Синдром отчуждения

— И что вы с ним трахаетесь каждый день без перерыва, — Книга едва-едва влезает в щель.

— Лили!

— И что он скоро к тебе переедет.

— ЛИЛИ!

— И едите вы с ним из одной тарелки.

— Проклять…

— И волосы ему по утрам причесывают канарейки. — Кира обреченно замолкает, — а гадит он исключительно бабочками семейства Парусников. Кхм. Так что ты хотела сказать? — Лили невинно улыбается, помаргивает.

А Кира смотрит на подругу и в очередной раз не может отделаться от ощущения, что напускное веселье — просто-напросто тошнотворная маска. Под которой, за этими печальными алебастровыми зеркалами, душа Лили бьется в истерике.

— Я хотела сказать, что он страшно неуклюжий! Помнишь, как он вывалил на тебя чай в том кафе, когда мы познакомились? Он все время что-то задевает, роняет. Прям слон какой-то! — Кира пытается изобразить весело-возмущенный вид, но чувствует, что не в силах улыбаться.

«Все слишком далеко зашло. И я тоже виновата…»

Она же моя подруга! Я должна что-то сделать! Но что?!

— … а вчера он разбил бабушкин сервиз! — продолжает она зачем-то говорить. — Весь! Помнишь, тот, что она подарила мне на восемнадцатилетие? Ну, ты представляешь?

— Да? Все равно он мне не нравился, — невозмутимо отвечает Лили, — Чееерт!

Лили на цыпочках, в позе шаолиньского монаха, проводящего «удар семи ветров», дотягивается до верхней полки и выхватывает оттуда книгу. Спрыгивает на пол, уверенно спружинив на крепких и невероятно длинных ногах. Испуганно отшатываются посетители книжного. Даже после прыжка осанка у нее, по-другому и не скажешь, — величественная.

— Ну?! Что я тебе говорила? Кто у нас тут папочка? А? Нет, ну кто? — Лили, улыбаясь до ушей, тычет себя большим пальцем в гордо выпяченную грудь. Другая рука торжественно воздымает обретенную книгу.

«Какая же она красивая. И высокая. И спина у нее прямая. Ну почему я не такая??? — вздыхает про себя Кира. — Хотя все это спектакль. Не больше, чем никудышная любительская постановка»…

— Куда ты дела наши сумки?

— Вот на столике, — показывает Кира. Лили хватает свою и бросает вторую подруге.

— Ну, ты что, за меня не рада? — на лицо Лили набегает тень.

— Рада, конечно! — Кира широко улыбается. — А теперь расскажи, зачем тебе понравился этот бужал…

— ВИ-КОНТ ДЕ БРА-ЖЕ-ЛОН! — делая ударение на каждом слоге, говорит Лили. — Черт, если ты еще раз неправильно ее назовешь, я не пожалею денег и запихну эту книгу…

Путь девушек пересекает женщина-консультант и плетущийся за ней худой мужчина с крючковатым носом:

— Девушка, вы не подскажите? — уныло вопрошает он. — Я собираю такие, — он пытается протянуть девушке-консультанту книгу, но та не оглядывается, уверенно направляясь по одному ей известному маршруту.

— Подскажу, — женщина невозмутимо продолжает идти дальше.

— А почему вы от меня убегаете? Я собираю вот так… — он снова пытается протянуть ей томик.

— Да не убегаю я от вас, мне надо поставить эти книги на полку, — женщина останавливается рядом со стеллажом и начинает расставлять книги, которые до этого несла в руках.

— Понимаете, я собираю такие книги…

Кира и Лили переглядываются и смеются.

— Так зачем тебе «Де Бражелон»? О, неужели я правильно сказала. Ты что в детство впадаешь?

— Ты будешь смеяться.

— Да брось ты! Говори.

— Ну…

— Говори!

— Я познакомилась в Интернете с одним парнем.

— О, это многое объясняет, — чересчур едко замечает Кира и тут же жалеет о сказанном, встретившись с укоризненным взглядом.

— Хорошо, я больше ничего рассказывать не буду! — Лили возмущенно скрещивает руки на груди.

— Ну ладно тебе, прости! И что с этим парнем?

— Он у себя в блоге описывает, как читал Дюма, а потом поехал во Францию, чтобы посетить все места, которые упоминались в книгах. Здорово, правда?! — Лили вскидывает руки и мечтательно прикусывает губу.

— Похоже, он тебе нравится. А ты с ним виделась? По-настоящему?

— Нет, — Лили краснеет. — На самом деле, мы не знакомы. Я просто копалась в Интернете и случайно набрела на его блог. И мне очень понравилось! Так интересно… Ты смотришь на мир глазами другого человека! Но он вел дневник только до 2008 года, и сейчас там не появляется. Я ему написала, но вряд ли ответит, — грустно заканчивает она.

— Тебе что, парней мало?

— Ты не понимаешь! Я…

— Ладно, прости. А ты пробовала написать тем людям, с кем он еще общался?

— Да, но его никто лично не знал! Только по переписке. Единственное, что я знаю — он жил в нашем городе и работал преподавателем. Но я очень хочу его найти.

— Лили.

— Да?

— Ты в порядке? Я почему спра… — на секунду какая-то тень наползает на лицо Лили, но тут же исчезает.

— Да что ты! Конечно! Со мной всегда все в порядке, ты же знаешь я сильная, — гордо улыбается Лили. — И теперь весь город будет видеть, как я танцую! — восклицает она и вдруг начинает кружиться на месте, запрокинув вверх лицо.

Фотовспышка успевает запечатлеть только растекшуюся в движении фигуру.

Глава 3