Фандом: Гарри Поттер. В тот мрачный год, когда магической Британией правил Волдеморт, Поппи Помфри дарит директору Снейпу рождественский подарок.
281 мин, 11 сек 15934
— Лучше, — ответил Тим. Он не стоял пояснять, поскольку все взрослые обернулись к нему. Все они приветственно заулыбались мальчику, в то время как Тим нервно прошествовал и встал рядом с Поттером, приобнявшим ребенка.
Невилл не стал настаивать на ответе.
— Кажется, мисс Алисе нужен партнер, — сказал он, кивнув в сторону стоящего в углу стола. Там сидели Лили и Альбус, играя в карточную игру с никем иным, как с Алисой Лонгботтом.
Женщина подняла взгляд. Ее глаза были чуть затуманены, но она явно осознавала происходящее вокруг. Она улыбнулась ребенку.
— Иди помоги мне. Лили и Ал собирались научить меня новой игре, но нам нужен четвертый.
Одета Элис была в ярко-голубую мантию того же оттенка, что и ее глаза. Рукава и ворот были отделаны белым мехом. Ее белые волосы были заплетены в косы и закреплены на подобие короны. Она подобрала карты, которые раздал ей Альбус.
В конце первой войны Беллатриса Лестрейндж запытала Алису до безумия. В последний раз, когда Северус видел ее, она находилась на постоянном пребывании в Мунго. Одета она была в халат, а волосы ее были коротко острижены сотрудниками больницы, не желавшими распутывать их после того, как Алиса порой месяцами не позволяла никому расчесывать их. Она не осознавала ничего, кроме самой себя, и не могла ни с кем общаться, что уж говорить об играх. Ей едва хватало сил, чтобы самостоятельно взять ложку и покормить себя.
— Ты похожа на Снежную королеву, — сказал Тим Алисе. Северус чувствовал, что ребенку очень нравилась эта женщина. Тим уселся и взял свои карты, чтобы рассмотреть их.
— Снежную королеву? — заинтересовано спросила Лили.
— Это сказка, которую читала мне Нана, — сказал им тихо Тим.
Лили и Альбус осторожно переглянулись. Алиса же посмотрела на ребенка с сочувствием. Она потянулась и погладила его по руке.
— Я не знаю эту сказку. Почитаешь мне как-нибудь?
Тим покачал головой.
— У меня нет этой книги. Я и не помнил о ней до этого момента, — он пожал плечами, опуская глаза в карты. — Во что мы играем? — спросил он, меняя тему и жалея про себя, что вообще упомянул обо всем этом.
Альбус тут же подскочил и начал объяснять Алисе правила игры. Северуса потрясло, как быстро она словила суть, хотя, когда дело дошло до подсчета очков, Тиму пришлось ей помочь.
— Я просто не могу удержать их в голове, — смеялась она.
Будь Северус в своем теле, он бы, наверное, повалился со стула, услышав этот звук. За шестнадцать лет Алиса Лонгботтом ни разу не смеялась.
Персонал больницы говорил ему, что ее одолевали ночные ужасы, из-за которых она выскакивал из кровати и кричала, пока они не переносили заклинанием Зелья для сна без сновидений в ее тело. В противном случае она кричала до тех пор, пока не сажала голос. Большую часть времени больничный персонал тратил свое время, мешая ей навредить себе или успокаивая ее после кошмаров, но порой ее магия вырывалась наружу в попытке защитить ее. Но крыло, в котором держали пациентов, живущих в больнице постоянно, было зачаровано поглощать подобные выбросы.
Конечно, из-за того, что она не могла говорить, не было никакой возможности узнать, насколько она осознавала происходящее вокруг.
Теперь же Альбусу пришлось терпеливо объяснять ей правила, хотя было очевидно, что дети ее обожали. Спроси его кто, Северус бы ответил, что, несмотря на морщины и белизну волос, вела себя Алиса, скорее как подросток. Она очень напоминала ту популярную в Хогвартсе девочку, которой когда-то была.
Северус мысленно покачал головой, гадая, что же могло вызвать столь поразительное выздоровление.
Они сыграли несколько партий, прежде чем Кричер позвал всех к столу. Тим уселся между Алисой и Джинни. По какой-то причине на столе оказалось на одну тарелку больше нужного.
— Ох, прости, Кричер, — внезапно сказала Джинни. — Я забыла тебе сказать, что Джеймс прислал сову, — она обменялась нечитаемым взглядом с Поттером, нахмурившимся в ответ. — У него не получается прийти.
— Какая жалость, — сказал Невилл, явно упустив скрытый подтекст между Джинни и Поттером. — Я надеялся с ним повидаться.
С опаской наблюдая за Поттером, будто ожидая взрыва, Кричер зашел в комнату и убрал со стола лишнюю тарелку.
Невилл не стал настаивать на ответе.
