Фандом: Сверхъестественное. Очередная охота выводит Винчестеров на Кали. И на Габриэля.
298 мин, 47 сек 16851
Кроули наклонил голову в знак согласия и тоже встал.
— Гейб, вообще-то, мы тоже участвуем в сделке, — попытался возразить Дин, вставая у него на пути.
— Нет. Это мое личное дело. Вы помогаете мне, да, но вспомните, что будет в конце, — он пристально посмотрел на него, надеясь, что тот понял. Сражаться с Тьмой будет Габриэль, а не они. Дин колебался, бросая взгляды на Сэма. — Не заставляй меня применять силу, Дин.
Дин сжал кулаки и отошел в сторону.
Когда Габриэль с Кроули уже подошли к двери, их догнал Сэм. Он схватил Гейба за руку.
— Габриэль, — он заглянул ему в глаза, — что бы там ни было, не совершай глупостей. Мы всегда можем найти другой выход. Не повторяй наших ошибок.
Гейб покосился на терпеливо ждущего Кроули, с интересом слушающего их, и перевел взгляд на Сэма. Как же он скучал по нему.
— Я уже совершил достаточно глупостей, здоровяк. Больше не собираюсь, обещаю, — он постарался вложить в интонацию то, чего не мог сказать словами.
Извини. Я виноват. Я ошибся. Я наговорил лишнего. Я такой большой мудак. Я собираюсь выторговать у Кроули ангела во что бы то ни стало, но я буду осторожен.
Сэм отпустил его. Кроули не спеша похлопал:
— Трахнуть глазами человека на двадцать сантиметров выше тебя — это надо уметь.
— А может, заключим такую сделку: ты нам ангела, а я научу тебя подкатывать к мальчикам, — пропел Гейб, обнимая Кроули за талию и выводя его в соседнюю комнату — небольшой архивный зал, тут же захлопывая за собой дверь и накидывая подол тишины.
Кроули брезгливо стряхнул с себя руку Гейба, напоказ вытирая свою о подол пиджака.
— Может, к делу?
— К делу. Чего ты хочешь? Конкретно? — спросил Гейб.
— Я даю месяц на то, чтобы ты освободил мне должность руководителя Ада. Что сделаешь с Люцифером — мне все равно. Формальный отказ тоже допустим, хотя лучше убить. Понятно?
— Предельно. И почему ты так уверен, что я это сделаю? Я найду ангела и умою руки.
— Нет. Ты заключишь со мной сделку, как с демоном перекрестка. У тебя есть, — Кроули ласково улыбнулся, — душа. Я вижу ее. Ты не такой, как другие архангелы. А значит, это возможно. Не выполнишь сделку в срок — заберу тебя в ад.
— Серьезно? — неверяще уставился на него Гейб. — С какой стати мне соглашаться на такие условия?
— Никаких причин. Но так, на всякий — ангел, который сейчас стоит в круге огня, думает, что вы собираетесь залезть в рай, чтобы вмешаться в ангельские дела. Крылатые мартышки не очень любят Винчестеров. Тебя, честно говоря, тоже. Я уточнял отдельно. Так что, если откажешься от сделки — не видать вам небес в этой жизни, — Кроули определенно был уверен в своих словах.
— Дай мне пять минут.
Кроули равнодушно пожал плечами.
Габриэль искал лазейку. Он искал и не мог найти. Обнадеживало, что Кроули не требовал убить Люцифера. Но вынудить его совершить формальный — читай, устный — отказ от «должности» тоже задача не из легких.
Черт, у него большие шансы попасть в ад. Душа архангела в аду — нонсенс.
С другой стороны, лишиться рога — еще хуже. Амара была угрозой большей, чем могли себе вообразить Винчестеры. Месяц — это много. Он найдет выход.
Кроули наблюдал за его лицом с радостью пиявки, присосавшейся к крови. Он получал удовольствие, когда души попадали в его сети. Особенно такая. Он думал совсем по-другому выстроить договор, но так получилось даже лучше.
— Ладно, — наконец твердо кивнул Габриэль. — Заключим прямо тут. Не хочу, чтобы Винчестеры вмешались, сам понимаешь. Ты из тех, что заключает поцелуями? Старая формула.
— О, да. Сейчас мы все упрощаем, но старая формула мне по душе, если хочешь знать.
Они старательно обсудили формулировку. Король Ада был въедлив и педантичен.
— Ладно, начинай.
Во рту было слишком много слюны, когда он произнес, смотря прямо в глаза Кроули:
— Обязуюсь выпустить демона Кроули неприкосновенным из бункера летописцев сразу после заключения сделки, не удерживать далее и не позволять кому-либо другому. Обязуюсь убрать Люцифера с поста короля Ада в течении тридцати дней с момента заключения сделки — сам или с чужой помощью. Моя душа — залог. Мои губы — проводник.
— Обязуюсь, — подхватил Кроули, — сразу после того, как меня выпустят из бункера, назвать архангелу Габриэлю, так, чтобы он услышал, координаты ангела, который знает, где находятся врата на небеса, и который стоит сейчас в круге святого масла. Слово короля перекрестков — залог. Мои губы — проводник, — и притянул к себе Габриэля.
Демон, взявший верх над архангелом. Закрывая глаза, Габриэль видел перед собой человеческий облик Кроули, его лицо, наслаждающееся своей победой. Кроули целовал глубоко и властно. Он ответил на поцелуй, стараясь отрешиться от эмоций и насладиться самим процессом. Он может попасть к этому демону в вечное пользование. Ему хотелось продемонстрировать, что его не так-то легко сломать. Что его душа не так светла. И что он принимал это в себе.
