Серийный убийца стариков Кеннет Эрскин

9 июня 1986 года первой жертвой зверя стала одинокая 67-летняя пенсионерка Джанет Кокет. Мерзавец, изнасиловав бабушку анально, в момент оргазма задушил ее. И имитировал естественную смерть старухи, аккуратно сложив руки Джанет крест-накрест на ее груди. Второй и третьей жертвами маньяка, успевшего прочитать в местной газетке о гибели мисс Кокет «от остановки сердца», стали двое стариков мужского пола, снимавшие на пару небольшие апартаменты. Изнасиловав и задушив 84-летнего Валентина Глима, Эрскин, не торопясь, побрился его бритвой, утерся полотенцем жертвы. После чего тоже, что и с Глимом, проделал и с его 94-летним, не способным даже встать с постели соседом по квартире Збигневом Стабравой. И эти обе смерти — практически одновременные! — были сочтены невнимательными врачами «естественными». Чтобы добиться подобного эффекта, преступнику вновь хватило «благообразно» разложить по койкам мертвые старческие тела. Возможно,«естественный мор» стариков в районе Стокуэлл так бы и продолжился, если бы не случайность. 27 июня Кеннет умудрился проникнуть в Чепхэмский приют для стариков и уже начал насиловать 8З-летнего Фреда Прентиса, когда тот из последних сил сумел нажать на кнопку тревожного вызова. Убийца, услышав вой сирен и топот санитаров, бегущих к палате Фреда, выпрыгнул из окна второго этажа. Выпрыгнул, даже не повредив себе ноги. Однако оплошность уже была им совершена: Прентис, отнюдь не впавший в маразм, сумел довольно подробно описать своего мучителя. И даже более того. Поскольку Эрскину, видимо, доставляло особое удовольствие сообщать беспомощной жертве, какая участь ее ждет, Прентис вспомнил, как маньяк обещал «кончив, вспрыгнуть ему коленями правой рукой». Эти показания старика были запротоколированы. И посему немудрено, что, когда на следующий же день в Стокуэлле у себя на дому скончался «от естественных причин» другой 74-летний пенсионер Уильям Доунес, полиция привлекла к расследованию обстоятельств этой смерти уже своих экспертов. Опасения служителей закона подтвердились. Достаточно, оказалось, просто присмотреться к телу Доунеса, чтобы обнаружить на его шее слабые следы странгуляции, а на его груди — неглубокую вмятину, которую нанес видимо, коленом серийный убийца. Данные медэкспертизы тоже были однозначны: старик Доунес подвергся перед смертью гомосексуальному изнасилованию. В свете новых обстоятельств заново были исследованы и трупы Стабравы, Глима, Кокет. Надо ли говорить, что и в этих трех случаях речь шла не о смерти от старости, а об изнасилованиях и удушениях? Пытаясь оправдать свою невнимательность, гражданские медики поясняли, что старикам, как говорит-ся, хватало и легкого движения руки маньяка. Руки, практически не оставлявшей характерных следов на стариковских шеях. Однако сыщиков больше интересовали не оправдания врачей, а следы, способные вывести на след мерзавца. И таковые вскоре нашлись: достаточно четкие отпечатки пальцев «с мест событий» и короткие волосы в постелях убитых, принадлежавшие, вне всякого сомнения, представителю негроидной расы, которым и был серийный убийца.