Фандом: Гарри Поттер. События разворачиваются сразу же по окончании эпилога «Группы риска». Снейп и Гермиона под видом профессоров зельеварения и рун отправляются в Хогвартс расследовать исчезновение Распределяющей шляпы. Срабатывает заклинание-ловушка, и Снейп теряет память. Сможет ли он снова стать самим собой? Кому и зачем понадобилась Распределяющая шляпа? Какие еще жуткие и таинственные события произойдут в Хогвартсе? Короче: что это было и кто все эти люди?
188 мин, 27 сек 8687
— Хреновый у тебя юрист, Виктор, — окатила его волной презрения Грейнджер и вытащила волшебную палочку. — Ты удивишься, когда я тебе сообщу цифру моего годового дохода.
— О, я ни в коей мере не принижаю ценность твоих научных работ! Но как насчет отношений с законом? До меня дошли слухи, что ты не брезгуешь не совсем законными источниками дохода. Ты знаешь, что взломщики заклинаний находятся вне закона? Мать-преступница — это ужасно.
Ого! Я почти с уважением взглянул на фыркнувшую Грейнджер.
— Докажи!
Крам медленно направился к ней. Грейнджер попятилась.
— Это даже не важно. Закон, Гермиона, закон. Простой и понятный. Если отец предъявляет свои права на ребенка, а мать его при этом не находится в браке, то ребенок передается на воспитание отцу.
Все, ему конец. Мне даже отсюда видно: Грейнджер явно пришла к выводу, что такой отец ее ребенку не нужен однозначно. И решила избавить себя от неудобств, связанных с судебной тяжбой. И даже придумала, куда денет труп. Если останется, что куда девать.
— Я уже замужем, — прошипела она, поднимая палочку.
Если бы она еще подумала о том, как сильно расстроится Минерва, когда узнает, что один из ее драгоценных представителей Попечительского совета пал смертью храбрых при исполнении служебных обязанностей.
— Не смешно, Гермиона, — сурово оборвал ее Крам. — Надо уметь проигрывать достойно. И мое предложение все еще остается в силе.
Этот галантный идиот снова хочет ее поцеловать? Когда она в состоянии только убивать?! Даже в ежике можно разбудить зверя, чего уж говорить о Грейнджер.
— Она просто не стала брать мою фамилию после свадьбы, — я медленно вышел из-за шкафа и, приблизившись к новобрачной, взял под руку. Грейнджер внезапно сразу как-то обмякла. Еще обморока мне только не хватало. Хотя не каждый день перепадает такое счастье — столь ценное сокровище, как я, заполучить в мужья. Крам, видимо, считал так же, потому что, побледнев, сглотнул и отступил на пару шагов. Я любезно улыбнулся, и он выпрямился, словно я с размаху врезал ему по наглой горбоносой морде. — Мне жаль ваших денег, потраченных на юриста. Весьма сочувствую вашей деликатной проблеме, но если еще раз увижу вас рядом со своей супругой, вы очень сильно пожалеете. Если успеете.
Удар он держать умел. Только кулаки сжал, да желваками поиграл слегка. Я коротко кивнул, Крам, склонив голову, щелкнул каблуками и быстро вышел из класса. Я стоял, уставившись в окно, соображая, что же и зачем я такое натворил и как отодрать от своей руки впавшую в ступор Грейнджер. Внезапно она с шумом выдохнула и обняла меня так крепко, что затрещали ребра. Тощая, а какая сильная! Она уткнулась носом мне в мантию и пробормотала:
— О, Северус…
Это вместо благодарности, что ли? От избытка чувств? А мне теперь задыхаться? Я стоял столбом, опустив руки и разглядывая четкий ровный пробор. Интересно, как она так гладко свои лохмы зачесывает? Хотя женщины, наверное, все так умеют. У них это врожденное. Как способность заставить любого мужчину чувствовать себя рыцарем в сверкающих доспехах. Правда, не долго.
— Отцепитесь от меня наконец, Грейнджер.
Она замерла, одеревенев. Потом разомкнула объятия и медленно отстранилась, пристально вглядываясь в лицо, словно пытаясь там что-то найти.
— Северус?
Идиотская улыбка медленно сползала с ее лица.
— Мне больше нравится, когда вы называете меня «профессор Снейп», Грейнджер, — сухо проинформировал ее я. — И — да, мне наплевать, как вы дальше будете выпутываться из этой ситуации. Я дал вам передышку — пока Крам будет соображать, что да как, вы вполне сможете найти себе супруга. Может быть, даже за деньги, — она отошла и тяжело опустилась на стул. — За очень большие деньги. И я, кстати, вполне солидарен с этим мозгляком — ребенок должен знать, кто его отец.
Я окинул ее оценивающим взглядом, чтобы истинное положение дел проняло ее до глубины души. Грейнджер подняла голову и уставилась на меня пустыми глазами. И я поперхнулся фразой о настоящих друзьях, которые всегда приходят на помощь в трудные годы.
