Похороны всегда ассоциировались у Побыльца с дождем. Диме представлялись фигуры в серых пальто, с зонтами стоящие над могилой, и священник, что торопится отчитать заупокойную, чтобы скорее укрыться от непогоды. Но природе было наплевать на воображение майора…
37 мин, 55 сек 10522
На мгновение задержавшись на свежем трупе Скворца, взгляд Пегаса переместился на его руку, которая все еще сжимала пистолет. Блестящий, новенький, пока не подвергнувшийся агрессивному воздействию местной среды. Пегас рванул к нему, одной рукой схватил ствол, другой взвалил на себя тело Скворца, развернулся вместе с ним к Скруту. За спиной рухнула под напором дверь.
Пегас удвоенным весом навалился на Скрута, оттолкнув его в сторону, сбросил тело Скворца прямо на то место, где была кнопка. Вновь заработал портал. Пегас выпрыгнул в окно, в полете развернулся назад и вверх, наводя ствол на операторскую комнату. Лишь мельком он увидел толпу мертвецов, ворвавшихся в помещение, склонившегося над телом Скворца Скрута и нечто позади всех, расталкивающее упырей, рвущееся к порталу. Взгляд уловил лишь источенную фигуру ростом до потолка, руки со множеством суставов, как у паука, и шевелящиеся, шлепающие по гротескно уродливому лицу щупальца, растущие на голове. Существо метнулось к окну, в голову Пегаса вновь ворвался вопль:
— ГРОХ МАРА ОРКУС ХЕЛЬ!
Пегас приземлился в портал, ударившись спиной. Разряд боли пронзил позвоночник, в ушах зазвенело. В тот же момент произошел переход в реальный мир. Майор поднял пистолет и нажал на спусковой крючок несколько раз, целясь в пульт управления, уже неповрежденный, сияющий всеми диодами и закрытый от взгляда стеклом операторской комнаты, из которой исчезли все, кроме Скрута. Три пули вошли в оборудование, останавливая работу портала. Пегас все еще пытался выстрелить, но перекосившийся в стволе патрон сделал оружие бесполезным.
Портал затих окончательно. За выбитым выстрелами стеклом рухнул Скрут, на глазах превращаясь в недельной свежести труп. Рука Пегаса опустилась, в глазах померк свет. Голова его повернулась набок, к лежавшей рядом Лаврентик. Прежде чем окончательно потерять сознание, Побылец увидел древнее, изрытое морщинами и прикрытое серыми прядями волос лицо старухи с потухшим взглядом.
Инцидент так и не вышел за пределы «Аструса». Проект законсервировали, но не закрыли. Пегас большую часть времени провалялся в лазарете, залечивая спину, но к нему уже приходили шишки из начальства, предлагали работу координатора группы в другом проекте. Пегас согласился. Жизнь наполнилась новым смыслом. Побывав по ту сторону дважды и едва не оставшись там навсегда, больше не хотелось примерять дуло к своей глотке.
Теперь Побылец был занят тем, что прогуливался в окрестностях «Аструса», энергично помогая себе тростью. Паралич ног, вызванный повреждениями позвоночника, почти прошел, но стоять на своих двоих все еще было тяжело. Бродя меж сосен, Пегас столкнулся с Лаврентик. Побылец засмеялся первым, увидев ее трость. К нему присоединилась и Анастасия. Ее нога все еще была в поддерживающем каркасе.
Пегас не видел ее ни разу за все это время. Слышал только, что ее тоже перевели в другой проект, но не сильно интересовался судьбой человека, который поставил свою жизнь выше его. Лаврентик, видимо, чувствовала вину, поэтому и избегала встречи.
— Приятно видеть, что вы поправились, — сказал Пегас.
— Да, симптомы старения прошли быстро, хотя волосы приходится красить. Они так и остались седыми. Похоже, часть моего организма навсегда запомнила меня столетней старухой.
— Изучали себя в свободное от работы время?
— Не только себя. Проект остановлен на неопределенный срок, но кое-какие материалы все же попали мне в руки. Наибольший интерес для нашего руководства представляют именно живые мертвецы и феномен Ар… э, Скрута. Кто-то считает, что есть возможность оживлять погибших или восстанавливать мертвые ткани, но я склонна полагать, что в него что-то вселилось. Что-то из тех имен, что мы слышали. Это имена древних богов смерти из самых различных культур. Они обитают там, они разумны и жаждут прорваться в наш мир. Хоть это дошло до понимания верхов, потому «Шагающий в смерть» и законсервирован. Не знаю, как надолго, скорее всего, до тех пор, пока жажда использовать знания потустороннего мира не пересилит испуг от произошедшего.
— Я смотрю, вы времени зря не теряли.
— Да, у меня еще множество наработок, и вы могли бы помочь мне в поиске решений. Как насчет того, чтобы прогуляться в мой кабинет, где нам никто не будет мешать? У меня есть кофе, не самый лучший, но…
— Нет, спасибо, у меня режим. Еще несколько часов прогулок и упражнений.
— Дмитрий, я понимаю, что виновата за то, что оставила вас там, но я хотела бы загладить свою вину.
Анастасия остановилась, прильнула к Побыльцу.
— Давайте хотя бы попытаемся, — ее губы шептали уже у самого лица Пегаса. Он увидел, как их прорезают трещины морщин, углубления пролегают вокруг глаз, змеятся по щекам, идет складками кожа на шее, а волосы выбиваются из прически седыми клочками.
