Фандом: The Elder Scrolls. Все наслышаны о подвиге Довакина, победителя Алдуина, но никто не может точно сказать, ни кем он был, ни как выглядел. Некоторые вообще утверждают, что Довакином была девица. Но звучат баллады, и восхваляет народ величайший Подвиг. Лишь Довакин может сказать, сколько правды и вымысла в историях о нём. И помните: барды не то, чем кажутся.
106 мин, 3 сек 19174
— Ты поэтому доказывал нам, что не всех драконов нужно убивать?
— Да, Дельфина. Я не хочу быть твоим врагом, не хочу, чтобы нам пришлось убивать друг друга.
Эсберн задумчиво наморщил лоб.
— Значит, всё то время, когда ты путешествовал отдельно от нас, ты пользовался своими крыльями? Именно так ты обогнал нас на пути в Ривервуд? А лагерь Изгоев, случайно, не ты уничтожил?
— Случайно я, — Дин открыл глаза и посмотрел на Эсберна с некоторым интересом. — Я не убивал их, только напугал и заставил переключить своё внимание с двух одиноких спутников на себя.
— Я хочу это увидеть, — тихо, но твёрдо сказала Дельфина. — Как ты превращаешься в дракона.
— Я бы тоже не отказался, — признался Эсберн. — Никогда не видел дракона вблизи.
— Пойдёмте во двор, — предложил Дин со вздохом.
Оказавшись под открытым небом, он попросил Клинков отойти чуть подальше и превратился. Эсберн восхищённо цокнул языком и поспешил исследовать всё, до чего мог дотянуться, Дельфина же неотрывно смотрела на дракона, положив ладонь на рукоять меча.
Дин вдруг резко подался вперёд — Дельфина не успела ни отшатнуться, ни достать оружие, хотя, казалось, была готова — и смачно лизнул её, проведя раздвоенным языком по броне и лицу.
— Гадость какая! — воскликнула Дельфина, немедленно вышедшая из ступора. — Дин, скотина! Как я теперь отмываться буду?!
Дракон улыбнулся и завилял хвостом, словно собака. Ещё и язык свой из пасти вывалил набок!
— Ну, зато, кажется, ты не спешишь меня убивать.
— Мне надо напиться, — мрачно ответила Дельфина, развернулась и скрылась в Храме.
— Как думаешь, она простит меня? — Дин вывернул шею, чтобы посмотреть на Эсберна. — Пожалуйста, не надо пытаться отковырять у меня чешуйку, я тебе подарю, когда сама выпадет.
— Мне тоже не помешает переварить эти новости, — Эсберн отошёл чуть в сторону. — Что ты собираешься делать дальше?
— Сражаться с Алдуином. Я не знаю, вернусь ли и получится ли у меня…
— Если у тебя получится, ты всегда будешь желанным гостем, здесь, Дин, — заверил Эсберн. — Ты многое сделал для нас.
— Спасибо. Я ценю это, правда. Передай Дельфине мои извинения. Прощай, надеюсь, увидимся вновь.
Дракон расправил крылья и взлетел.
— До свидания, Дин. Надеюсь, что до свидания, — негромко сказал Эсберн, смотря ему вслед.
— То есть ты хочешь, чтобы я набрал в эту штуку кровь различных эльфов, чтобы ты открыл вон ту штуку, — Дин махнул рукой на гигантский куб, торчащий изо льда, — и только потом ты скажешь мне, где может находиться Древний Свиток?
— Именно так, — закивал Септимий Сегоний.
— Ага, щаз, — протянул Дин насмешливо и повернулся к кубу лицом. — Отойди-ка подальше. YOL TooR Shul! YOL AL Pah!
Выдав сразу два Крика подряд, дракон закашлялся, настигнутый приступом дикой боли в горле, но эта глупость полностью окупилась. Усиленный огонь-всеразрушитель с рёвом ударил в стенку куба, вгрызся в металл, словно рой диких насекомых. Драконья магия боролась с технологиями двемеров — и побеждала. Хотя снег и лёд вокруг остались нетронутыми, куб нехотя потёк, заплакал расплавленными каплями, которые медленно стекали на пол и собирались в небольшую лужицу. Пламя погасло, когда в стене образовалось отверстие, достаточное, чтобы туда можно было пролезть. Дин жестом велел Септимию оставаться на месте, пока металл не остынет до приемлемой температуры.
Пространство вспучилось, в воздухе разлился чёрный туман с запахом отсыревших книг, из которого на Дина уставились разномастные глаза. Периодически в тумане мелькали чёрные щупальца, от их мельтешения кружилась голова и тянуло отвести взгляд, но Дин упрямо оскалился и продолжил смотреть в самый крупный глаз. Горло его ещё не восстановилось после использования Голоса, поэтому Дин безбожно сипел, будто подхватил жесточайшую ангину. Но эта неприятность не могла ему помешать.
— Хреново выглядишь, Хермеус, — сообщил Дин туманному облаку. — Помесь грязекраба и дреуга смотрелась куда внушительнее.
— Ты испортил мою игру, юный дракон, — с безразличной интонацией ответил Принц даэдра. — Смертный должен был пройти свой путь до конца. Это было бы забавно. Но сейчас он бесполезен.
За спиной Дина раздался сдавленный хрип, Септимий осел на землю, хватаясь за горло в бесполезной попытке разжать душащие его невидимые щупальца, но вскоре затих.
— Ну и? — Дин даже не оглянулся посмотреть на мёртвого безумца.
— Ты нагл, — Хермеус медленно моргнул всеми глазами разом. — Но, возможно, вскоре ты уже не будешь столь самоуверен.
