Семь фобий маньяка по имени Джефф Вудс

Джефф мычал, трясся от болей в горле, но не сопротивлялся больше, позволяя довести это все до конца. Он вообще не особо понимал, что происходит, но однозначно чувствовал толстый скользкий член на языке и соленый вкус смазки в горле. Его напугало стягивающее ощущение внизу живота, когда он отдаленно думал о том, что Джек сейчас имеет его в рот, но даже так, отвращение брало верх.

Струя ударила в горло, соленая, горячая и очень вязкая, а прежде, чем Джек кончил полностью, он вытащил половой орган, изливаясь и обмазывая щеки и губы брюнета семенем. Для надежности потянув за хвост и заставив улыбчивого задрать голову и ударил слегка по кадыку. Подавившись, он все же проглотил сперму, глубоко вздыхая и с усилием закрывая глаза. Одышка и кашель, тяжесть тела. Было херовее некуда.

— Да ты еще тот извращенец, раз возбудился от того, что тебя только что насильно выебали в рот. Ты переплюнул даже Нину.

Наконец встав с затекших и болящих коленей, парень прислонился к стенке и положил голову на угол скамьи. Шею ломило, горло будто порвали, а еще по ранам в вперемешку с кровью из губы и носа текло розовое семенное выделение. Волосы упали на плечи, лицо. Прилипая к нему, создавая неприятную колкость.

Он с трудом вытер это все, такой же испачканной футболкой.

— Ты долбаеб, — хрипло потянул Вудс.

— Что, теперь будешь плакать в подушку из-за того, что я заставил отсосать?

— Нет, просто как почувствую себя лучше, воткну нож в пузо. Тогда считай в расчете.

— Если я скажу, что мне очень понравился твой рот, ты смягчишь наказание?

— Нет.

Претензий не у кого не было. Слендер решил не зацикливать внимание на том, что делали в этом месте парни. Просто выпустил их, когда на улице стемнело.

Джек даже посчитал своей прямой обязанностью перекинуть жилистую руку Джеффа через плечо и дотащить того до комнаты. Ему было откровенно все равно, даже если бы каннибал его на руках понес. Лишь бы никто ничего не спрашивал.

Ванна оказалась трудным делом, когда ты избит, морально опущен, еще и изнасилован. Но пришлось себя вымыть и упасть в кровать со стонами боли, надеясь на лучшее.

Браво!

«Карусель, карусель, начинаем рассказ, прокатись на нашей карусели»

«Бывают отвратительные дни в жизни? Они у меня каждый день. Правда, в одном случае, я бывает получаю выгоду, а в другом выгоду получают все, кроме меня.»

После того маленького противного дня, который я бы не хотел вспоминать, я неделю не выходил из своей комнаты.

Просто лежал там. Выходил только чтобы поесть. Один раз. Вечером.

На охоту я не ходил, не было сил и желания. Нос я обрабатывал каждый день, как и подбородок. Ребра все целые. Хоть это меня порадовало.

После этой злосчастной недели, за которую я сбросил больше четырех килограмм и со своим небольшим весом стал похож на глиста. Ко мне стали через раз заглядывать КлокВорк и Джек. Кто бы мог подумать?!

Друг друга они не замечали, и продолжали активно не замечать.

Первой пришла девушка, дав мне подзатыльник, прочитав лекцию о том, что я идиот и что нельзя нарушать правила, иначе выходит всё таким образом.

Она оказалась одной из трех свидетелей спермы на моём лице и футболке.

Когда Безглазый тащил меня на верх, она была в гостиной, но ничего не говорила, проводив взглядом.

Еще двое были: мой, не кстати появившийся, брат, который ничего не понял.

Лью вообще мало что понимал в целом. После зомбирования он стал таким тормозом. Так что тот просто поздоровался и спросил: что случилось? Я не ответил.

И Нина, что шарилась в округе, а после того, как мы прошли, видимо расплакалась и убежала. Я слышал ее всхлипы, и, должно быть, не только я.

Остальных как ветром сдуло.

Ну так вот, о посещении.

Клок рассказывала, что произошло за день и расспрашивала о случившемся. Это не было дружеским жестом, скорее уж женское и природное любопытство. Я не рассказывал ей ничего, скорее наоборот.

Она без перерыва болтала о том, что все знает, что Тоби ей все рассказал, что видела на мне белые следы, что ей это не нравится.

Этой девушке было больше двадцати двух. Меня она, к моему удивлению, считала скорее сыном, нежели другом. Это типа материнский инстинкт и все такое, но я давно не был ребенком, а она не такая уж и старая. Я позволил ей продолжать такое неформальное отношение к себе. Это забавляет.

Из того, что я узнал, я понял следующее: Джека недавно кинула Энн. Просто потому, что он не уделял ей должного внимания и был не интересен; Нина сбежала. Естественно, искать ее никто не собирается, это чисто ее решение и проблемы; В доме новенькая, но это было неважно.

Потом шатенка указала на длину волос и предложила их остричь. Я пощупал отросшую чуть ниже плеч гриву и подумал, что если смотреть на это с другой стороны, они ничем и не мешают, так что отказался.

На следующий день после этого ко мне приперся Найрас. Без слов закрыл за собой дверь и уселся рядом на полу, где я прилепливал на нос пластырь.