Жила-была однажды сказка, которая очень хотела быть рассказанной всему свету. Желание это было совершенно естественным: уж она-то знала, что была почти готова. Многие принимали участие в ее создании: одни — совершая удивительные поступки, другие вносили свою лепту, вновь и вновь рассказывая об этих поступках.
18 мин, 16 сек 17293
Однако за эти годы постоянно происходили события, способствовавшие созданию сказки. Однажды утром во время каникул она сидела за завтраком со своим отцом и беседовала о давних временах. И вот он начал рассказывать о приятеле юности, описывая его как самого очаровательного человека. Куда бы ни приходил этот человек, повсюду приносил он с собой радость и веселье. Он умел петь, писал музыку и импровизированные стихи. Если он аккомпанировал танцу, то плясала не только молодежь, но и старики со старухами, и знатные, и бедняки; а если он держал речь, то невозможно было не смеяться или не плакать, как ему то было угодно. Если он напивался, то мог играть и говорить лучше, чем будучи трезвым, а когда он влюблялся в женщину, то та не в силах была ему противостоять. Если он делал глупости, его прощали; если он когда-либо бывал печален, то хотелось сделать все что угодно, лишь бы вновь видеть его веселым. Но большого успеха в этом мире он не достиг, несмотря на все свои таланты. Большую часть своей жизни он прожил в усадьбах Вермланда, работая гувернером. В конце концов он выучился на священника. Это и было наивысшим его достижением.
После этого разговора она уже лучше, чем прежде, представляла себе героя сказки, благодаря чему сказка чуточку ожила. В один прекрасный день герой даже получил имя — он был назван Йёста Берлинг. Откуда он получил это имя, она и сама не знала. Казалось, он дал его себе сам.
В другой раз она проводила дома рождественские каникулы. Однажды вечером в страшную метель все отправились в дальний путь на рождественский пир. Поездка оказалась значительно длиннее, чем кто-либо мог предположить. Лошадь с трудом продвигалась вперед. Во время долгих часов поездки сквозь пургу она думала о сказке. А когда они наконец добрались до места, она уже сочинила свою первую главу, ту, в которой рассказывалось о рождественской ночи в кузнице.
И какую главу! Это была ее первая и на долгое время единственная глава. Сперва она была написана в стихах, поскольку по первоначальному плану сказка должна была стать циклом новелл, вроде сказаний фенрика Столя. Но постепенно планы изменились, и одно время была мысль написать сказку в виде пьесы. Тогда рождественская ночь была переработана, с тем чтобы войти в пьесу в качестве первого акта. Но и эта попытка не удалась, и она наконец решилась писать сказку в виде романа. И тогда глава была записана в прозе. Она вышла невероятно длинной, заполнив целых сорок рукописных страниц. Но когда ее переписали в последний раз, она заняла всего лишь десять.
Через несколько лет появилась вторая глава. Это была история о бале в Борге и о волках, гнавшихся за Йёстой Берлингом и Анной Шернхёк.
Эта глава писалась первоначально без малейшей мысли о том, что она сможет войти в сказку. Это была своего рода самостоятельная новелла, которую предполагалось прочитать на небольшой вечеринке. Но чтение новеллы не состоялось, и она была послана в «Дагню». Через некоторое время она была возвращена писательнице как не подходящая для журнала. Новелле еще попросту не хватало художественной обработки.
Между тем писательница раздумывала, как бы использовать эту злосчастную новеллу. А что, если она включит ее в сказку? Но это была совершенно самостоятельная, законченная история. Она бы странно выглядела среди других историй, которые легче объединялись воедино. А может быть, было бы не так уж плохо, подумала она тогда, если бы все главы сказки стали бы чем-то вроде завершенных историй? Это трудно, но само по себе вполне возможно. Не исключено, что при этом не получится цельного повествования. Да, но, пожалуй, это сделало бы книгу богаче и сильнее.
