Садовый домик

Крики с первого этажа заставили Лекарева оставить скорбные размышления и начать действовать. Маша скрутила старую тряпку в большой комок, оставив длинный конец, и вытянула руки вперед, чтобы не облиться горючим. Толя открыл канистру и, стараясь не попасть на руки девушки, обильно полил всё бензином. Потом он с треском открыл окно — рама ели поддалась, и посмотрел вниз. Покойников прибыло. Зрелище было жуткое. Они начали скапливаться в единую гнилую массу. Толик выхватил у Машки тряпку и поднес к ней зажигалку. Чиркнул колесиком и через мгновение в руке полыхнуло. Ладонь обдало нестерпимым жаром и парень с криками боли выпустил тряпку. Пылающий комок быстро полетел вниз и приземлился на голову одному из существ. Тут началось что-то невообразимое. Мертвяк вспыхнул как спичечная головка, будто насквозь был пропитан горючей жидкостью. Искры от него разлетелись во все стороны и зацепили рядом стоящих. Те тоже запылали ярким огнем и, отделяясь от общей массы, побежали в сторону парящей речки, оставляя за собой причудливые пляски пламени.  В один момент все как по команде отпрянул от дома и подняли свои гнилые головы наверх. Натиск при этом прекратился.

— Что, съели! — со злостью крикнул Толя, тряся в воздухе обожженной рукой.

Его изучали несколько секунд, потом продолжили штурмовать окна первого этажа. Снова последовал выстрел, но такого действия как горящая тряпка не возымел.

— Давайте быстрее, они уже доски почти все проломили! — послышалось снизу.

— Да мы тут сами сгорим! —  крикнула в ответ Машка.

— Ну так возьмите чего-нибудь, на что наматывать можно! Скорее, скорее…

Девушка огляделась и увидела несколько тонких реек, которые остались после обшивки ими стен на втором этаже. Это было то, что надо. Она выложила их в ряд и намотала на каждую из досок разорванную на несколько частей тряпку. Получилось около десяти огненных стрел, не хватало только лука. Лекарев, успевший справиться со своей обожженной рукой, смочил концы факелов бензином и повторил атаку на мертвецов. На этот раз всё вышло гораздо удачнее — была возможность прицелиться. Швырнув снаряд в самую гущу нежити, он умудрился зацепить сразу пятерых, каждый из которых, вспыхнув, поджег огнем пару-тройку соседей. От этого количество наступающих заметно поубавилось, а горящие обратились бегством в сторону речки. Ещё два пущенных факела полностью очистили площадку внизу и всё утихло. Мертвецы, кажется, кончились…

Ребята закрыли окно, предусмотрительно приготовив ещё несколько факелов, и спустились вниз к хозяину. Серега не сидел на месте. Он уже откуда-то достал молоток,  длинные гвозди и заколачивал прорехи в оконной броне. Помещение было наполнено запахом пороха.

— Да они вроде кончились, — сказал Толя, наблюдая за быстрой работой и держась за перила, руки его при этом ходили ходуном.

— А если нет, нам расслабляться нельзя. Помоги лучше.

Вместе ребята быстро заколотили окна и шкаф. Сергей подбросил дров в гаснущую печь и сменил потушенные огарки на новые свечи. Потом парни тяжело уселись за стол, лицом к баррикадам, а девушка расположилась прямо на полу, облокотившись спиной о горячую печь и обхватив колени руками.

— Сколько их было там, похороненных в бетоне? — спросила Маша у брата.

— Не знаю точно, по тюремным архивам около тридцати человек.

— Значит, мы всех перебили?…

— Может и не всех… — загадочно произнес Сергей.

— В смысле? — насторожился Анатолий, которому казалось, что он начал расслабляться и для верности хотел попросить у хозяина чего-нибудь выпить.

— Просто я не знаю, куда в итоге тела эти идиоты отвезли.

— А какая разница?