Фандом: Гарри Поттер. Классический сюжет про то, как найденные на собственную задницу приключения могут привести к пересмотру отношений с тем, кого давно знаешь. И «задница», в данном случае, отнюдь не только фигура речи, а самый настоящий двигатель сюжета. Древние подземелья, жуткие тайны, неведомые опасности. И отважный герой, спешащий на помощь.
191 мин, 14 сек 11448
Когда она слегка отошла от первоначального шока и яркие картинки, нарисованные воображением, немного потускнели, она задалась вопросом: а на благо кого был весь этот «труд»? Во имя чего творились здесь эти зверства, и кто был жертвой? Судя по внешнему виду приспособлений, комнате пыток вполне могло быть и четыреста лет и даже пятьсот. В голову тут же стали приходить все эти слухи, от которых холодок пробегал по коже, о древних местах поклонений тёмным духам, замурованных в толще камня колдунах, только и ждущих шанса вырваться на свободу, жутких склепах… Довольно!
Вместо того чтобы пугать саму себя глупыми суевериями, ей стоит просто наведаться в библиотеку и попытаться уточнить, в каком именно веке и почему в подвале родной школы могли оказаться подобные вещи, как эта старинная камера пыток. Это было бы разумно и правильно, но на неё снова нахлынули воспоминания о прошлом знакомстве с темой. Конечно, загадка была грандиозной, но явно не для её — Гермионы — интересов.
Она прошагала вдоль ряда пыточных приспособлений до противоположной стены, словно это и правда был какой-то музей, обнаружила в углу огромный открытый очаг с насквозь проржавевшей решёткой, лежавшей на том, что когда-то было углями, развернулась и подумала, что с неё, наверное, хватит приключений на сегодняшний вечер. Она отправилась обратно к пролому, стараясь больше не смотреть по сторонам, с твёрдым намерением как можно скорее покинуть это ужасное место. Она ещё сама не решила, будет ли кому-то рассказывать о своей находке, и наверное, стоило принять это решение завтра, на спокойную голову.
Но голова Гермионы была устроена таким образом, что она не прекращала работать ни на секунду. Если уж она заметила какое-то несоответствие, оно начинало глодать её со страшной силой, пробуждая к жизни проклятое любопытство. Сейчас то самое любопытство твердило ей простой вопрос: если коридор, по которому она сюда попала, угодил в комнату пыток случайно, то отсюда же должен быть другой выход? Пускай он даже окажется завален, но он где-то должен быть. Поэтому, подходя к пролому, Гермиона, морщась от отвращения, уже внимательно оглядывалась по сторонам, стараясь не пропустить дверь или арку. И, конечно, очень быстро обнаружила её, справа от пролома — невысокий тёмный коридор, в проёме которого виднелись обломки когда-то стоявшей в нём двери.
«Послушай, ты ПРАВДА хочешь туда идти, после того, что уже увидела?»
Вопрос был на тысячу галлеонов. Какого чёрта, действительно?! Сперва она надеялась просто устать, потом сбежать, потом обнаружить новый подземный ход. На что она надеется теперь? Или ей мало впечатлений, способных уже и без того гарантированно обеспечить кошмары по ночам? Но история оставляла ощущение незавершенности. Если она сейчас сбежит, всё равно не сможет заснуть полночи, мучаясь от нерешенных вопросов, тем более, в такой неудобной обстановке. И вдруг это всё-таки выход? Какой-никакой, но выход, хоть куда-нибудь. В конце концов, самое неприятное она уже увидела. Что там ещё такого она может найти?! своё безумие…
«Запертого монстра, как в Тайной комнате?»
Что за ерунда, в самом деле?! Чем бы он тут питался? Крысами? А, кстати, о крысах. Это было довольно странно, но она ни одной пока ещё не заметила. То ли им самим нечем тут было поживиться, то ли подземелье было для них слишком глубоким. Так что из всех крыс, единственной здесь была она сама, если, конечно, верить этой гадине Панси.
«Ну и прекрасно!» — подумала Гермиона, которая крыс недолюбливала. Особенно после всей этой истории с Петтигрю.
Это заявление могло означать лишь одно: она уже приняла решение всё-таки взглянуть, что там, за этим выходом. А потом сразу назад.
Гарри завернулся в мантию, накинул плащ-невидимку и покинул гостиную, постоянно оглядываясь по сторонам. Мало ли, возможно, вот именно в этот момент, когда он свернул карту и вышел, Гермиона могла покинуть Выручай-комнату.
«Что-то ты слишком мало времени отвёл ей на свидание», — сказал внутри собственный саркастический голосок. Он понял, что всё никак не может отойти от этого неприятного ощущения, когда вдруг узнаешь, что твоя самая близкая подруга сейчас с кем-то другим.
«В конце концов, она же не злится на тебя за то, что ты начал встречаться с Чоу!» — прикрикнул он на этот неожиданно появившийся голосок, шагая по коридору.
«А ты бы хотел, чтобы она злилась?»
