Фандом: Гарри Поттер. Есть дни, которые меняют твою жизнь безвозвратно, разворачивают ее на сто восемьдесят градусов и делают совершенно иной…
154 мин, 51 сек 14759
Грейнджер дышала через раз, стиснутая в малфоевских объятиях, и думала о том, что Астрологию все-таки не стоит смешивать с Арифмантикой — по отдельности еще можно рассчитывать на верные результаты, а вот при смешении двух этих дисциплин погрешности, очевидно, неизбежны. Но, несмотря на это, среда грозила стать во всех отношениях приятным днем — впереди, конечно, еще пять уроков, а на завтрак они, ясное дело, безнадежно опоздали, но вечером у них с Драко будет свидание на Астрономической башне — он обещал ей показать созвездие Дракона, и, может быть, он опять положит ей руку на грудь и проведет там пальцами, так же, как десять минут назад, это было так чудесно и ново, и странно, и… Гермиона слушала, как неровно дышит Малфой, покрывая короткими поцелуями ее ладони, и думала о Выручай-комнате. Ну и что, что Драко дал ей слово не заниматься с ней сексом в Хогвартсе? Она-то ему такого слова не давала. Да, Выручай-комната им определенно пригодится, а главное — там никто не сможет помешать, даже ее лучшие друзья…
Лучшие друзья Гермионы Грейнджер в этот самый момент подпирали спинами двери в кабинет Арифмантики и на все вопросы удивленных одноклассников, почему они не могут зайти в класс, твердыми голосами отвечали, что там сейчас Грейнджер вместе с Малфоем выполняют специальное задание профессора Вектор, и входить туда нельзя никому, нет-нет, слышал, Забини? никому — значит никому — до специального разрешения профессора.
Септима Вектор в двух шагах от собственного кабинета смотрела в окно на покрытую свежей апрельской зеленью лужайку, прятала в уголках глаз улыбку и репетировала фразу, с которой через две, нет, лучше четыре минуты, войдет в класс и поблагодарит мисс Грейнджер и мистера Малфоя за оказанную ими неоценимую помощь в проведении эксперимента по… «А, ладно! — мысленно махнула рукой Септима. — Что-нибудь придумаю!»
… Спустя немало лет четырехлетняя дочка Рона и Луны Уизли, рыжеволосая в отца и прозрачно-голубоглазая в мать, заберется на колени к одному из троих лучших отцовских друзей, и совершенно не выговаривая букву «р», но звонко напирая на «ж», спросит его: «Дядя Длако, а ты когда подлужился с моим папой?» Драко Малфой бросит насмешливый взгляд на закусившего губу Рона и невозмутимо ответит:
— В среду, Рози, я точно помню, это было в среду…
— Угу, — подтвердит из соседнего кресла еще один лучший папин друг, — я тоже помню.
— Это ты их подлужил, дядя Галли? — повернет к нему сияющую мордашку девочка.
— Не-а, — выдохнет, сдерживаясь из последних сил Гарри Поттер, — нас подружила тетя Гермиона.
— Да, Рози, так все и было, — покачает головой дядя Длако, и едва только девочка соскочит с его колен и убежит в сад Норы играть с многочисленными кузенами и кузинами, трое мужчин — блондин, брюнет и рыжий — расхохочутся во весь голос, вспоминая далекую апрельскую среду их общего шестого курса…
По четвергам Гермионе особенно везло — за что бы ни взялась, все получалось просто отлично, будь то трансфигурация чашки в кролика, эссе по Гербологии или свидание с Драко Малфоем. То, что их первое настоящее свидание за пределами Хогвартса должно было состояться именно в четверг, внушало оптимизм. «Хоть что-то хорошее», — говорила себе Гермиона. Потому что других оснований для оптимизма у нее не было.
Если бы профессор Зельеварения и по совместительству шпион Ордена Феникса в стане врага, мистер Северус Снейп поинтересовался причинами, по которым столь юная и успешно сдавшая экзамены ведьма, вместо того чтобы радоваться каникулам и не по-английски жарким июльским денькам, ложится спать в слезах, а просыпается с тревогой на сердце, Гермиона Грейнджер, скорее всего, воскликнула бы в ответ: «Неужели Вы сами не понимаете, профессор?» Правда, велика была вероятность того, что Снейп действительно ничего не понимал, и тревожных предчувствий, вот уже вторую неделю терзавших Гермиону, не разделял.
