История мести Слендера закончилась тем, что монстр нашёл себе новое занятие — он похищал детей, которые в будущем, по его догадкам, могли стать такими же, как Дик и Кейт, убившими Слендера, сделавшими его тем, кем он является. То ли из мести, то ли просто от бесконечной тоски, Слендер продолжает совершать похищения. Но в одну из своих ночных вылазок он находит Майкла — 8-летнего ребёнка, спящего прямо на лавочке в парке. Слендер узнаёт о нём нечто такое, что заставляет его похитить ребёнка.
55 мин, 5 сек 20111
Но, помимо столов, Майкл увидел тела Мины и Миши. Мина была изорвана чёрными руками, которые теперь, словно грязь, растекались возле неё. Кости девушки были изломаны, рваные раны не позволили бы ей выжить даже с божьей помощью. А голова, размозженная о пол, теперь была похожа на кровавый недопечённый пирог.
Тело Миши было обглодано. Его плоть и видимые кости были чёрными, как смоль. Настоящий цвет смогли вернуть только глаза; наполненные болью и детской всеобъемлющей любовью, они всё-таки смогли одержать победу над тьмой. Пусть и маленькую, бессмысленную победу.
Майкл больше не плакал и не дрожал. Он чувствовал, что за его спиной кто-то стоит, но не спешил оборачиваться. Он знал, что если бы этот кто-то желал ему смерти, он был бы уже мёртв.
Мама положила свою на удивление тёплую руку на плечо Майкла. Мальчик вздрогнул, но больше от удивления, чем от испуга. Мама убрала руку и направилась вперед, к телу Мины. Майкл хотел было что-то сказать, но не решился. Мама двигалась медленно, но не заторможенно. Как раз так, чтобы не пугать ребёнка.
Взяв карандаш, сжатый пальцами руки Мины, Мама нацарапала им что-то на своём запястье и протянула руку Майклу. Мальчик неуверенно подошёл и прочитал слова, составленные царапинами: «Выбери ОДНУ его слабость. Она откроет окно».
После чего Мама громко закричала и схватилась за голову. Крик издавало всё её тело; она упала, продолжая кричать, извиваясь в конвульсиях, словно пытаясь потушить на себе невидимое пламя или сбросить с себя сеть из колючей проволоки.
— Как я могу помочь? — испуганно прошептал Майкл. Из его глаз покатились слёзы.
Мама на мгновение замерла, а затем, прежде чем исчезнуть во вспышке темноты, словно с облегчением невнятно прохрипела:
— Убей его.
Это была ледяная пустыня. Сильные ветры сдували верхушки айсбергов, несли их по воздуху и сокрушали ими другие айсберги, срывали снежные слои кожи пустыни и несли, несли их куда-то.
Небо было тёмным, безоблачным, полным мёртвых потухших звёзд. Небо плакало чёрным снегом на чёрный лед в чёрной ночи чёрного мира, который постепенно разрушался белыми руками ребёнка.
Чёрная фигура Слендера была непоколебима, в отличие от израненной фигуры Мамы. Она не могла управлять этим миром. Она была создана лишь для контролирования детей. И не справилась с задачей.
В очередном приступе всесжигающего гнева Слендер натравил на своё детище ещё более сильный поток ветра. Безлицее существо поднялось в воздух и, подхваченное ветром, было брошено в ледяную скалу. Идеально гладкая ранее голова треснула, как скорлупа варёного яйца. Осыпаясь, эта скорлупа освобождала настоящее лицо настоящей живой женщины.
Её страшная кожа, созданная Слендером, также начала трескаться и осыпаться, высвобождая женщину из своего душного мертвенного плена.
Кейт оказалась абсолютно нагой на этом смертельном холоде. Её волосы давно выпали и теперь клочьями прилипали к её грязной спине, не прикрывая больше облысевшую голову.
Кейт упала в снег и откинулась на спину, улыбаясь небу. Она понимала, что и небо было не настоящим, и снег, и даже воздух. И даже она сама, возможно, уже не существовала. Но ощущение долгожданной свободы придало ей сил. Необходимых для выживания сил.
Кейт теперь не чувствовала желания убивать детей. Она больше не была обязана пугать, убивать, забирать их. Путы Слендера пали. Его власть запеклась в собственном соке. Восьмилетний мальчик был тому виной.
Кейт рассмеялась. Рассмеялась так громко и живо, что чёрный снег вокруг начал таять, а ледяные ветра, насылаемые Слендером, разбивались об этот смех.
Кейт поднялась на ноги, полная сил, решительности и знающая, что она сейчас совершит.
Измученная в прошлом, но спасённая теперь, Кейт направлялась прямо к Слендеру, который надеялся убить её за то, что она ослушалась его приказов. Теперь же он сам, как те ледники, едва ли не крошился и не осыпался в снег. А ветры, которые, как надеялся Слендер, должны были смести проклятое тело Кейт, беспомощно замирали перед ней.
Планы Слендера вновь рушились, стремительно сгнивая и разлагаясь, становясь пеплом в собственных ветрах.
Кейт двигалась вперёд, не обращая внимания на чёрные колючие сугробы, холод и чувство безнадёжности, сыплющееся с небес. И, наконец, вплотную подошла к Слендеру, который уменьшился в размерах, словно бы сжался от страха, и стал одного с ней роста.
Кейт улыбнулась. А затем, плюнув монстру в лицо, с размаха ударила его кулаком в грудь. Слендер не понёс никаких потерь, но Кейт освободилась окончательно. Отбежав на несколько метров назад, она, не стесняясь своей наготы, повернулась к Слендеру лицом и вновь громко рассмеялась, раскинув руки в стороны.