«Нет, чёрт побери! Гермиона — это Гермиона, а Чоу — это Чоу! Как можно такое смешивать?»
«Ну, ты же смешиваешь, когда ревнуешь её неизвестно к кому, который, быть может даже, вообще не существует».
«Ничего подобного! Я просто волнуюсь за неё. Всего лишь не хочу, чтобы её кто-то обидел».
«Ну да», — хмыкнул голосок и замолчал, оставив его в ещё большем смятении.
Вместо того чтобы пугать саму себя глупыми суевериями, ей стоит просто наведаться в библиотеку и попытаться уточнить, в каком именно веке и почему в подвале родной школы могли оказаться подобные вещи, как эта старинная камера пыток. Это было бы разумно и правильно, но на неё снова нахлынули воспоминания о прошлом знакомстве с темой. Конечно, загадка была грандиозной, но явно не для её — Гермионы — интересов.
Она прошагала вдоль ряда пыточных приспособлений до противоположной стены, словно это и правда был какой-то музей, обнаружила в углу огромный открытый очаг с насквозь проржавевшей решёткой, лежавшей на том, что когда-то было углями, развернулась и подумала, что с неё, наверное, хватит приключений на сегодняшний вечер. Она отправилась обратно к пролому, стараясь больше не смотреть по сторонам, с твёрдым намерением как можно скорее покинуть это ужасное место. Она ещё сама не решила, будет ли кому-то рассказывать о своей находке, и наверное, стоило принять это решение завтра, на спокойную голову.
Но голова Гермионы была устроена таким образом, что она не прекращала работать ни на секунду. Если уж она заметила какое-то несоответствие, оно начинало глодать её со страшной силой, пробуждая к жизни проклятое любопытство. Сейчас то самое любопытство твердило ей простой вопрос: если коридор, по которому она сюда попала, угодил в комнату пыток случайно, то отсюда же должен быть другой выход? Пускай он даже окажется завален, но он где-то должен быть. Поэтому, подходя к пролому, Гермиона, морщась от отвращения, уже внимательно оглядывалась по сторонам, стараясь не пропустить дверь или арку. И, конечно, очень быстро обнаружила её, справа от пролома — невысокий тёмный коридор, в проёме которого виднелись обломки когда-то стоявшей в нём двери.
«Послушай, ты ПРАВДА хочешь туда идти, после того, что уже увидела?»
Вопрос был на тысячу галлеонов. Какого чёрта, действительно?! Сперва она надеялась просто устать, потом сбежать, потом обнаружить новый подземный ход. На что она надеется теперь? Или ей мало впечатлений, способных уже и без того гарантированно обеспечить кошмары по ночам? Но история оставляла ощущение незавершенности. Если она сейчас сбежит, всё равно не сможет заснуть полночи, мучаясь от нерешенных вопросов, тем более, в такой неудобной обстановке. И вдруг это всё-таки выход? Какой-никакой, но выход, хоть куда-нибудь. В конце концов, самое неприятное она уже увидела. Что там ещё такого она может найти?! своё безумие…
«Запертого монстра, как в Тайной комнате?»
Что за ерунда, в самом деле?! Чем бы он тут питался? Крысами? А, кстати, о крысах. Это было довольно странно, но она ни одной пока ещё не заметила. То ли им самим нечем тут было поживиться, то ли подземелье было для них слишком глубоким. Так что из всех крыс, единственной здесь была она сама, если, конечно, верить этой гадине Панси.
«Ну и прекрасно!» — подумала Гермиона, которая крыс недолюбливала. Особенно после всей этой истории с Петтигрю.
Это заявление могло означать лишь одно: она уже приняла решение всё-таки взглянуть, что там, за этим выходом. А потом сразу назад.
Гарри завернулся в мантию, накинул плащ-невидимку и покинул гостиную, постоянно оглядываясь по сторонам. Мало ли, возможно, вот именно в этот момент, когда он свернул карту и вышел, Гермиона могла покинуть Выручай-комнату.
«Что-то ты слишком мало времени отвёл ей на свидание», — сказал внутри собственный саркастический голосок. Он понял, что всё никак не может отойти от этого неприятного ощущения, когда вдруг узнаешь, что твоя самая близкая подруга сейчас с кем-то другим.
«В конце концов, она же не злится на тебя за то, что ты начал встречаться с Чоу!» — прикрикнул он на этот неожиданно появившийся голосок, шагая по коридору.
«А ты бы хотел, чтобы она злилась?»
«Нет, чёрт побери! Гермиона — это Гермиона, а Чоу — это Чоу! Как можно такое смешивать?»
«Ну, ты же смешиваешь, когда ревнуешь её неизвестно к кому, который, быть может даже, вообще не существует».
«Ничего подобного! Я просто волнуюсь за неё. Всего лишь не хочу, чтобы её кто-то обидел».
«Ну да», — хмыкнул голосок и замолчал, оставив его в ещё большем смятении.
Страница 13 из 52