— Кажется, мисс Алисе нужен партнер, — сказал он, кивнув в сторону стоящего в углу стола. Там сидели Лили и Альбус, играя в карточную игру с никем иным, как с Алисой Лонгботтом.
Женщина подняла взгляд. Ее глаза были чуть затуманены, но она явно осознавала происходящее вокруг. Она улыбнулась ребенку.
— Иди помоги мне. Лили и Ал собирались научить меня новой игре, но нам нужен четвертый.
Одета Элис была в ярко-голубую мантию того же оттенка, что и ее глаза. Рукава и ворот были отделаны белым мехом. Ее белые волосы были заплетены в косы и закреплены на подобие короны. Она подобрала карты, которые раздал ей Альбус.
В конце первой войны Беллатриса Лестрейндж запытала Алису до безумия. В последний раз, когда Северус видел ее, она находилась на постоянном пребывании в Мунго. Одета она была в халат, а волосы ее были коротко острижены сотрудниками больницы, не желавшими распутывать их после того, как Алиса порой месяцами не позволяла никому расчесывать их. Она не осознавала ничего, кроме самой себя, и не могла ни с кем общаться, что уж говорить об играх. Ей едва хватало сил, чтобы самостоятельно взять ложку и покормить себя.
— Ты похожа на Снежную королеву, — сказал Тим Алисе. Северус чувствовал, что ребенку очень нравилась эта женщина. Тим уселся и взял свои карты, чтобы рассмотреть их.
— Снежную королеву? — заинтересовано спросила Лили.
— Это сказка, которую читала мне Нана, — сказал им тихо Тим.
Лили и Альбус осторожно переглянулись. Алиса же посмотрела на ребенка с сочувствием. Она потянулась и погладила его по руке.
— Я не знаю эту сказку. Почитаешь мне как-нибудь?
Тим покачал головой.
— У меня нет этой книги. Я и не помнил о ней до этого момента, — он пожал плечами, опуская глаза в карты. — Во что мы играем? — спросил он, меняя тему и жалея про себя, что вообще упомянул обо всем этом.
Альбус тут же подскочил и начал объяснять Алисе правила игры. Северуса потрясло, как быстро она словила суть, хотя, когда дело дошло до подсчета очков, Тиму пришлось ей помочь.
— Я просто не могу удержать их в голове, — смеялась она.
Будь Северус в своем теле, он бы, наверное, повалился со стула, услышав этот звук. За шестнадцать лет Алиса Лонгботтом ни разу не смеялась.
Персонал больницы говорил ему, что ее одолевали ночные ужасы, из-за которых она выскакивал из кровати и кричала, пока они не переносили заклинанием Зелья для сна без сновидений в ее тело. В противном случае она кричала до тех пор, пока не сажала голос. Большую часть времени больничный персонал тратил свое время, мешая ей навредить себе или успокаивая ее после кошмаров, но порой ее магия вырывалась наружу в попытке защитить ее. Но крыло, в котором держали пациентов, живущих в больнице постоянно, было зачаровано поглощать подобные выбросы.
Конечно, из-за того, что она не могла говорить, не было никакой возможности узнать, насколько она осознавала происходящее вокруг.
Теперь же Альбусу пришлось терпеливо объяснять ей правила, хотя было очевидно, что дети ее обожали. Спроси его кто, Северус бы ответил, что, несмотря на морщины и белизну волос, вела себя Алиса, скорее как подросток. Она очень напоминала ту популярную в Хогвартсе девочку, которой когда-то была.
Северус мысленно покачал головой, гадая, что же могло вызвать столь поразительное выздоровление.
Они сыграли несколько партий, прежде чем Кричер позвал всех к столу. Тим уселся между Алисой и Джинни. По какой-то причине на столе оказалось на одну тарелку больше нужного.
— Ох, прости, Кричер, — внезапно сказала Джинни. — Я забыла тебе сказать, что Джеймс прислал сову, — она обменялась нечитаемым взглядом с Поттером, нахмурившимся в ответ. — У него не получается прийти.
— Какая жалость, — сказал Невилл, явно упустив скрытый подтекст между Джинни и Поттером. — Я надеялся с ним повидаться.
С опаской наблюдая за Поттером, будто ожидая взрыва, Кричер зашел в комнату и убрал со стола лишнюю тарелку.
Глава 15. Добрый
Каждый год в рождественские каникулы Поттеры хотя бы раз звали к себе на ужин Минерву и других членов персонала Хогвартса, нашедших время заглянуть к ним. Гарри положил начало этой традиции в первый же год после окончания школы, пригласив Минерву, Хагрида и Поппи, чтобы показать им последние результаты реконструкции дома на площади Гриммо. Обычно его детям нравилась компания директрисы, которая, когда они покидали пределы школы, превращалась в их пусть и строгую, но добрую тетушку.
Страница 40 из 76
