Приемный НЕпокой. Оля с Дашей сидели в длинном, душном и тусклом коридоре приемного отделения областной больницы в ожидании своей очереди.
367 мин, 52 сек 17784
— Ты понимаешь, Серега, — с загадочной улыбкой стал пояснять Глеб Миронович, — эта штука…, это…, это не из нашего времени. Это откуда-то из будущего. Это — фантастика. Нет! Сказка! Рамо свой доклад так и начал: «А сейчас я расскажу вам сказку!». Никто, никто в мире, даже Раймонд не может сказать, как оно работает и почему. Но, черт возьми, оно работает! Вопреки всем медицинским канонам! Только по задокументированным исследованиям за последние пять лет — девяносто восемь процентов излечившихся. Девяносто восемь, Сережа! Без рецидивов! Остальные два — пациенты преклонного возраста, умершие от *ОСН. Это сказка! Сказка, которую вот уже двадцать лет читает и пишет Раймонд Билайф.
И не он ее начал писать, не он! Помнишь, я тебе рассказывал о смелом докладе советских врачей на Хельсинской конференции? В составе той делегации был мой отец. А руководителем был Сергей Дементьевич, наставник отца. Их потом в советах за смелость чуть в порошок не стерли! Обком, КГБ… А они еще тогда говорили об этом! Еще тогда!
И кабинет заведующего отделением детской онкологии вновь погрузился в тягостную тишину.
— Я бы подписал, — негромко прервал тишину сидевший на диване в задумчивости Сергей Сергеевич.
Глеб Миронович задумчиво покачал головой.
— Значит так, Сережка! Бери-ка ты эту бумажку и дуй к Ольге Солнцевой. Пусть ищет деньги. Будем надеяться, что ей это удастся. В противном случае вся эта затея не имеет никакого смысла. Иди к ней, а я тут еще покумекаю.
Сергей Сергеевич не торопясь встал, пошел к дверям и уже в дверях, собираясь покинуть до искр наэлектризованное раздумьями пространство, сказал Глебу Мироновичу:
— Глеб Миронович! При любом исходе событий я буду «топить» за Вас до конца! И Солнцева, кстати, тоже.
— Я знаю, Сережка, спасибо! — кивнул зав, — только от нас, к сожалению, не все зависит.
Сергей Сергеевич тихонько выдернул в ординаторскую на разговор приунывшую после беспокойной ночи и «доброго» утра Ольгу.
— Оля, — протягивая бумажку слегка помятой Оле, начал приватный разговор Сергей Сергеевич, — Глеб Миронович нашел очень перспективный вариант лечения Даши. Есть схема экспериментального лечения, применяемая в США… — Доктор Билайф?! — со вспыхнувшей порохом надеждой, перебила молодого врача Ольга.
— А откуда Вы знаете? — удивился Сергей Сергеевич.
— А мне про него Глеб Миронович рассказал! — похвасталась Ольга, — вчера…, нет, — Оля улыбнулась, — уже сегодня.
— Когда он успел?! — недоумевал молодой врач, будучи уже с восьми утра в отделении.
— Ночью. Этой ночью.
— Блин, ну чо за фигня! — с наигранной досадой выпалил Сергей Сергеевич, — ну почему к нему по ночам приходят красивые девушки, а ко мне — нет?! А же моложе, красивее!
— Та ну Вас, Сергей Сергеевич! — с улыбкой махнула рукой на молодого врача Ольга.
— Вот все так! Та ну Вас — и к заву! — продолжал шутить молодой врач, несколько разряжая напряженную обстановку.
Но разрядка продлилась недолго. Ровно до того момента, пока Ольга не увидела стоимость препаратов. За дважды перечеркнутой английской «S» красовалась вполне скромненькая двузначная цифра. И все бы ничего, если бы у нее, у этой вполне скромной циферки, в хвосте, сверкая ослепительной наглостью, не маячили три жирных нуля.
— Да, Оля, много! — понимающе сказал Сергей Сергеевич, глядя на округлившиеся от «убойной» новости Ольгины глаза.
— На когда нужны деньги? — тихонько, с хрипотцой спросила ошарашенная Ольга.
— Желательно на вчера.
— Я достану, достану, — шептала Ольга, трясущимися руками возвращая бумажку Сергею Сергеевичу.
— Это Вам, Оля, забирайте.
— У меня есть неделя? — с мокрыми глазами спросила у молодого врача Оля.
— Полагаю, есть. Даже больше. Но не затягивайте! Там еще много проблем, которые надо решить, — ответил Сергей Сергеевич.
Оля кивнула и тяжелой походкой отправилась в палату к Даше.
Тем же вечером, оставив Дашу на попечительстве ночной медсестры и договорившись с непреклонным охранником, дежурившим на входе, Ольга помчалась домой. Предстоял нелегкий разговор с мужем. В последнее время они все были нелегкими, эти разговоры. Но теперь, в свете последних событий, разговор виделся крайне жестким.
Трясясь в переполненной маршрутке, Ольга рисовала себе массу негативных сценариев развития событий. Ах, это женское воображение! Вечно оно принимается рисовать какие-то апокалипсические картины, разворачивая в воображении всякие невероятные сценарии, какие только могут придумать женские мозги! Все фантасты-утописты мира нервно курят в стороне, глядя с серо-зеленой завистью на такую «воображалку»! Зачем?! ЗАЧЕМ?! Может все не так на самом деле?! Может все будет хорошо?!