Неслышно шелестя, из-за спины Слендера вытянулись его верные щупальца и устремились к Кейт, дабы умертвить спасшуюся. И они впервые встретили достойное сопротивление. Они окаменели и замерли в воздухе, не достав до жертвы всего несколько сантиметров.
Тело Миши было обглодано. Его плоть и видимые кости были чёрными, как смоль. Настоящий цвет смогли вернуть только глаза; наполненные болью и детской всеобъемлющей любовью, они всё-таки смогли одержать победу над тьмой. Пусть и маленькую, бессмысленную победу.
Майкл больше не плакал и не дрожал. Он чувствовал, что за его спиной кто-то стоит, но не спешил оборачиваться. Он знал, что если бы этот кто-то желал ему смерти, он был бы уже мёртв.
Мама положила свою на удивление тёплую руку на плечо Майкла. Мальчик вздрогнул, но больше от удивления, чем от испуга. Мама убрала руку и направилась вперед, к телу Мины. Майкл хотел было что-то сказать, но не решился. Мама двигалась медленно, но не заторможенно. Как раз так, чтобы не пугать ребёнка.
Взяв карандаш, сжатый пальцами руки Мины, Мама нацарапала им что-то на своём запястье и протянула руку Майклу. Мальчик неуверенно подошёл и прочитал слова, составленные царапинами: «Выбери ОДНУ его слабость. Она откроет окно».
После чего Мама громко закричала и схватилась за голову. Крик издавало всё её тело; она упала, продолжая кричать, извиваясь в конвульсиях, словно пытаясь потушить на себе невидимое пламя или сбросить с себя сеть из колючей проволоки.
— Как я могу помочь? — испуганно прошептал Майкл. Из его глаз покатились слёзы.
Мама на мгновение замерла, а затем, прежде чем исчезнуть во вспышке темноты, словно с облегчением невнятно прохрипела:
— Убей его.
Это была ледяная пустыня. Сильные ветры сдували верхушки айсбергов, несли их по воздуху и сокрушали ими другие айсберги, срывали снежные слои кожи пустыни и несли, несли их куда-то.
Небо было тёмным, безоблачным, полным мёртвых потухших звёзд. Небо плакало чёрным снегом на чёрный лед в чёрной ночи чёрного мира, который постепенно разрушался белыми руками ребёнка.
Чёрная фигура Слендера была непоколебима, в отличие от израненной фигуры Мамы. Она не могла управлять этим миром. Она была создана лишь для контролирования детей. И не справилась с задачей.
В очередном приступе всесжигающего гнева Слендер натравил на своё детище ещё более сильный поток ветра. Безлицее существо поднялось в воздух и, подхваченное ветром, было брошено в ледяную скалу. Идеально гладкая ранее голова треснула, как скорлупа варёного яйца. Осыпаясь, эта скорлупа освобождала настоящее лицо настоящей живой женщины.
Её страшная кожа, созданная Слендером, также начала трескаться и осыпаться, высвобождая женщину из своего душного мертвенного плена.
Кейт оказалась абсолютно нагой на этом смертельном холоде. Её волосы давно выпали и теперь клочьями прилипали к её грязной спине, не прикрывая больше облысевшую голову.
Кейт упала в снег и откинулась на спину, улыбаясь небу. Она понимала, что и небо было не настоящим, и снег, и даже воздух. И даже она сама, возможно, уже не существовала. Но ощущение долгожданной свободы придало ей сил. Необходимых для выживания сил.
Кейт теперь не чувствовала желания убивать детей. Она больше не была обязана пугать, убивать, забирать их. Путы Слендера пали. Его власть запеклась в собственном соке. Восьмилетний мальчик был тому виной.
Кейт рассмеялась. Рассмеялась так громко и живо, что чёрный снег вокруг начал таять, а ледяные ветра, насылаемые Слендером, разбивались об этот смех.
Кейт поднялась на ноги, полная сил, решительности и знающая, что она сейчас совершит.
Измученная в прошлом, но спасённая теперь, Кейт направлялась прямо к Слендеру, который надеялся убить её за то, что она ослушалась его приказов. Теперь же он сам, как те ледники, едва ли не крошился и не осыпался в снег. А ветры, которые, как надеялся Слендер, должны были смести проклятое тело Кейт, беспомощно замирали перед ней.
Планы Слендера вновь рушились, стремительно сгнивая и разлагаясь, становясь пеплом в собственных ветрах.
Кейт двигалась вперёд, не обращая внимания на чёрные колючие сугробы, холод и чувство безнадёжности, сыплющееся с небес. И, наконец, вплотную подошла к Слендеру, который уменьшился в размерах, словно бы сжался от страха, и стал одного с ней роста.
Кейт улыбнулась. А затем, плюнув монстру в лицо, с размаха ударила его кулаком в грудь. Слендер не понёс никаких потерь, но Кейт освободилась окончательно. Отбежав на несколько метров назад, она, не стесняясь своей наготы, повернулась к Слендеру лицом и вновь громко рассмеялась, раскинув руки в стороны.
Неслышно шелестя, из-за спины Слендера вытянулись его верные щупальца и устремились к Кейт, дабы умертвить спасшуюся. И они впервые встретили достойное сопротивление. Они окаменели и замерли в воздухе, не достав до жертвы всего несколько сантиметров.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 14 из 16
