Череда мрачных и загадочных убийств в американском городе Атланта, штат Джорджия, растянувшаяся на много месяцев и едва не ставшая причиной вооружённого гражданского противостояния, и поныне остаётся своеобразным камнем преткновения для историков криминалистики.
142 мин, 40 сек 21859
Важно отметить, что криминалистам ФБР удалось отыскать и ворсинки с одежды погибших подростков на мебели в доме подозреваемых. Акты экспертиз зафиксировали 5 таких случаев. Тот факт, что многие из жертв «охотника за детьми» бывали в доме Уэйна Уилльямса теперь не подлежал сомнению. Подозреваемый держал дома собаку — немецкую овчарку — шерсть которой походила на ту шерсть, что удавалось обнаружить на нескольких трупах. Кроме того, наличие в доме агрессивной собаки вполне отвечало психологическому портрету, выработанному сотрудниками ФБР.
Между тем, сам Уэйн категорически отрицал факт знакомства с большим числом (по меньшей мере с десятком!) погибших подростков. Будучи припёртым с стенке неопровержимыми доказательствами, он вынужденно признал, что довольно хорошо знал Баррета, погибшего в мае 1981 г., но категорически отверг возможную связь с другими жертвами. Разумеется, своё утверждение Уэйн сопровождалл оговорками, что, дескать, он допускает возможность того, что ему доводилось беседовать с кем-то, кто впоследствии погиб от рук неизвестного маньяка; такое общение могло иметь место, скажем, на улице или в магазине, но подобный разговор был всего лишь только случайностью и подобное общение не сопровождалось личным знакомством. Разумеется, подобное запирательство, опровергаемое убедительными результатами трасологических экспертиз, лишь возбуждало всё большее недоверие к словам Уэйна Уилльямса.
Оперативный штаб обратился в окружную прокуратуру с просьбой санкционировать арест подозреваемого, но прокурор Слейтон отказалася дать такую санкцию лишь на основании результатов исследования ворса. Подобные свидетельства всё же представлялись весьма зыбкими и притом ни в чём прямо не уличали Уэйна Уилльямса. Требовалось представить какие-то иные улики.
С течением времени такие улики были найдены. Полицейским удалось отыскать двух свидетелей, которые независимо друг от друга в разное время видели на руках Уэйна повреждения, похожие на следы борьбы; один из них говорил о ссадинах, другой о следе от укуса.
Кроме того, повторными допросами знакомых и родственников погибших подростков было установлено, что Уэйн Уилльямс общался со многими из них, предлагал выступить в передаче своей радиостанции и т. п. Следует, правда, отметить то обстоятельство, что показания эти оставляют впечатление внушённых, т. е. дополненных задним числом. В своё время никто из допрошенных не упоминал об Уэйне Уилльямсе (иначе, он непременно попал бы в поле зрения полиции и после неоднократных подтверждений его связей с погибшими, непременно стал бы объектом серьёзной оперативной разработки, чего на самом деле не произошло) и странное улучшение памяти свидетелей представляется весьма подозрительным.
Тем не менее, получение свидетельских показаний направленных, хоть и косвенно, против Уэйна Уилльямса дало основание окружному прокурору 21 июня 1981 г. выписать ордер на его арест. В тот же день Уэйн был взят под стражу.
Формально он обвинялся только в двух убийствах: Джимми Пейна и Натаниела Кейтера. Причина смерти первого из них судебным медиком в точности установлена не была — это могло быть как убийство, так и самоубийство. Джимми Рэй Пейн уже совершал попытки суицида, поэтому вероятность того, что он покончил с собою, была достаточно высокой. Для того, чтобы придать обвинению бОльший вес, прокуратура обратилась в полицейское бюро судебно-медицинских исследований с просьбой пересмотреть сделанное ранее заключение. Просьба эта, разумеется, была абсолютно незаконна и недопустима; долгое время факт подобного обращения держался в тайне и лишь через полгода, в самом конце 1981 г. об этом стало известно широкой общественности.
Не всё обстояло гладко и с обвинением Уэйна Уилльямса в убийстве Кейтера. Дело было в том, что ряд свидетелей — всего их оказалось четверо — заявили, будто видели Натаниела Кейтера утром 22 мая 1981 г. живым и здоровым. Согласно же официальной полицейской версии Натаниел погиб в ночь с 21 на 22 мая около полуночи или часа ночи, во всяком случае, к рассвету его труп уже был брошен в реку. Детективы, проводившие допросы, пытались убедить свидетелей в том, что те путают даты и говорят об утре 21 или даже 20 мая, но один из свидетелей — 39-летний Джимми Энтони — доказал полицейским, что его показания совершенно точны. Он сослался на то, что в ходе утреннего разговора с Натаниелом Кейтером они обсудили результат матча по американскому футболу, состоявшийся 21 мая, а значит разговор мог состояться только утром 22 числа.
