Семья для моей души

Глава 3. Непростое решение. Лондон. Сент-Джеймс парк

После ссоры с женой Гарри Поттер чувствовал, что еще немного, и его неконтролируемая магия вырвется на волю и начнет все крушить на своем пути. Необходимо было отвлечься и успокоиться. После принятия титула лорд Поттер познакомился со многими премудростями, необходимыми главе рода. Несмотря на то, что обучение он начал в столь зрелом для аристократа возрасте, а не с четырех-пяти лет, как следовало бы, все же его репетиторы и добровольные помощники остались довольны успехами. Он научился не только разбираться в счетах, договорах и других деловых бумагах. Он осилил этикет, разобрался с историей магического мира (с настоящей, а не с той, что их обучал профессор Хогвартса — привидение Биннс), изучил основы права и юриспруденции мира, в котором жил. Много сил пришлось приложить для ознакомления с генеалогией родов магической Англии и конкретно с особенностями родов Поттер и Блэк. Он осваивал науку дисциплины, сдержанности и принятия трезвых решений, не замешанных на эмоциях. Гарри многому научился, но впереди его ждал колоссальный труд по усовершенствованию своих знаний и навыков.

И только в одном случае его броня приобретенной сдержанности трещала по швам — во время разговоров с Джиневрой. Вот и в этот раз он не сдержался и сорвался на крик, выпустив на волю того Поттера, которого все знали до Последней битвы: импульсивного, скорого на определения и необдуманные решения, но бесконечно искреннего и ранимого. Это недопустимо для лорда Поттера. Решение серьезных вопросов требует непредвзятости и холодного разума. К принятию титула Гарри отнесся очень серьезно, считая, что необходимо соответствовать требованиям занятого положения. Его взрывная эмоциональность всегда была плохим советчиком. Поэтому Поттер и покинул дом. Просто сбежал посреди безобразной ссоры, чтобы потом не жалеть о сказанном в запале скандала и с намерением обдумать еще раз сложившуюся ситуацию в семье.

Гарри по каминной сети переместился в маленькое кафе для магов в центре Лондона. Здесь всегда было немноголюдно. Мягкое освещение уютного зала, оформленного в бежевых и зеленоватых тонах, успокаивало и давало возможность расслабиться и отдохнуть после напряженных часов работы. Непритязательный вкус лорда Поттера всегда удовлетворяли предлагаемые меню закуски и напитки. А еще тут подавали мороженное, почти такое же вкусное, как у Флориана Фортескью в Косом Переулке. Но сегодня Гарри в кафе не задержался. Приветственно махнув хозяину заведения, в котором был завсегдатаем, давая понять, что, возможно, зайдет позже, он вышел, звякнув колокольцем, подвешенным над дверью на маггловский манер.

Двери кафе выходили рядом с Уайтхоллом, но Поттер сегодня сторонился людей и не стал идти на шумную улицу. Он направился в расположенный поблизости Сент-Джеймс парк — один из старейших королевских парков Лондона, окруженный тремя великолепными дворцами: Букингемским, Вестминстерским и Сент-Джеймса. Гарри любил здесь бывать, особенно в последний год. Здесь приятно с моста, перекинутого через озеро, полюбоваться великолепными видами Лондона и хорошо ухоженными цветниками. Можно покормить птиц или взять напрокат кресло и, удобно устроившись там, где понравится, послушать, как играет оркестр на летней площадке. Вся атмосфера парка располагала Поттера к спокойному анализу событий последних лет. Здесь легко дышалось и так же легко думалось. Возня уток в воде возле берега не отвлекала, а странным образом успокаивала и наводила мысли на аналогии и параллели в жизни всех обитателей этого такого сложного и вместе с тем простого мира.

В теплый апрельский денек было даже обидно бродить по чудесному парку в одиночку, но Гарри уже привык и сегодня пришел сюда именно для того, чтобы все вспомнить и упорядочить, а если получится, то и принять решение, как жить дальше.

Поттер

Апрель 1998 года. Жизнь кипела, как зелье в котле моего друга Лонгботтома, угрожая взорвать и сам магический мир. Все с ускорением катилось к развязке. Мир на грани. Нервы на пределе. Люди в отчаянии. Магия бурлила в крови. Размышлять и планировать было уже некогда — требовалось действовать.

Это сейчас можно каждое событие рассмотреть со всех сторон, как букашку на стеклышке исследователя.

Я победил Волдеморта. Я исполнил пророчество. А те, кто погиб, кто рвал свою душу в куски, какое пророчество исполняли они? В моем — не было ни слова о тех жертвах, которые принесли жители магической Британии.