— Он знает… Уходите, профессор Снейп, — она, сгорбившись, обняла себя за плечи. — Просто уходите сейчас. Пожалуйста.
И я просто ушел.
— О, я ни в коей мере не принижаю ценность твоих научных работ! Но как насчет отношений с законом? До меня дошли слухи, что ты не брезгуешь не совсем законными источниками дохода. Ты знаешь, что взломщики заклинаний находятся вне закона? Мать-преступница — это ужасно.
Ого! Я почти с уважением взглянул на фыркнувшую Грейнджер.
— Докажи!
Крам медленно направился к ней. Грейнджер попятилась.
— Это даже не важно. Закон, Гермиона, закон. Простой и понятный. Если отец предъявляет свои права на ребенка, а мать его при этом не находится в браке, то ребенок передается на воспитание отцу.
Все, ему конец. Мне даже отсюда видно: Грейнджер явно пришла к выводу, что такой отец ее ребенку не нужен однозначно. И решила избавить себя от неудобств, связанных с судебной тяжбой. И даже придумала, куда денет труп. Если останется, что куда девать.
— Я уже замужем, — прошипела она, поднимая палочку.
Если бы она еще подумала о том, как сильно расстроится Минерва, когда узнает, что один из ее драгоценных представителей Попечительского совета пал смертью храбрых при исполнении служебных обязанностей.
— Не смешно, Гермиона, — сурово оборвал ее Крам. — Надо уметь проигрывать достойно. И мое предложение все еще остается в силе.
Этот галантный идиот снова хочет ее поцеловать? Когда она в состоянии только убивать?! Даже в ежике можно разбудить зверя, чего уж говорить о Грейнджер.
— Она просто не стала брать мою фамилию после свадьбы, — я медленно вышел из-за шкафа и, приблизившись к новобрачной, взял под руку. Грейнджер внезапно сразу как-то обмякла. Еще обморока мне только не хватало. Хотя не каждый день перепадает такое счастье — столь ценное сокровище, как я, заполучить в мужья. Крам, видимо, считал так же, потому что, побледнев, сглотнул и отступил на пару шагов. Я любезно улыбнулся, и он выпрямился, словно я с размаху врезал ему по наглой горбоносой морде. — Мне жаль ваших денег, потраченных на юриста. Весьма сочувствую вашей деликатной проблеме, но если еще раз увижу вас рядом со своей супругой, вы очень сильно пожалеете. Если успеете.
Удар он держать умел. Только кулаки сжал, да желваками поиграл слегка. Я коротко кивнул, Крам, склонив голову, щелкнул каблуками и быстро вышел из класса. Я стоял, уставившись в окно, соображая, что же и зачем я такое натворил и как отодрать от своей руки впавшую в ступор Грейнджер. Внезапно она с шумом выдохнула и обняла меня так крепко, что затрещали ребра. Тощая, а какая сильная! Она уткнулась носом мне в мантию и пробормотала:
— О, Северус…
Это вместо благодарности, что ли? От избытка чувств? А мне теперь задыхаться? Я стоял столбом, опустив руки и разглядывая четкий ровный пробор. Интересно, как она так гладко свои лохмы зачесывает? Хотя женщины, наверное, все так умеют. У них это врожденное. Как способность заставить любого мужчину чувствовать себя рыцарем в сверкающих доспехах. Правда, не долго.
— Отцепитесь от меня наконец, Грейнджер.
Она замерла, одеревенев. Потом разомкнула объятия и медленно отстранилась, пристально вглядываясь в лицо, словно пытаясь там что-то найти.
— Северус?
Идиотская улыбка медленно сползала с ее лица.
— Мне больше нравится, когда вы называете меня «профессор Снейп», Грейнджер, — сухо проинформировал ее я. — И — да, мне наплевать, как вы дальше будете выпутываться из этой ситуации. Я дал вам передышку — пока Крам будет соображать, что да как, вы вполне сможете найти себе супруга. Может быть, даже за деньги, — она отошла и тяжело опустилась на стул. — За очень большие деньги. И я, кстати, вполне солидарен с этим мозгляком — ребенок должен знать, кто его отец.
Я окинул ее оценивающим взглядом, чтобы истинное положение дел проняло ее до глубины души. Грейнджер подняла голову и уставилась на меня пустыми глазами. И я поперхнулся фразой о настоящих друзьях, которые всегда приходят на помощь в трудные годы.
— Он знает… Уходите, профессор Снейп, — она, сгорбившись, обняла себя за плечи. — Просто уходите сейчас. Пожалуйста.
И я просто ушел.
Глава 8
Я плюнул на привидений, Грейнджер с ее мужчинами, некромантов, амнезию, проблемы с самоидентификацией и проверил оставшиеся работы. Амнезия амнезией, а расписание дежурств еще никто не отменял и, зарядившись бодростью и глотком хорошего настроения, отправился патрулировать Хогвартс. Слава Мерлину, количество преподавателей стало на порядок больше, и дежурить теперь приходилось гораздо реже.
Страница 22 из 53
