Всё дело в том, что я не любила себя, своё тело. И только он мог помочь мне в этом, но нехотел. Поздно! Я теперь лишь груда внутренностей, женщина давно мертва. Так же как до него я хотела жизни, сейчас я жажду смерти. Только в её липких, удушливых объятьях мы будем вместе. Навсегда.
Крысы наводнили квартиру на четвёртый день. А он всё двигался в мёртвом ритме. Что-то хлюпало в её гниющем теле. Мутная жидкость сочилась из ранок и язв, оставленных крысиными зубами. Он кончал жёлтыми червями, а из её рта выползали серые мухи и облепляли их тела. Посмертные любовники. Их любовь будет длиться до тех пор, пока его кости не рассыпятся зловонной кучей, а её тело не обгладают крысы.