Игорь не выдержал и бросил лопату, третий день они с Виктором, словно кроты перерыли не один куб земли в поисках клада. С самого начала Игорю не нравилась эта затея, если бы не алчность не потащился вслед за Витькой за две тысячи километров от дома в такую глухомань. Еще дорогой он начал подумывать повернуть назад и каждый раз Виктор отговаривал, суля баснословный барыш от клада…
Степан сразу взял быка за рога и начал свою работу каждый вечер за бутылкой самогонки он, начиная из далека, подводил разговор к одному, что если он был в главе правления деньги лопатой греб, Василий Иванович с начало не соглашался, но как говорят бес попутал. Добытые деньги жгли карман, и Василий вместе со Степаном заливали это жар горькой. Однажды Степан рассказал все Васи, тот сказал, что за всеми грех есть и рассказал, что в революцию разорил попа и немало золота закопал у реки и не долго думая, повел показывать свой капитал. От увиденного у Степана загорелись глаза золотые и серебреные оклады, кресты, золотая монета, да за это можно получить кругленькую сумму денег. Дома вынашивал план кражи богатств. В этот вечер, они, сильно приняв на грудь, заснули мертвым сном, в полночь Степан проснулся, голова раскалывалась, и он пошел на кухню, открыв дверь, он обомлел. В свете луны стояла обнаженная Анастасия дочь Василия. Настя давно тайно вздыхала по Степану, не стала сопротивляться. На утро Степан первым услышал стук в дверь, поплелся открывать, на пороге стояли милиционеры… Степану удалось свалить все на Василия, это и спасло его от расстрела и получить двадцать пять лет за все. Хорошо не всплыли старые дела, а то стоять Степану рядом с Васей у стенки. В лагере он только и тешил себя мыслями о кладе, и освободившись в великую амнистию явился в родное село старых друзей не осталось кто погиб на фронте, кто сгнил в лагере и Степан решился вести себя разумней. Засватал Марью и начал жить новую жизнью. Но мир не без добрых людей и кто отослал анонимку и приехал за Степаном воронок. И понеслись опять. этапы лагеря. На воле родился сын названный Ильей потом и внук. а Степану все до-бавляли срок. не мог он смериться с наглостью молодчиков и те отвечали за свой язык. а Степан получал новый срок освободился он уже не мощным стариком и родных остался только внук Витя вот ему он рассказал об кладе и карту нарисовал. В лагере он встретил парня из села где был спрятан клади и Степан узнал, что из села уехали все и село забросили, И теперь Виктор не бояться и ехать за кладом.
Виктор долго искал подельника и выбрал старого друга Игоря, так они и попали в богом забытое село но дед ошибался думая, что в селе ни кого нет, придя они застали старуху с внучкой. Которая рассказала, что в городе не ужилась и приехала в село с внучкой. которая тронулась умом после того как на дней надругались. На третий день когда злые и уставшие они пришли с раскопок, Витек сорвался на старуху и плюнув на чистый пол пошел пить с Игорем. Игорь быстро опьянел, давало о себе усталость, и заснул прямо на столе. Виктор сидел, и тупо смотрел в окно, вдруг мелькнула тень, присмотревшись к тени, он понял, что это Шура внучка старухи. Дурная мысль охватила сознания Виктора и он, шатаясь, вышел на улицу. Шура напевала какую-то песню, крутя ворот колодца. Виктор молча набросился на беззащитную девушку и словно маньяк сорвал одежду. Александра словно раненый зверь пыталась вырваться из рук Виктора. Неожиданно хватка ослабла, и Виктор упал около ног остолбеневшей девушки. Над Виктором стоял Игорь с доской в руках он развернулся и молча пошел в дом. Жар охватил Шуру, и она бросилась в дом к бабушке. Которая сразу поняла, что случилось, она пыталась привести внучку в чувства, но та лежала, словно не живая. Старуха долга молилась перед образами и ждала утра… Виктор долга мотал головой и соображал, что случилось, как он оказался около колодца, голова раскалывалась, и Виктор поплелся к старухе, вчера он видел, как она заливала травы спиртом, готовя снадобья. Не здороваясь, он сразу достал из под кровати бутылку с плавающими в них ягодами боярышника и прямо из горла сделал глоток. На кровати лежала Шура вся в жару.
— Что заболела?