Между тем, сам Уэйн категорически отрицал факт знакомства с большим числом (по меньшей мере с десятком!) погибших подростков. Будучи припёртым с стенке неопровержимыми доказательствами, он вынужденно признал, что довольно хорошо знал Баррета, погибшего в мае 1981 г., но категорически отверг возможную связь с другими жертвами. Разумеется, своё утверждение Уэйн сопровождалл оговорками, что, дескать, он допускает возможность того, что ему доводилось беседовать с кем-то, кто впоследствии погиб от рук неизвестного маньяка; такое общение могло иметь место, скажем, на улице или в магазине, но подобный разговор был всего лишь только случайностью и подобное общение не сопровождалось личным знакомством. Разумеется, подобное запирательство, опровергаемое убедительными результатами трасологических экспертиз, лишь возбуждало всё большее недоверие к словам Уэйна Уилльямса.
Оперативный штаб обратился в окружную прокуратуру с просьбой санкционировать арест подозреваемого, но прокурор Слейтон отказалася дать такую санкцию лишь на основании результатов исследования ворса. Подобные свидетельства всё же представлялись весьма зыбкими и притом ни в чём прямо не уличали Уэйна Уилльямса. Требовалось представить какие-то иные улики.
С течением времени такие улики были найдены. Полицейским удалось отыскать двух свидетелей, которые независимо друг от друга в разное время видели на руках Уэйна повреждения, похожие на следы борьбы; один из них говорил о ссадинах, другой о следе от укуса.
Кроме того, повторными допросами знакомых и родственников погибших подростков было установлено, что Уэйн Уилльямс общался со многими из них, предлагал выступить в передаче своей радиостанции и т. п. Следует, правда, отметить то обстоятельство, что показания эти оставляют впечатление внушённых, т. е. дополненных задним числом. В своё время никто из допрошенных не упоминал об Уэйне Уилльямсе (иначе, он непременно попал бы в поле зрения полиции и после неоднократных подтверждений его связей с погибшими, непременно стал бы объектом серьёзной оперативной разработки, чего на самом деле не произошло) и странное улучшение памяти свидетелей представляется весьма подозрительным.
Тем не менее, получение свидетельских показаний направленных, хоть и косвенно, против Уэйна Уилльямса дало основание окружному прокурору 21 июня 1981 г. выписать ордер на его арест. В тот же день Уэйн был взят под стражу.
Формально он обвинялся только в двух убийствах: Джимми Пейна и Натаниела Кейтера. Причина смерти первого из них судебным медиком в точности установлена не была — это могло быть как убийство, так и самоубийство. Джимми Рэй Пейн уже совершал попытки суицида, поэтому вероятность того, что он покончил с собою, была достаточно высокой. Для того, чтобы придать обвинению бОльший вес, прокуратура обратилась в полицейское бюро судебно-медицинских исследований с просьбой пересмотреть сделанное ранее заключение. Просьба эта, разумеется, была абсолютно незаконна и недопустима; долгое время факт подобного обращения держался в тайне и лишь через полгода, в самом конце 1981 г. об этом стало известно широкой общественности.
Не всё обстояло гладко и с обвинением Уэйна Уилльямса в убийстве Кейтера. Дело было в том, что ряд свидетелей — всего их оказалось четверо — заявили, будто видели Натаниела Кейтера утром 22 мая 1981 г. живым и здоровым. Согласно же официальной полицейской версии Натаниел погиб в ночь с 21 на 22 мая около полуночи или часа ночи, во всяком случае, к рассвету его труп уже был брошен в реку. Детективы, проводившие допросы, пытались убедить свидетелей в том, что те путают даты и говорят об утре 21 или даже 20 мая, но один из свидетелей — 39-летний Джимми Энтони — доказал полицейским, что его показания совершенно точны. Он сослался на то, что в ходе утреннего разговора с Натаниелом Кейтером они обсудили результат матча по американскому футболу, состоявшийся 21 мая, а значит разговор мог состояться только утром 22 числа.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 34 из 45
