Шада (Проклятые)

Оделась и вышла за желтые стены. В лицо ударили режущий снежинками ветер, оцарапав кожу. Домой идти почему-то не хотелось. Опять родители, брат. Всем чего-то вдруг станет необходимо помощь. А у нее не будет сил. Она начнет огрызаться и атмосфера накалиться. Вечер будет испорчен. Возможно, даже следующий день. О мирном сосуществование, под девизом: «Я к вам не лезу, так и вы ко мне не лезьте», можно будет забыть. Поэтому, чтобы быть в более менее нормальном состояние, девушка решила идти до дома пешком. Казанская улица плавно перешла в Невский проспект. Затем по нему она дошла до Фонтанки… а уж по ней не спеша до дома.

Прохожих было мало. Да и те, кто встречался, спешили.

Неожиданно словно неоткуда перед ней появился молодой человек, показавшийся ей знакомым, но откуда она не могла вспомнить.

Незнакомец смотрел прямо на нее. В его глазах она увидела смех и… девушка вспомнила. Вспомнила этот взгляд, глаза… Тот день… — Эллиор… — Привет…, Лена.

Они стояли посреди города, вдали от того места, где впервые произошла их встреча.

— Ты выросла — А ты нисколько не изменился… — Тебя это удивляет, — неожиданно серьезно спросил он… — Нет, — столь же серьезный последовал ответ… Опять тишина. Те не многие, кто видел их, могли подумать: «Какая красивая пара» Двое-он и она-стоят на набережной, и смотрят на то, как по льду с важным видом ходит ворона. Ее шаги сбивчивы. Она то идет, то прыгает. Черное на белом… — Как съездила?

— Откуда ты знаешь?— удивилась Лена.

— Просто знаю.

— Нормально… — Не ври… Я знаю, что там произошло… — Зачем тогда спрашиваешь?

— Хочу понять: Зачем ты терпишь?

— А что ты предлагаешь? Не могу же я каждый раз менять школы только из-за того, что меня не устраивает коллектив. Мне нужны знания, а не друзья. У меня есть уже те, для кого я стану ангелом. Больше мне и не надо.

Вдруг она ощутила на своих плечах что-то теплое. Эллиор накинул ей на плечи свой плащ — Возьми, а то ты замерзла… — Спасибо. А как же ты?

— Я, — на его губах появилась горькая усмешка, — Мне не может быть холодно… — Понятно… — НИЧЕГО ТЕБЕ НЕ ПОНЯТНО!— вдруг сорвался он. До этого, казалось, его спокойствие ни что не могло поколебать.

Он резко взял ее за руку, и они куда-то пошли, но почему-то не к ее дому, а в противоположную от него сторону.

— Пусти, мне больно…, — но он не слышал. Ей казалось, что они не идут, а летят. Ее ноги практически не касались земли. У одного из домов они остановились. Новый, только что отстроенный, он выглядел, как замок. НО от замка его отличали окна. Современные стеклопакеты, черные рамы.

Именно в него они и вошли… Швейцар у двери. Просторный холл. Портье. Они не прошли-они пролетели мимо них.

Единственная остановка-лифт. Мальчик, занимающийся обслуживанием машины, в страхе посмотрел на ее спутника. Наверно, он никогда не видел его в таком состояние.

На нужном этаже они вышли уже спокойно. У квартиры со звучным номером 113, Эллиор остановился и достал ключи. Через минуту она была внутри.

Роскошная обстановка предстала пред ней. Множество комнат. Из холла она насчитала пять. Определить стиль дизайна она не решалась. Неоклассический окрестила его девушка.

— Не стой, проходи… — Зачем такая спешка? И к тому же мы не знакомы, чтобы девушку тащить сразу к себе, даже не спросив разрешения… — Мне оно не нужно. Ты уже стала частью меня. Так что… увидев на ее лице немой вопрос, он спросил… — Ты что ничего не помнишь? — поняв, что это действительно так, он произнес, — Садись. Тебе лучше выслушать это и желательно не стоя. Девушка покорно последовала его совету и села в кресло рядом с окном.

— Так вот, — начал он, — Лет пять назад, когда вы жили еще на Ленинском проспекте, ты с классом ездила за город на лыжах. Ты не хотела. Но надо было.

В тот день навалило очень много снега, и учителя решили, что это просто замечательный день для сдачи зимних нормативов по физкультуре. Да и просто хорошо провести время.

Тебе выдали лыжи и номер и марш-бросок начался., — он отпил из бокала, который держал в руке, — Н-да, надо сказать ездить ты не умеешь.

Девушка покраснела.

— Не люблю этот вид спорта — Это я уже понял, — в его глазах появился озорной блеск, но почти тут же потух, и он продолжил-Так вот, когда вы проезжали через лес, ты отстала. То ли у тебя лыжа плохо держалась то ли еще что, я уже и не помню. Но в эту самую минуту у тебя случился резкий приступ головокружения, и ты упала и упала очень неудачно. Ты упала на острый шип, что торчал из-под снега. Наверно, когда здесь ставили электростолбы, его забыли и с тех пор, он так и лежал. И угораздило тебя упасть прямо на него. Специалист бы так не смог. Так не просто же упала, а в область сердца. Никто бы не успел тебя спасти. Ведь пока спохватятся, что тебя нет. Пока найдут. Время будет упущено. А я не мог просто наблюдать… так что… — Что «так что»? — она с силой сжала подлокотники — Мне пришлось дать тебе свою кровь… — Не поняла. Что значит «я дал тебе свою кровь»?— ее мозг отказывался цеплять информацию, полученную меньше, чем пять минут назад.