерфи в упор внимательно и чуть печально. — Она понимает, что их соблюдение местных традиций удовлетворит их воинов, которые требуют этого последние три месяца, но не приблизит нормальные соседские отношения, о которых говорила Лекса, и которые трикру нужны не меньше, чем нам. Они начали учитывать и наши традиции. В Полисе Кларк показала им, как можно отказаться от мести. Как можно наказать, избежав крови. По нашим традициям.
Про Карла Эмерсона Мерфи слышал. Про то, как с его подачи была взорвана гора Уэзер с людьми с Ковчега, про его поимку воинами Роана, про «подарок» Ванхеде, и про то, как с подачи Кларк Эмерсона не убили, а изгнали с территории Полиса и не только. И про то, чем все потом закончилось, хотя это уже другая история.
— О да, — невольно усмехнулся он. — Традиции у Кларк узнаваемые. Изгнание — хорошая штука. Если выбирать между ним и виселицей…
Эбби не успела отреагировать, как его уже стукнула следующая мысль:
— Только не говорите, что они требуют его изгнать!
Выражение ее лица почти не изменилось, но то, как она медлила с ответом, сказало ему больше, чем если бы она кивала изо всех сил.
— Я же не смогу…
— О чем ты?
— Я не смогу пойти с ним.
А вот теперь она смотрела так, что Мерфи захотелось провалиться. Потому что никто очень давно не смотрел на него с такой нежностью и пониманием. Ее рука накрыла его на подлокотнике кресла, а потеплевшие глаза не отрывались от его лица, так что отвести взгляд было просто невозможно.
— К сожалению, скорее всего, тебе и не придется. Есть другой вариант, и сам Беллами склоняется к нему, хотя… — она покачала головой, не договорив, и у Мерфи все внутри сжалось. Что — «хотя»? — Мы сегодня еще раз будем встречаться с делегацией и постараемся все уладить как можно безболезненнее для всех.
Ему хотелось еще много спросить, но что-то подсказывало, что она не объяснит больше ничего. Но один вопрос хотелось задать.
— А что говорит Октавия?
Эбби сжала его руку и отодвинулась.
— Изгнание предложила она. Индра хочет другого.
Того, к чему сейчас «склоняется» упертый осел Блейк. Нечто между смертью и изгнанием. Почему ему кажется, что«безболезненно» это будет для кого угодно, кроме Белла?
Эбби действительно больше ничего не объяснила, и к дверям их с Беллами каюты Мерфи подъехал в полной растерянности и растрепанных, насколько у него это получалось, чувствах. От него ничего не зависело. Он не мог ни повлиять на желания трикру, ни убедить Беллами согласиться уйти — ведь он не мог и предложить свою компанию, а значит, не имел права вот так его фактически выгонять. Он не мог даже влезть в драку. Это было бы безнадежно в любом случае, но это было бы действие. Но вот как раз в действиях Мерфи теперь был весьма ограничен.
Страница 18 из 29