Подогретая воображением до кипения, Оля с трудом взяла себя в руку, минутку отдышавшись перед тем, как преступить порог дома. Предвидя нелегкий разговор, Юрина мама, Инесса Александровна, сидевшая дома с внучком Богдашей, предусмотрительно увела Бодю в другую комнату, включив ему погромче мультики.
И не он ее начал писать, не он! Помнишь, я тебе рассказывал о смелом докладе советских врачей на Хельсинской конференции? В составе той делегации был мой отец. А руководителем был Сергей Дементьевич, наставник отца. Их потом в советах за смелость чуть в порошок не стерли! Обком, КГБ… А они еще тогда говорили об этом! Еще тогда!
И кабинет заведующего отделением детской онкологии вновь погрузился в тягостную тишину.
— Я бы подписал, — негромко прервал тишину сидевший на диване в задумчивости Сергей Сергеевич.
Глеб Миронович задумчиво покачал головой.
— Значит так, Сережка! Бери-ка ты эту бумажку и дуй к Ольге Солнцевой. Пусть ищет деньги. Будем надеяться, что ей это удастся. В противном случае вся эта затея не имеет никакого смысла. Иди к ней, а я тут еще покумекаю.
Сергей Сергеевич не торопясь встал, пошел к дверям и уже в дверях, собираясь покинуть до искр наэлектризованное раздумьями пространство, сказал Глебу Мироновичу:
— Глеб Миронович! При любом исходе событий я буду «топить» за Вас до конца! И Солнцева, кстати, тоже.
— Я знаю, Сережка, спасибо! — кивнул зав, — только от нас, к сожалению, не все зависит.
Сергей Сергеевич тихонько выдернул в ординаторскую на разговор приунывшую после беспокойной ночи и «доброго» утра Ольгу.
— Оля, — протягивая бумажку слегка помятой Оле, начал приватный разговор Сергей Сергеевич, — Глеб Миронович нашел очень перспективный вариант лечения Даши. Есть схема экспериментального лечения, применяемая в США… — Доктор Билайф?! — со вспыхнувшей порохом надеждой, перебила молодого врача Ольга.
— А откуда Вы знаете? — удивился Сергей Сергеевич.
— А мне про него Глеб Миронович рассказал! — похвасталась Ольга, — вчера…, нет, — Оля улыбнулась, — уже сегодня.
— Когда он успел?! — недоумевал молодой врач, будучи уже с восьми утра в отделении.
— Ночью. Этой ночью.
— Блин, ну чо за фигня! — с наигранной досадой выпалил Сергей Сергеевич, — ну почему к нему по ночам приходят красивые девушки, а ко мне — нет?! А же моложе, красивее!
— Та ну Вас, Сергей Сергеевич! — с улыбкой махнула рукой на молодого врача Ольга.
— Вот все так! Та ну Вас — и к заву! — продолжал шутить молодой врач, несколько разряжая напряженную обстановку.
Но разрядка продлилась недолго. Ровно до того момента, пока Ольга не увидела стоимость препаратов. За дважды перечеркнутой английской «S» красовалась вполне скромненькая двузначная цифра. И все бы ничего, если бы у нее, у этой вполне скромной циферки, в хвосте, сверкая ослепительной наглостью, не маячили три жирных нуля.
— Да, Оля, много! — понимающе сказал Сергей Сергеевич, глядя на округлившиеся от «убойной» новости Ольгины глаза.
— На когда нужны деньги? — тихонько, с хрипотцой спросила ошарашенная Ольга.
— Желательно на вчера.
— Я достану, достану, — шептала Ольга, трясущимися руками возвращая бумажку Сергею Сергеевичу.
— Это Вам, Оля, забирайте.
— У меня есть неделя? — с мокрыми глазами спросила у молодого врача Оля.
— Полагаю, есть. Даже больше. Но не затягивайте! Там еще много проблем, которые надо решить, — ответил Сергей Сергеевич.
Оля кивнула и тяжелой походкой отправилась в палату к Даше.
Тем же вечером, оставив Дашу на попечительстве ночной медсестры и договорившись с непреклонным охранником, дежурившим на входе, Ольга помчалась домой. Предстоял нелегкий разговор с мужем. В последнее время они все были нелегкими, эти разговоры. Но теперь, в свете последних событий, разговор виделся крайне жестким.
Трясясь в переполненной маршрутке, Ольга рисовала себе массу негативных сценариев развития событий. Ах, это женское воображение! Вечно оно принимается рисовать какие-то апокалипсические картины, разворачивая в воображении всякие невероятные сценарии, какие только могут придумать женские мозги! Все фантасты-утописты мира нервно курят в стороне, глядя с серо-зеленой завистью на такую «воображалку»! Зачем?! ЗАЧЕМ?! Может все не так на самом деле?! Может все будет хорошо?!
Подогретая воображением до кипения, Оля с трудом взяла себя в руку, минутку отдышавшись перед тем, как преступить порог дома. Предвидя нелегкий разговор, Юрина мама, Инесса Александровна, сидевшая дома с внучком Богдашей, предусмотрительно увела Бодю в другую комнату, включив ему погромче мультики.
Страница 78 из 105