Итак, два важных решения были приняты. Определено было, что книга будет романом и что каждая глава будет абсолютно самостоятельной, но этим было достигнуто не так уж много. Когда у нее возникла идея написать сказку о кавалерах Вермланда, ей было двадцать два года, теперь же ей было уже около тридцати, а она успела написать не более двух глав. На что же ушли у нее эти годы? Она окончила семинарию, вот уже несколько лет, как она работала учительницей в Ландскруне, она многим интересовалась и многим занималась, но сказка по-прежнему оставалась ненаписанной. Конечно, было собрано много материала. Но отчего же ей так трудно было писать? Почему к ней никогда не приходило вдохновение? Почему ее перо так медленно скользило по бумаге? Наверное, в это время у нее был мрачный период. Она уже начала думать, что никогда не напишет свой роман. Она была тем работником, который зарывал свой талант в землю и не предпринимал попыток его использовать.
После этого разговора она уже лучше, чем прежде, представляла себе героя сказки, благодаря чему сказка чуточку ожила. В один прекрасный день герой даже получил имя — он был назван Йёста Берлинг. Откуда он получил это имя, она и сама не знала. Казалось, он дал его себе сам.
В другой раз она проводила дома рождественские каникулы. Однажды вечером в страшную метель все отправились в дальний путь на рождественский пир. Поездка оказалась значительно длиннее, чем кто-либо мог предположить. Лошадь с трудом продвигалась вперед. Во время долгих часов поездки сквозь пургу она думала о сказке. А когда они наконец добрались до места, она уже сочинила свою первую главу, ту, в которой рассказывалось о рождественской ночи в кузнице.
И какую главу! Это была ее первая и на долгое время единственная глава. Сперва она была написана в стихах, поскольку по первоначальному плану сказка должна была стать циклом новелл, вроде сказаний фенрика Столя. Но постепенно планы изменились, и одно время была мысль написать сказку в виде пьесы. Тогда рождественская ночь была переработана, с тем чтобы войти в пьесу в качестве первого акта. Но и эта попытка не удалась, и она наконец решилась писать сказку в виде романа. И тогда глава была записана в прозе. Она вышла невероятно длинной, заполнив целых сорок рукописных страниц. Но когда ее переписали в последний раз, она заняла всего лишь десять.
Через несколько лет появилась вторая глава. Это была история о бале в Борге и о волках, гнавшихся за Йёстой Берлингом и Анной Шернхёк.
Эта глава писалась первоначально без малейшей мысли о том, что она сможет войти в сказку. Это была своего рода самостоятельная новелла, которую предполагалось прочитать на небольшой вечеринке. Но чтение новеллы не состоялось, и она была послана в «Дагню». Через некоторое время она была возвращена писательнице как не подходящая для журнала. Новелле еще попросту не хватало художественной обработки.
Между тем писательница раздумывала, как бы использовать эту злосчастную новеллу. А что, если она включит ее в сказку? Но это была совершенно самостоятельная, законченная история. Она бы странно выглядела среди других историй, которые легче объединялись воедино. А может быть, было бы не так уж плохо, подумала она тогда, если бы все главы сказки стали бы чем-то вроде завершенных историй? Это трудно, но само по себе вполне возможно. Не исключено, что при этом не получится цельного повествования. Да, но, пожалуй, это сделало бы книгу богаче и сильнее.
Итак, два важных решения были приняты. Определено было, что книга будет романом и что каждая глава будет абсолютно самостоятельной, но этим было достигнуто не так уж много. Когда у нее возникла идея написать сказку о кавалерах Вермланда, ей было двадцать два года, теперь же ей было уже около тридцати, а она успела написать не более двух глав. На что же ушли у нее эти годы? Она окончила семинарию, вот уже несколько лет, как она работала учительницей в Ландскруне, она многим интересовалась и многим занималась, но сказка по-прежнему оставалась ненаписанной. Конечно, было собрано много материала. Но отчего же ей так трудно было писать? Почему к ней никогда не приходило вдохновение? Почему ее перо так медленно скользило по бумаге? Наверное, в это время у нее был мрачный период. Она уже начала думать, что никогда не напишет свой роман. Она была тем работником, который зарывал свой талант в землю и не предпринимал попыток его использовать.
Страница 3 из 5