Пегас мотнул головой, отгоняя наваждение, отступил на несколько шагов.
— Боюсь, что-то в вас останется неизменным навсегда, — сказал он, развернулся и зашагал прочь. Впереди его ждал целый вечер мучительной физиотерапии.
Пегас удвоенным весом навалился на Скрута, оттолкнув его в сторону, сбросил тело Скворца прямо на то место, где была кнопка. Вновь заработал портал. Пегас выпрыгнул в окно, в полете развернулся назад и вверх, наводя ствол на операторскую комнату. Лишь мельком он увидел толпу мертвецов, ворвавшихся в помещение, склонившегося над телом Скворца Скрута и нечто позади всех, расталкивающее упырей, рвущееся к порталу. Взгляд уловил лишь источенную фигуру ростом до потолка, руки со множеством суставов, как у паука, и шевелящиеся, шлепающие по гротескно уродливому лицу щупальца, растущие на голове. Существо метнулось к окну, в голову Пегаса вновь ворвался вопль:
— ГРОХ МАРА ОРКУС ХЕЛЬ!
Пегас приземлился в портал, ударившись спиной. Разряд боли пронзил позвоночник, в ушах зазвенело. В тот же момент произошел переход в реальный мир. Майор поднял пистолет и нажал на спусковой крючок несколько раз, целясь в пульт управления, уже неповрежденный, сияющий всеми диодами и закрытый от взгляда стеклом операторской комнаты, из которой исчезли все, кроме Скрута. Три пули вошли в оборудование, останавливая работу портала. Пегас все еще пытался выстрелить, но перекосившийся в стволе патрон сделал оружие бесполезным.
Портал затих окончательно. За выбитым выстрелами стеклом рухнул Скрут, на глазах превращаясь в недельной свежести труп. Рука Пегаса опустилась, в глазах померк свет. Голова его повернулась набок, к лежавшей рядом Лаврентик. Прежде чем окончательно потерять сознание, Побылец увидел древнее, изрытое морщинами и прикрытое серыми прядями волос лицо старухи с потухшим взглядом.
Инцидент так и не вышел за пределы «Аструса». Проект законсервировали, но не закрыли. Пегас большую часть времени провалялся в лазарете, залечивая спину, но к нему уже приходили шишки из начальства, предлагали работу координатора группы в другом проекте. Пегас согласился. Жизнь наполнилась новым смыслом. Побывав по ту сторону дважды и едва не оставшись там навсегда, больше не хотелось примерять дуло к своей глотке.
Теперь Побылец был занят тем, что прогуливался в окрестностях «Аструса», энергично помогая себе тростью. Паралич ног, вызванный повреждениями позвоночника, почти прошел, но стоять на своих двоих все еще было тяжело. Бродя меж сосен, Пегас столкнулся с Лаврентик. Побылец засмеялся первым, увидев ее трость. К нему присоединилась и Анастасия. Ее нога все еще была в поддерживающем каркасе.
Пегас не видел ее ни разу за все это время. Слышал только, что ее тоже перевели в другой проект, но не сильно интересовался судьбой человека, который поставил свою жизнь выше его. Лаврентик, видимо, чувствовала вину, поэтому и избегала встречи.
— Приятно видеть, что вы поправились, — сказал Пегас.
— Да, симптомы старения прошли быстро, хотя волосы приходится красить. Они так и остались седыми. Похоже, часть моего организма навсегда запомнила меня столетней старухой.
— Изучали себя в свободное от работы время?
— Не только себя. Проект остановлен на неопределенный срок, но кое-какие материалы все же попали мне в руки. Наибольший интерес для нашего руководства представляют именно живые мертвецы и феномен Ар… э, Скрута. Кто-то считает, что есть возможность оживлять погибших или восстанавливать мертвые ткани, но я склонна полагать, что в него что-то вселилось. Что-то из тех имен, что мы слышали. Это имена древних богов смерти из самых различных культур. Они обитают там, они разумны и жаждут прорваться в наш мир. Хоть это дошло до понимания верхов, потому «Шагающий в смерть» и законсервирован. Не знаю, как надолго, скорее всего, до тех пор, пока жажда использовать знания потустороннего мира не пересилит испуг от произошедшего.
— Я смотрю, вы времени зря не теряли.
— Да, у меня еще множество наработок, и вы могли бы помочь мне в поиске решений. Как насчет того, чтобы прогуляться в мой кабинет, где нам никто не будет мешать? У меня есть кофе, не самый лучший, но…
— Нет, спасибо, у меня режим. Еще несколько часов прогулок и упражнений.
— Дмитрий, я понимаю, что виновата за то, что оставила вас там, но я хотела бы загладить свою вину.
Анастасия остановилась, прильнула к Побыльцу.
— Давайте хотя бы попытаемся, — ее губы шептали уже у самого лица Пегаса. Он увидел, как их прорезают трещины морщин, углубления пролегают вокруг глаз, змеятся по щекам, идет складками кожа на шее, а волосы выбиваются из прически седыми клочками.
Пегас мотнул головой, отгоняя наваждение, отступил на несколько шагов.
— Боюсь, что-то в вас останется неизменным навсегда, — сказал он, развернулся и зашагал прочь. Впереди его ждал целый вечер мучительной физиотерапии.
Страница 11 из 11
