Сельдяной король

Снаружи, в доке, я снова чувствовал себя бессильным. У меня словно отобрали очень мощный инструмент. Но я не подавал вида. Опустил люк, взобрался к пульту управления и с первого раза повернул нужный переключатель. Ворота шлюза начали сходиться, стискивая морской пейзаж.

Интересно, многие заметили, что один из шаров был открыт?

Ничего, сейчас всё стало как раньше.

Когда мы вышли, я вытащил из щели правильный ключ и спрятал в портфель. Филиппченко смотрел. Он хотел что-то сказать, но никак не мог сформулировать.

Я убедился, что проход к докам снова заперт, полез во внутренний карман, как бы за платком, а когда достал руку, в ней уже был серебристый дедушкин пистолет.

Филиппченко уставился на него тупыми глазами. Похоже, ему первый раз в жизни угрожали настоящим — Отдай, — сказал я.

— Что?

— Ты знаешь, что. Зеркальный ключ.

— Ну куда я с ним… — Я сказал. Отдавай зеркальный ключ.

Он вздохнул, но протянул пластинку.

— И зачем я с тобой связался… — А сейчас идём к автобусу.

Нам повезло, что мы вернулись прямо к последнему уроку. Иначе оказались бы в паузе, когда по полтора часа ждали.

Подошёл пустой автобус, двери открылись.

— Куда мне садиться?

— Куда хочешь, кроме последних сидений. Я хочу видеть твой затылок.

Автобус тронулся и я бросил быстрый взгляд на акваторию комбината. Доки были на месте, такие же круглые и закрытые. Но на первом, кажется, теперь заметно светлое пятно — там, где впервые за много лет открывались ворота шлюза.

— Куда теперь?— спросил Филиппченко, когда автобус остановился на первой остановке нашего посёлка.

— Вали куда хочешь. У меня свои дела.

Следовало грохнуть его прямо здесь.

Но — нет. Слишком опасно.

Тогда я ещё не умел хорошо прятать трупы.

— Что нового в школе?— спросил отец, когда я пришёл домой.

Я не выдержал.

— Ну сколько можно меня спрашивать, что нового в школе? Каждый вечер — спрашиваешь и спрашиваешь! Там всё одинаковое! И даже уроки те же самые, что были у тебя!

— Ну, люди… спрашивают друг у друга, как прошёл день, — пробормотал отец. Это был первый раз, когда я поднял на него голос.

Я потопал в свою комнату. Попытался делать уроки, но математикой, химией, физикой был сыт по горло. Может, литература?

Я открыл толстый кирпич хрестоматии. Он открылся на сокращённом романе кого-то из довоенных классиков. Аннотация сообщала, что классик не успел в эвакуацию. Гадолиниевая бомба удачно попала прямо в его квартиру. Автор погиб, вместе с ним сгорели рукописи ещё трёх романов. Человека немного жаль, а вот второе, пожалуй, и к лучшему.

Читать это было невозможно. Вязкие, как тесто, фразы тянулись одна за другой по страницам, на которых крестьяне в закопченных горницах вели бесконечные разговоры при длинном пламене свечей.

На третьей странице я не удержался и швырнул книгу прочь. Я швырнул её в кровать, чтобы получилось негромко.

Случалось, у меня не было сил делать уроки. Но сегодня всё наоборот. У меня было слишком много сил, чтобы что-то делать. В животе словно кружился водоворот.

В чём же дело?

Надо понять, в чём дело. Если я не пойму, мне конец. Непонятное, не до конца переваренное знание просто убьёт меня.

Я зажмурил глаза и вдруг увидел ключ.

Яркий, изогнутый, он вращался перед глазами. Казалось, ключ сделали из зыбкой полоски расплавленного металла и сейчас он полыхает посередине чёрной вселенной.

Я схватил портфель, проверил ключ. Мой был на месте. Большой, холодный и чёрный.

Но почему я вспомнил про ключ? Что в нём особенного. Я рассматривал мой, поворачивал вправо и влево. Адмиральский остался на лодке, дверь я запер. Филиппченко не сможет вернуться в док, даже если захочет.

Или сможет.

Я снова представил ключ. Потом станок, в котором этот ключ был отлит. Вот кипит в главном цилиндре жидкий серебряно-жёлтый металл, вот он потёк по трубке и заполняет собой матрицу, что отлита по образцу зеркального ключа… Матрица!

Ну конечно!

Матрица адмиральского ключа так и осталась в станке.

Если они смогут починить станок, а потом сумеют договориться… И они смогут делать новые и новые ключи, пока жёлтый металл не закончится. Я сам видел, что ключ делается за несколько минут.

Смогут ли они заменить калибровочный кристалл?

Смогут. Я помнил, к станку полагается запасной.

Пока у них будет достаточно жёлтого металла, они смогут делать всё новые и новые ключи… Конечно, металла немного. Но им и не нужно много ключей. Чтобы завладеть Сельдяным Королём, достаточно одного.

Я стоял посередине комнаты и смотрел, как за окном горит закат. Солнце опускалось среди туч, похожее на далёкий ядерный взрыв.

Я схватился за настольную лампу. Нет, не то.

Схватился за ручку. Нет, не то.

Мне нужен был инструмент. Что-то, чем я мог бы повлиять на мир. Мир, который всё больше сходил с ума — хоть всяким классикам и казалось, что дальше сходить с ума уже некуда.

Наконец, бросил всё и просто побежал в прихожую. Натянул ботинки и прежде, чем отец успел спросить, выбежал из дома.