Шиповничек

Оля задремала на диване в детской.

Ей показалось, что она закрыла глаза всего на секунду, как вдруг что-то резко подняло ее. Оля села и огляделась по сторонам. Она мгновенно заметила, что произошло, и опрометью кинулась бегать по комнате. Илюши не было в кроватке. Трехмесячный малыш, который еще даже не начал ползать, куда-то пропал.

— Илюша! Илюша!

— Оля не узнавала свой голос.

Она обежала все комнаты второго этажа и кубарем сбежала на первый. Она обегала комнату за комнатой, но сына нигде не было. Оля выскочила на крыльцо и вдруг услышала хныканье Илюши. Оно доносилось со стороны озера. Оля босиком кинулась туда. Выбежав к воде, она повернула голову на шум и закричала.

Ее ребенок был в шиповнике.

Оля видела, как сами, без ветра, шевелятся ветки, затягивая малыша все глубже. Илюша не кричал, а слабо хныкал, как будто из последних сил. Краем глаза Оля заметила Рича, который был там же и уже не шевелился, но это не имело никакого значения. Оля бросилась к кусту и схватила малыша. Она видела, что один шип проткнул ему шечку, другой тянется к нежному виску. Оле показалось, что они удлиняются, чтобы добраться до самых чувствительных мест.

— Подожди немного, солнышко, мама сейчас… — не замечая катящихся из глаз слез и того, как шипы кромсают ее руки, Оля осторожно высвобождала сына из плена.

Один шип воткнулся ей в ладонь, войдя почти на сантиметр, другой проткнул ей палец. Плача от боли, Оля продолжала свою работу, пока, наконец, Илюша не оказался у нее на руках. Малыш дышал, но был без сознания. Оля осмотрела его и с облегчением увидела, что кроме раны в щечке, ничего серьезного больше вроде нет, лишь царапины и неглубокие проколы. Оля перевела взгляд на куст, и ей показалось, что ягоды налились кровью и пульсируют. Внезапно почувствовав дикую ярость, Оля схватила в горсть листья вместе с ягодами и ветками, смяла и рванула, оставив плешь. И увидела, что вся ее ладонь густо вымазана кровью. Оле показалось, что кровь сочится с сорванных листьев и на сломах веток, что кровь вытекает из лопнувших ягод. Оля зажмурилась и побежала в дом, прижимая к груди неподвижного Илюшу.

Когда Сергей наконец разобрал то, что его жена вопила в трубку, он моментально сорвался с рабочего места и побежал к машине, по пути звоня в неотложку. Он не понял толком, что произошло с малышом, Оля неразборчиво кричала и плакала, но гнал он изо всех сил. Приехал он на десять минут позже неотложки, врачи из которой уже осматривали мальчика. Ворвавшись в дом, даже не посмотрев на жену, Сергей сразу бросился к врачам.

— Что с ним? — запыхавшись, прохрипел он.

— Тут большая кровопотеря. У ребенка какая группа?

— Первая положительная, у меня такая же.

— Прекрасно, готовьте переливание. Поедете с нами, в машине будем делать.

Сергей наклонился над сыном и отшатнулся, увидев израненное тельце. Илюша дышал, но был очень бледный, в синеву.

— Что ты с ним сделала?

Оля, казалось, не расслышала вопросы. Она сидела в кресле и смотрела в одну точку. Сергей подлетел к ней и схватил за плечи.

— Что с нашим сыном, я тебя спрашиваю? — заорал он ей в лицо. Оля перевела на него взгляд и заплакала.

— Я сама не знаю, как получилось… я спала в детской, потом проснулась, а Илюши нет в кроватке. Я искала его, услышала плач, прибежала — а он в шиповнике, и Рич с ним… и шиповник живой.

— Что ты несешь? Собака отнесла его в шиповник?

— Наверное, я не видела… я спала.

— Хорошо, если спала. Думаю, собаке вряд ли бы удалось бесшумно вытащить ребенка из кроватки при тебе. Тебе следует провериться, мало ли что ты еще натворишь, — горько бросил Сергей и пошел к машине скорой помощи. Через минуту они уехали, и Оля осталась в доме одна. Начинался ливень.

Он не поверил ей. А она сама себе бы поверила? Если бы Сергей рассказал ей такое? Разве она не подумала бы, что Сережа сошел с ума, и не забрала бы ребенка из его рук? Подумала бы и забрала бы. Так что Сережу нельзя винить. Неужели и правда Рич? Тогда виновата она, ведь это она решила оставить собаку. Но как ему удалось бесшумно вытащить ребенка из колыбели, когда Оля чутко спала рядом?

Оля раз за разом задавала себе этот вопрос, но не находила на него ответа. За окном грянул гром, следом за ним сверкнула молния. Внезапно где-то совсем рядом полыхнула яркая вспышка, и дом погрузился в полумрак сумерек. «Пусть» — подумала Оля, разожгла камин и повернула к нему кресло. Так даже лучше.

Оля сидела на первом этаже, и не видела из окна, какой ураган разыгрался на озере. Зато его видела с крыльца Дарья Семеновна. Женщина вздохнула, вернулась в дом, где зажгла свечку возле иконы, и начала молиться за упокой душеньки рабы Божьей Марии. Наверное, одна только Дарья Семеновна и помнила, какой сегодня день.

Никто не видел, как на берегу под пронизывающими порывами ветра куст шиповника вдруг накренился.