Сага о любви

Сус Крестос — то сука, разоделся как петух, в белом венчике из роз, ну там, в мантии полупрозрачной от Дучи и подловил-таки меня вчера, вот к чему это знамение — то было с конем охуевшим, и Иуду подослал из среды друзей считай что ближних. Выманил меня на улицу Мими и давай кидать предъявы, мол, какой я хулиган, пью, курю не то что нужно, природу загрязняю, мальчики и девочки, а также женщины (он особенно на них уповал) на меня все жалуются, все как один. Сам Крестос выглядел как обычно, ну помимо нарядов эксклюзивных т. с зубы черные кривые, такими поросячьи хуи обычно едят, обвинченный в дугу, гонит что-то несусветное про Закон, как всегда: «Воровской закон мол, выше обыч-ного!» Мария Магдалина его все подпездывает. Я так понял, что с нее все и пошло, ей видать выпить захотелось, и она ничего лучшего не придумала, как обвинить меня в грязных домогательствах до женщин улицы Мими, там женщины — то все по центнеру. Крестос был не в себе и поэтому подкрался незаметно и ударил меня тяжелой ментовской палкой по голове, стало быть как он сам терпел, то и нам велел. Удар был сродни удару пули, так что я с радостью предпочел бы как раз последнюю, голова конечно треснула, но уж мне не привыкать, хотя по — моему именно пулю получить немного легче я подчеркиваю, ну или тоже самое. Хотел он мне еще печень отбить, ну тут я захитрил: «Готов говорю прощения попросить у всех невинно обиженных женщин, а также девушек, девочек и совсем отроковиц. Его этот вопрос волновал больше всего, что вызывало дикий восторг у Марии. Она прямо пошла и вся приоделась. Надела туфли на высоком каблуке, лифчик на три размера больше, панталоны цвета Хаки, ну и все такое… Как я к женщинам отношусь, вы то уже знаете, но раз самому Кресту Вырви — Глазу сдали тебя, чтоб выжить, лучше пойти на компромисс, как никак, сын божий, расчетаться — то, и потом можно, когда, его опять подвесят, как беспредельщика. Так вот самое пакостное заключалось в том, что первая же женщина сказала» Да я очень рада простить тебя милок, но только не помню за что«… Никакие ты мне наряды не рвал, и не портил, и водку у нас не отнимал, и неприлич-ными словами не выражался! Оказалось, что и те, у кого я водку скрысил якобы, тоже ничего такого не помнили. В общем, все меня простили кроме Суса:» Пять дней (не три, что харак-терно) тебе даю, говорит, чтобы собрать 250 рублей ))) и к Оборванцу их доставить, а не то, — говорит, — город тебе этот таким маленьким-маленьким покажется, меньше, спичечной, коробочки, а, то, он, каким, другим, мне, когда казался. Дошло до меня тогда, что INRI, он хоть парень и крутой, на Голгофе видишь ли униженный, и готовится стал тоже к тысячелетней войне с Аллах-Латином, для чего и настоял в глазах Иванова на введении как бы ограниченного контингента войск на территорию ближнего востока. А вот как пидер латентный, (очень сильно клинило его на тему «в жопу выебут», напугать меня не смог, а чего меня пугать-то, я и так ебусь с удовольствием, во вторых по понтам его корявым понял я: «Дурак он такой, что еще мне фору даст!» Так началась тысячелетняя или другими более правильными словами Holly Wars в моей голове.

->

[Author:пҐпЅя'й€i]

«Подготовка к войне любви — это как ежедневный прием пизды, сидя в клумбе с душистой геранью».

— Лом, почему так хуево, ты забыл включить антигравитационное поле? — вскоре после старта, собравшись с последними силами, выдавил Геракл.

Пьяноватый Лом тоже ощущал на себе силу дивных нечеловеческих перегрузок, но при этом силился расстегнуть ширинку, хотя и сам не отдавал себе отчета в происходящем т. к перед ним маячил виртуальный образ Зены, участвовавшей в австралийском конкурсе мисс -бикини.

— Боже мой, сколько же все это может длится?! — заныл Геракл.

— В соответствии с конструктив — диаграммой, наша парабола лежит параллельно, но тангенс, как известно равен, ибо еще старый добрый Архимед утверждал как-то с утра, что якобы его портки одинаковой длинны! — попытался разрядить атмосферу Адский Папа, но его лицо давно разложилось и было непонятно смеется он или плачет.

— Дружочки, нет ли у кого хоть одного кусочка льда? — в павильон не подозревая о том, что перегрузки уже практически зашкалили, вошла Лиза с бокалом бренди, про лед она тоже хотела оприходываться!

— Баля! — проревел в сторону Геракл, но Виталий Васильевич должен был спасти сериал, поэтому он стал импровизировать и вскочил с очень удобного для ловли приходов кресла капитана кора — бля:

— А вот не желаете ли горяченького?! — он подскочил к Лизе и коротко ткнул ее в область печени. Лиза почему то сразу решила, что Виталия Васильевича охмурила эта полу фрегидная сука из созвездия крупноватых для своего возраста Гончих Псов, и поэтому сгибаясь произнесла фразу не из сценария:

— Что ж ты сука делаешь-то?

Впрочем Виталий Васильевич и тут не растерялся, он придал лицу крайне озабоченное выражение и подскочил к LCD??? — дисплею:

— А вам не кажется что нас хотят атаковать Мультяки? — взволнованно произнес он.