Серый туман

— Я не могу пасовать перед трудностями! — выпалил Ар-Лой. Он уже пару раз не спасовал и имел за это по ордену, только вот кто наградит его за… Даже слова-то такого не было. — Но пока не знаю, что делать, — добавил он.

— Поделитесь? — спросил Мон-Со. Раньше он бы приказным тоном велел выкладывать всё, ничего не утаивая, а теперь просто спрашивал.

— Риган, — вздохнул Ар-Лой, устраиваясь в кресле поудобнее. — Не знаю, чего от него ждать. А теперь, когда нет гипноза, вообще ничего нельзя будет исправить по ходу дела, если вдруг что.

— А я бы и не стал ничего ждать, — сказал Мон-Со и облокотился о штурвал, глядя на темнеющий лес почти что мечтательно. — Я за эти дни понял, что всё бывает не так, как ожидаешь. Поэтому лучше ничего не ждать, а реагировать по ситуации. Меньше энергозатрат, понимаете?

— Кажется, да, — кивнул Ар-Лой. — Но что вы говорили про свободную волю? Она у него есть, иначе я бы не затевал всё это с договором, но…

— Вы опять упираетесь в ожидания, — прервал его Мон-Со. — При этом вы всё равно воспринимаете Ригана как низшего по отношению к вам. Эх, видели бы вы Ильсора после освобождения! Вы бы мгновенно отправили на свалку все свои прежние убеждения в том, что арзаки неполноценны по сравнению с менвитами.

— Как отправили их вы? — тихо спросил Ар-Лой. — Мой полковник, я видел в этой стране многое, что можно назвать чудом… Но неужели я должен отправить на свалку всю свою прежнюю жизнь? То, чем я жил? Службу? Уверенность в себе? Заветы Верховного?

Не глядя на него, Мон-Со пожал плечами.

— А кто я такой, чтобы говорить вам: делайте так и не делайте этак?

«Здорово же вас переломало», — подумал Ар-Лой с сочувствием и восхищением одновременно, но, понятное дело, говорить вслух не стал.

— Мой полковник! — воскликнул он. — Всё, что я хочу сейчас знать, — это как мне утром смотреть Ригану в глаза! То есть не в глаза — всё равно бесполезно, но как?

Мон-Со медленно обернулся к нему; взгляд его заблестел, и Ар-Лоя запоздало продрало трепетом перед начальством.

— Что вы с ним сделали? — негромко спросил Мон-Со.

— Ничего! — оробело ответил Ар-Лой и вкратце пересказал ему события этого вечера. — Может, я плохой хозяин? Хороший удержал бы своего раба от всяких фокусов даже без гипноза, а я… А я бросил его одного, и мне от этого…

— Стыдно, — закончил Мон-Со. Он заметно расслабился, судя по всему, ожидал худшего. — Лейтенант, вы уже не хозяин, не понимаете этого?

— А кто? — изумился Ар-Лой. — Джюс говорил мне, что я для Ригана и жизнь, и смерть, — вспомнил он. — Но это же ненормально! Вроде бы…

— Вы ему друг, — вздохнул Мон-Со. — Но пока что отвратительный. Не спрашивайте, я и сам не очень понимаю, как правильно дружить.

— Я о нём забочусь! — вспыхнул Ар-Лой. — Заставляю есть вовремя и вдоволь, заниматься закаливанием, упражнениями, чтобы был сильнее…

— «Заставляю», — повторил Мон-Со. — В этом всё и дело. Да, лейтенант, мне, наверное, легче. Я старше вас и лучше помню, как было раньше. Поэтому во мне уже было что-то, чему потребовалось только… сбросить старую шкуру. Я уже знал, как нельзя, а вы не знаете. Вам придётся учиться. Но я очень рад, что Риган сбежал обратно.

— Я тоже, — признался Ар-Лой. — Так получается, нельзя делать так, как лучше? А как?

— Нельзя навязывать свою волю. Нужно прислушиваться к желаниям самого Ригана.

— «Желания раба — это желания его господина», — процитировал Ар-Лой. — Я уже велел ему говорить, если у него что-то болит или ему что-то надо. Но пока что это плохо работает.

— Тут за объяснениями к Лон-Гору, — усмехнулся Мон-Со. — Но вы могли бы догадаться, что Риган сам не понимает, чего хочет. Он не умеет хотеть, его отучили.

— Вы понимаете, какую задачу передо мной ставите? — дрогнувшим голосом спросил Ар-Лой. — Фактически — сделать из раба свободного человека!

— Я перед вами ничего не ставлю, здесь я вам не командир. Но мне кажется, вы уже сами перед собой такую задачу поставили. Иначе зачем разрушаете всё, что разделяло менвитов и арзаков? Не в гипнозе дело, лейтенант. Нет гипноза — будет грубая сила. А вы таскаете Ригана на нашу тренировочную площадку, загоняете в нашу душевую и носите ему еду. Да вы диверсант.

— Думаете, остальные посмотрят на меня и…

— И поймут, что в бывшем рабе можно разглядеть человека и быть с ним на равных. Поздравляю, Ар-Лой, вы первопроходец. Только ордена за это не обещаю.

Ар-Лой мучительно тёр лоб.

— Вы так говорите, будто я герой, — сказал он.

— Если бы не вы, Ригана, возможно, не было бы в живых. А он вернулся к вам и живёт ради вас. Попробуйте сделать так, чтобы он жил в первую очередь ради себя.

— Не заставляя? Как?

— Не знаю, — вздохнул Мон-Со. — На ощупь. Мне теперь хорошо знакомо, как это — на ощупь. Когда побывал слабым и зависимым, что-то в голове меняется.

— Разрушая систему, мы разрушаем себя! — возразил Ар-Лой.

— За этим — к Дегрису, — переадресовал его Мон-Со.

— К кому?