Найт-Вейл оказался самым заурядным, скучным городишкой, скучнее не придумаешь. Карлос ехал сюда, нагруженный дорогим оборудованием, на которое дохнуть боялся. Обе его ассистентки приобрели оружие и сделали все прививки, которые Карлос только смог найти, включая прививку от бубонной чумы. В институте почти никто не знал, куда это их понесло, а за пределами института знали только его заказчики.
Однако под раздражением на вечную скандалистку и спорщицу жило еще и самое настоящее за нее опасение. Чертовка умна, очень умна. И результаты. Результаты измерений действительно прыгали. Зачем-то же она взяла с собой счетчик Гейгера… А после ночевки у кого-то могла бы уже и вернуться: время на часах приближалось к десяти утра.
Карлос вспомнил голос по радио и вздрогнул. Кто там спускался к центру Земли?
— Идем в полицию, — согласился он.
В полиции их не приняли всерьез. Поутру в крошечном участке пахло растворимым кофе; молодой темнокожий шериф опять раскладывал пасьянс.
Выслушав их с Тиной, не перебивая, он спросил:
— Она отсутствует меньше суток. Почему вы решили искать ее уже сейчас?
По тону было ясно, что юнец пытался копировать чью-то официальную манеру.
Карлос постарался как можно короче и доходчивее объяснить проблемы с результатами измерений, рассказать о таинственной каверне и о том, что Джесси искала в нее спуск. Только он принялся красноречиво расписывать, что вообще-то спуски даже в неглубокие пещеры и трещины могут быть очень опасны, и не дай бог она сломала или вывихнула ногу и сейчас сидит на дне какой-нибудь расщелины, шериф его перебил:
— Тут нет никаких расщелин или пещер. Местность плоская, как стол. Но окей, я позвоню… кое-кому.
И начался обзвон населения.
Выглядело это так: шериф вызвал на экран компьютера экселевскую таблицу и начал старомодно, тыкая по клавишам телефона, вызывать дома один за другим.
Он позвонил в «У Арби», в пиццерию Рико, еще какому-то Тедди, потом набрал почту и отделение Банка Америки (оба в одном здании). Нигде Джесси не видели.
Карлос в это время нервно расхаживал по кабинету шерифа; Тина сидела в углу на стуле, с неизменным айфоном в руках.
— Ладно, — сказал шериф.
— Последнее средство.
— ФБР? — уточнил Карлос.
Шериф посмотрел на него со смутной жалостью.
— Поедем к Джози.
Старуха Джози не изменилась за те четыре дня, что ученые пробыли в Найт-Вейле. Казалось, она так и просидела все это время на веранде в кресле-качалке. Одна кошка спала у ее ног, другая — на коленях.
Двое котов сидели на перилах крыльца, и от их немигающего медно-рыжего взгляда Карлосу сделалось не по себе.
— Мэм, — шериф отдал старушке честь, поднимаясь на крыльцо; видно было, что ему хочется тут быть не больше, чем Карлосу.
— Мы тут… вы знаете, наверное. Та девочка… — Мисс Картер, — вставил Карлос.
— Да, мисс Картер, одна из ученых. Она со вчерашнего дня у них в лаборатории не появлялась. Вы не знаете. где она?
Старуха смотрела на них и сквозь них пустым, ровным взглядом;
опущенные уголки губ были скорбно поджаты.
— Нет, — сказала Джози.
Карлос еще в прошлый раз обратил внимание, какой у нее был звучный, хорошо поставленный голос, но в этот раз он как будто набрал силу и стал звучать моложе, почти без следов старческого дребезжания.
— Ну, а где ее в последний раз видели?
Игнорируя шерифа, старуха перевела взгляд влево, на Карлоса.
— Спроси у Палмера, — сказала она.
— Он подскажет.
Он всегда говорит, этот мальчик. Даже когда лучше бы ему помолчать.
Шериф явственно просветлел, как будто не обратив внимания на последнюю зловещую оговорку.
— Спасибо, мэм! Всегда знал, что на вас можно положиться.
После этого развернулся и, подхватив Карлоса под локоть, спустился с ним с крыльца.
— Вот, я же говорил, — удовлетворенно произнес, вытирая вспотевшее лицо, когда они подошли к машине, — старушка Джози всегда все обо всех знает. Как только умудряется, старая бестия!
— Кто такой Палмер? — поинтересовался Карлос, отгоняя неприятное предчувствие.
— Джефф Палмер, автомеханик. Правда, я бы не сказал, что он особо разговорчив… Ну да ладно.
Джеффа Палмера они нашли у него в мастерской: тот сидел на пустой бензиновой канистре, пил кофе со льдом из банки и перекусывал сандвичем. Рядом печально изнемогал бензиновым запахом полуразобранный шевроле. Палмер оказался среднего возраста (скорее уже за сорок), не низкий и не высокий (хотя ближе к высокому), не толстый и не худой (но с небольшим пивным брюшком). Смешанных кровей, похоже (как и Стивен — подумалось), но расу толком определить не удавалось, а цвет кожи можно было списать на густой загар. Из-под вылинявшей бейсболки выглядывали очень белые, то ли выцветшие, то ли рано поседевшие волосы.
Палмер крепко пожал Карлосу руку, вызвав у того короткий приступ иррационального стыда: огрубевшие от многолетней возни с машинным маслом ладони были темнее карлосовых. Даже после стольких лет отцовское «белоручка» и«лентяй» никак не шло из головы.