— Гейб, вообще-то, мы тоже участвуем в сделке, — попытался возразить Дин, вставая у него на пути.
— Нет. Это мое личное дело. Вы помогаете мне, да, но вспомните, что будет в конце, — он пристально посмотрел на него, надеясь, что тот понял. Сражаться с Тьмой будет Габриэль, а не они. Дин колебался, бросая взгляды на Сэма. — Не заставляй меня применять силу, Дин.
Дин сжал кулаки и отошел в сторону.
Когда Габриэль с Кроули уже подошли к двери, их догнал Сэм. Он схватил Гейба за руку.
— Габриэль, — он заглянул ему в глаза, — что бы там ни было, не совершай глупостей. Мы всегда можем найти другой выход. Не повторяй наших ошибок.
Гейб покосился на терпеливо ждущего Кроули, с интересом слушающего их, и перевел взгляд на Сэма. Как же он скучал по нему.
— Я уже совершил достаточно глупостей, здоровяк. Больше не собираюсь, обещаю, — он постарался вложить в интонацию то, чего не мог сказать словами.
Извини. Я виноват. Я ошибся. Я наговорил лишнего. Я такой большой мудак. Я собираюсь выторговать у Кроули ангела во что бы то ни стало, но я буду осторожен.
Сэм отпустил его. Кроули не спеша похлопал:
— Трахнуть глазами человека на двадцать сантиметров выше тебя — это надо уметь.
— А может, заключим такую сделку: ты нам ангела, а я научу тебя подкатывать к мальчикам, — пропел Гейб, обнимая Кроули за талию и выводя его в соседнюю комнату — небольшой архивный зал, тут же захлопывая за собой дверь и накидывая подол тишины.
Кроули брезгливо стряхнул с себя руку Гейба, напоказ вытирая свою о подол пиджака.
— Может, к делу?
— К делу. Чего ты хочешь? Конкретно? — спросил Гейб.
— Я даю месяц на то, чтобы ты освободил мне должность руководителя Ада. Что сделаешь с Люцифером — мне все равно. Формальный отказ тоже допустим, хотя лучше убить. Понятно?
— Предельно. И почему ты так уверен, что я это сделаю? Я найду ангела и умою руки.
— Нет. Ты заключишь со мной сделку, как с демоном перекрестка. У тебя есть, — Кроули ласково улыбнулся, — душа. Я вижу ее. Ты не такой, как другие архангелы. А значит, это возможно. Не выполнишь сделку в срок — заберу тебя в ад.
— Серьезно? — неверяще уставился на него Гейб. — С какой стати мне соглашаться на такие условия?
— Никаких причин. Но так, на всякий — ангел, который сейчас стоит в круге огня, думает, что вы собираетесь залезть в рай, чтобы вмешаться в ангельские дела. Крылатые мартышки не очень любят Винчестеров. Тебя, честно говоря, тоже. Я уточнял отдельно. Так что, если откажешься от сделки — не видать вам небес в этой жизни, — Кроули определенно был уверен в своих словах.
— Дай мне пять минут.
Кроули равнодушно пожал плечами.
Габриэль искал лазейку. Он искал и не мог найти. Обнадеживало, что Кроули не требовал убить Люцифера. Но вынудить его совершить формальный — читай, устный — отказ от «должности» тоже задача не из легких.
Черт, у него большие шансы попасть в ад. Душа архангела в аду — нонсенс.
С другой стороны, лишиться рога — еще хуже. Амара была угрозой большей, чем могли себе вообразить Винчестеры. Месяц — это много. Он найдет выход.
Кроули наблюдал за его лицом с радостью пиявки, присосавшейся к крови. Он получал удовольствие, когда души попадали в его сети. Особенно такая. Он думал совсем по-другому выстроить договор, но так получилось даже лучше.
— Ладно, — наконец твердо кивнул Габриэль. — Заключим прямо тут. Не хочу, чтобы Винчестеры вмешались, сам понимаешь. Ты из тех, что заключает поцелуями? Старая формула.
— О, да. Сейчас мы все упрощаем, но старая формула мне по душе, если хочешь знать.
Они старательно обсудили формулировку. Король Ада был въедлив и педантичен.
— Ладно, начинай.
Во рту было слишком много слюны, когда он произнес, смотря прямо в глаза Кроули:
— Обязуюсь выпустить демона Кроули неприкосновенным из бункера летописцев сразу после заключения сделки, не удерживать далее и не позволять кому-либо другому. Обязуюсь убрать Люцифера с поста короля Ада в течении тридцати дней с момента заключения сделки — сам или с чужой помощью. Моя душа — залог. Мои губы — проводник.
— Обязуюсь, — подхватил Кроули, — сразу после того, как меня выпустят из бункера, назвать архангелу Габриэлю, так, чтобы он услышал, координаты ангела, который знает, где находятся врата на небеса, и который стоит сейчас в круге святого масла. Слово короля перекрестков — залог. Мои губы — проводник, — и притянул к себе Габриэля.
Демон, взявший верх над архангелом. Закрывая глаза, Габриэль видел перед собой человеческий облик Кроули, его лицо, наслаждающееся своей победой. Кроули целовал глубоко и властно. Он ответил на поцелуй, стараясь отрешиться от эмоций и насладиться самим процессом. Он может попасть к этому демону в вечное пользование. Ему хотелось продемонстрировать, что его не так-то легко сломать. Что его душа не так светла. И что он принимал это в себе.
Страница 47 из 78
