Серый туман

— А вот я не испугался, — сказал Риган, по-прежнему не глядя на него. — Взять на себя ответственность за своё решение. То есть мне было страшно, мне почти всегда страшно, и сейчас тоже, но я сказал то, что хотел сказать. А вы это не приняли.

— Потому что свободный человек отвечает за себя…

— Вы уже определитесь, — с горечью усмехнулся Риган. — Либо вы отвечаете только за себя — и тогда я не вправе осуждать вас. Либо вы считаете, что в каких-то вещах можете решать за меня, когда вам удобно. А когда неудобно — сказать, что я и сам справлюсь.

— Если мы будем описывать в договоре все предполагаемые ситуации, штурман нас однажды проклянёт, — заметил уязвлённый Ар-Лой и нехотя признал: — Знаешь, ты прав. Всё именно так, как ты описал. Когда мне нужно — ты слабый арзак, который не может решить свою судьбу. Когда мне лень или неприятна ответственность, я…

— Причём ваш поступок подходит и туда, и туда, — заметил Риган. — Так вы решили за меня или просто убежали от ответственности?

— И то, и то, — признал Ар-Лой. — Риган, с тобой я становлюсь совсем не тем, кем был раньше. Я пытаюсь удержать прошлое, но не могу.

— Зря мы пытались вернуть всё, как было, — кивнул Риган. — И от этого мне тоже страшно. Я раб или нет?

— А чего ты сам хочешь?

— Спрашивая это, вы даёте ответ на мой вопрос.

— А не спросить я уже не могу. Ты когда-нибудь играл в жмурки? Ходил на ощупь?

— Я сейчас как будто пытаюсь нащупать вас в темноте.

Солнечный свет издевательски заливал кабину. Разговор вышел диким и странным, ощущение было таким, как будто прилюдно обнажался ни с того ни с сего; нагота не была постыдной, но ведь всему своё место и время.

— Риган, — сказал Ар-Лой, у него возникло ощущение, что ничего важнее в своей жизни он не говорил. — Я не причиню тебе зла. Сейчас я пытаюсь определить, где пролегает граница этого зла. Раньше всё было понятно, но теперь нет. Дай мне немного времени.

— Вы же не прогоните меня? — встревожился Риган.

— Никогда. Кем бы ты себя ни считал, — заверил Ар-Лой. — И говори, говори. Иначе я-то уж точно наделаю глупостей.

Горы приближались, жёлтая река вилась внизу по деревьям, по прогалинам, по камням, по траве.

— Тогда вы тоже говорите, — решился Риган. — Прошу вас. Что вы чувствуете? Вот сейчас?

Помолчав, Ар-Лой честно попытался прислушаться к себе.

— Не знаю, — признался он. — Не могу сказать. Я понимаю, что не могу ничего не чувствовать, но ведь говорят, что у нас чувств не бывает…

— Неправда! — горячо возразил Риган.

— Неловкость, — ответил наконец Ар-Лой. — Думаю, понимаешь почему.

— Прогресс, — вздохнул Риган и вдруг улыбнулся.

До этого Ар-Лой никогда не видел его улыбки; под гипнозом рабы не могли выражать эмоции, да он и не обратил бы внимания. Потом же Ригану, напуганному и растерянному, было совсем не до веселья.

— Ладно, — сказал Ар-Лой. — Поговорили, друг друга не прибив, — действительно, прогресс. Давай работать.

Риган кивнул и опять привстал, чтобы посмотреть вниз.

— Уходит в горы, — сказал он озабоченно.

По склонам гор стелилась полоса, уже не жёлтая, а какая-то мокрая, но ясно различимая, и Ар-Лой забрал выше.

— Возьми карту, взгляни, что там, — попросил он. Риган выпотрошил его планшет и закопался в карты.

— Там долина, а в ней есть поселения, — сказал он. — Интересно, что будет, если то, что сделало осень, дойдёт до людей?

Ар-Лой уже догадался, что у беллиорцев ещё живо то, что на Рамерии осталось только в сказках, и ему не хотелось думать о том, что гуляло по стране. Слово «магия» так и повисло в воздухе. Интересно, как это связано с исчезновением гипноза?

— Взгляни, где здесь можно безопасно перелететь через горы? — спросил Ар-Лой. Риган поводил пальцем по карте, сравнивая отметки.

— Поверните налево, — сказал он. — Там пониже. Будем садиться?

— Нужно осмотреться, — кивнул Ар-Лой.

Вертолёт преодолел перевал, и их глазам открылась долина, в которой кое-где виднелись строения и поднимался дымок от костров.

— Города здесь нет, — пояснил Ар-Лой. — Только какие-то мелкие поселения. Смотри внимательно, полосу видишь?

Риган без спросу схватил бинокль.

— Не вижу, — сказал он наконец. Ар-Лой всматривался тоже, но никакой полосы на камнях не замечал.

— Странно, она должна была пройти прямо здесь и спуститься в долину, — пробормотал он. — Исчезла… Похоже, действительно нужно приземлиться.

— В горах?

— Штурман посадил целый звездолёт, для нас местечко найдётся, — сказал Ар-Лой. — И даже вижу где.

Он заложил вираж и аккуратно посадил вертолёт на скальный уступ.

— Ух! — восторженно сказал Риган. — Вы что, прямо так, на глаз, прикинули размеры площадки к размерам вертолёта, размаху винта и рассчитали, что она нас выдержит?

— Конечно, выдержит, если бы он выступал, а не был сплошной скалой сверху донизу, я бы не рискнул, — ответил Ар-Лой. — А что до прикидок, так это с опытом приходит, когда начинаешь чувствовать машину. Ты-то её тоже знаешь, но иначе.

Над их головами затих винт. Ар-Лой стащил шлем и забрал у Ригана бинокль.