И в самом деле, что, собственно говоря, такого страшного (с точки зрения многоуважаемого профессора) происходит в мире? Ну, Вторая магическая война в полном разгаре — так она не вчера началась, не правда ли, Грейнджер? Ну, Министр Магии — полный идиот — я Вас прошу, Грейнджер, а когда наше Министерство возглавлял кто-то другой? Ну, в доме на Гриммо организован тайный штаб Сопротивления, и люди толкутся здесь с утра до ночи — а чего, собственно, Вы еще могли ожидать? Ну, Гарри Поттер ходит нервный и злой — а, Вы опять не проследили, чтобы он выпил Успокоительное зелье, которое я для него готовлю? Ну, Рон Уизли… — а вот о мистере Уизли я слушать ничего не желаю. Причем, ни об одном из семи, благо я имею удовольствие созерцать их рыжие шевелюры практически круглосуточно (ах, Перси здесь нет? То-то я смотрю, кого-то не хватает… Довольно, мисс Грейнджер, не отвлекайте меня всякими глупостями — лучше идите и помогите Молли на кухне, раз уж на заседание штаба Сопротивления вас опять не позвали — и правильно, между прочим, сделали!
Лучшие друзья Гермионы Грейнджер в этот самый момент подпирали спинами двери в кабинет Арифмантики и на все вопросы удивленных одноклассников, почему они не могут зайти в класс, твердыми голосами отвечали, что там сейчас Грейнджер вместе с Малфоем выполняют специальное задание профессора Вектор, и входить туда нельзя никому, нет-нет, слышал, Забини? никому — значит никому — до специального разрешения профессора.
Септима Вектор в двух шагах от собственного кабинета смотрела в окно на покрытую свежей апрельской зеленью лужайку, прятала в уголках глаз улыбку и репетировала фразу, с которой через две, нет, лучше четыре минуты, войдет в класс и поблагодарит мисс Грейнджер и мистера Малфоя за оказанную ими неоценимую помощь в проведении эксперимента по… «А, ладно! — мысленно махнула рукой Септима. — Что-нибудь придумаю!»
… Спустя немало лет четырехлетняя дочка Рона и Луны Уизли, рыжеволосая в отца и прозрачно-голубоглазая в мать, заберется на колени к одному из троих лучших отцовских друзей, и совершенно не выговаривая букву «р», но звонко напирая на «ж», спросит его: «Дядя Длако, а ты когда подлужился с моим папой?» Драко Малфой бросит насмешливый взгляд на закусившего губу Рона и невозмутимо ответит:
— В среду, Рози, я точно помню, это было в среду…
— Угу, — подтвердит из соседнего кресла еще один лучший папин друг, — я тоже помню.
— Это ты их подлужил, дядя Галли? — повернет к нему сияющую мордашку девочка.
— Не-а, — выдохнет, сдерживаясь из последних сил Гарри Поттер, — нас подружила тетя Гермиона.
— Да, Рози, так все и было, — покачает головой дядя Длако, и едва только девочка соскочит с его колен и убежит в сад Норы играть с многочисленными кузенами и кузинами, трое мужчин — блондин, брюнет и рыжий — расхохочутся во весь голос, вспоминая далекую апрельскую среду их общего шестого курса…
Глава 4
День четвертый. Четверг.По четвергам Гермионе особенно везло — за что бы ни взялась, все получалось просто отлично, будь то трансфигурация чашки в кролика, эссе по Гербологии или свидание с Драко Малфоем. То, что их первое настоящее свидание за пределами Хогвартса должно было состояться именно в четверг, внушало оптимизм. «Хоть что-то хорошее», — говорила себе Гермиона. Потому что других оснований для оптимизма у нее не было.
Если бы профессор Зельеварения и по совместительству шпион Ордена Феникса в стане врага, мистер Северус Снейп поинтересовался причинами, по которым столь юная и успешно сдавшая экзамены ведьма, вместо того чтобы радоваться каникулам и не по-английски жарким июльским денькам, ложится спать в слезах, а просыпается с тревогой на сердце, Гермиона Грейнджер, скорее всего, воскликнула бы в ответ: «Неужели Вы сами не понимаете, профессор?» Правда, велика была вероятность того, что Снейп действительно ничего не понимал, и тревожных предчувствий, вот уже вторую неделю терзавших Гермиону, не разделял.
И в самом деле, что, собственно говоря, такого страшного (с точки зрения многоуважаемого профессора) происходит в мире? Ну, Вторая магическая война в полном разгаре — так она не вчера началась, не правда ли, Грейнджер? Ну, Министр Магии — полный идиот — я Вас прошу, Грейнджер, а когда наше Министерство возглавлял кто-то другой? Ну, в доме на Гриммо организован тайный штаб Сопротивления, и люди толкутся здесь с утра до ночи — а чего, собственно, Вы еще могли ожидать? Ну, Гарри Поттер ходит нервный и злой — а, Вы опять не проследили, чтобы он выпил Успокоительное зелье, которое я для него готовлю? Ну, Рон Уизли… — а вот о мистере Уизли я слушать ничего не желаю. Причем, ни об одном из семи, благо я имею удовольствие созерцать их рыжие шевелюры практически круглосуточно (ах, Перси здесь нет? То-то я смотрю, кого-то не хватает… Довольно, мисс Грейнджер, не отвлекайте меня всякими глупостями — лучше идите и помогите Молли на кухне, раз уж на заседание штаба Сопротивления вас опять не позвали — и правильно, между прочим, сделали!
Страница 10 из 45