— Намекаешь на то, что Алдуин меня всё-таки прикончит?
— Алдуин? Нет, это будет кое-кто другой. Или не будет. Доживёшь — узнаешь, юный дракон.
— Может, тогда ты мне скажешь, где хранится один из Rah WahLaaN? Септимий обещал поделиться информацией, да вот не успел.
— Да, Дельфина. Я не хочу быть твоим врагом, не хочу, чтобы нам пришлось убивать друг друга.
Эсберн задумчиво наморщил лоб.
— Значит, всё то время, когда ты путешествовал отдельно от нас, ты пользовался своими крыльями? Именно так ты обогнал нас на пути в Ривервуд? А лагерь Изгоев, случайно, не ты уничтожил?
— Случайно я, — Дин открыл глаза и посмотрел на Эсберна с некоторым интересом. — Я не убивал их, только напугал и заставил переключить своё внимание с двух одиноких спутников на себя.
— Я хочу это увидеть, — тихо, но твёрдо сказала Дельфина. — Как ты превращаешься в дракона.
— Я бы тоже не отказался, — признался Эсберн. — Никогда не видел дракона вблизи.
— Пойдёмте во двор, — предложил Дин со вздохом.
Оказавшись под открытым небом, он попросил Клинков отойти чуть подальше и превратился. Эсберн восхищённо цокнул языком и поспешил исследовать всё, до чего мог дотянуться, Дельфина же неотрывно смотрела на дракона, положив ладонь на рукоять меча.
Дин вдруг резко подался вперёд — Дельфина не успела ни отшатнуться, ни достать оружие, хотя, казалось, была готова — и смачно лизнул её, проведя раздвоенным языком по броне и лицу.
— Гадость какая! — воскликнула Дельфина, немедленно вышедшая из ступора. — Дин, скотина! Как я теперь отмываться буду?!
Дракон улыбнулся и завилял хвостом, словно собака. Ещё и язык свой из пасти вывалил набок!
— Ну, зато, кажется, ты не спешишь меня убивать.
— Мне надо напиться, — мрачно ответила Дельфина, развернулась и скрылась в Храме.
— Как думаешь, она простит меня? — Дин вывернул шею, чтобы посмотреть на Эсберна. — Пожалуйста, не надо пытаться отковырять у меня чешуйку, я тебе подарю, когда сама выпадет.
— Мне тоже не помешает переварить эти новости, — Эсберн отошёл чуть в сторону. — Что ты собираешься делать дальше?
— Сражаться с Алдуином. Я не знаю, вернусь ли и получится ли у меня…
— Если у тебя получится, ты всегда будешь желанным гостем, здесь, Дин, — заверил Эсберн. — Ты многое сделал для нас.
— Спасибо. Я ценю это, правда. Передай Дельфине мои извинения. Прощай, надеюсь, увидимся вновь.
Дракон расправил крылья и взлетел.
— До свидания, Дин. Надеюсь, что до свидания, — негромко сказал Эсберн, смотря ему вслед.
— То есть ты хочешь, чтобы я набрал в эту штуку кровь различных эльфов, чтобы ты открыл вон ту штуку, — Дин махнул рукой на гигантский куб, торчащий изо льда, — и только потом ты скажешь мне, где может находиться Древний Свиток?
— Именно так, — закивал Септимий Сегоний.
— Ага, щаз, — протянул Дин насмешливо и повернулся к кубу лицом. — Отойди-ка подальше. YOL TooR Shul! YOL AL Pah!
Выдав сразу два Крика подряд, дракон закашлялся, настигнутый приступом дикой боли в горле, но эта глупость полностью окупилась. Усиленный огонь-всеразрушитель с рёвом ударил в стенку куба, вгрызся в металл, словно рой диких насекомых. Драконья магия боролась с технологиями двемеров — и побеждала. Хотя снег и лёд вокруг остались нетронутыми, куб нехотя потёк, заплакал расплавленными каплями, которые медленно стекали на пол и собирались в небольшую лужицу. Пламя погасло, когда в стене образовалось отверстие, достаточное, чтобы туда можно было пролезть. Дин жестом велел Септимию оставаться на месте, пока металл не остынет до приемлемой температуры.
Пространство вспучилось, в воздухе разлился чёрный туман с запахом отсыревших книг, из которого на Дина уставились разномастные глаза. Периодически в тумане мелькали чёрные щупальца, от их мельтешения кружилась голова и тянуло отвести взгляд, но Дин упрямо оскалился и продолжил смотреть в самый крупный глаз. Горло его ещё не восстановилось после использования Голоса, поэтому Дин безбожно сипел, будто подхватил жесточайшую ангину. Но эта неприятность не могла ему помешать.
— Хреново выглядишь, Хермеус, — сообщил Дин туманному облаку. — Помесь грязекраба и дреуга смотрелась куда внушительнее.
— Ты испортил мою игру, юный дракон, — с безразличной интонацией ответил Принц даэдра. — Смертный должен был пройти свой путь до конца. Это было бы забавно. Но сейчас он бесполезен.
За спиной Дина раздался сдавленный хрип, Септимий осел на землю, хватаясь за горло в бесполезной попытке разжать душащие его невидимые щупальца, но вскоре затих.
— Ну и? — Дин даже не оглянулся посмотреть на мёртвого безумца.
— Ты нагл, — Хермеус медленно моргнул всеми глазами разом. — Но, возможно, вскоре ты уже не будешь столь самоуверен.
— Намекаешь на то, что Алдуин меня всё-таки прикончит?
— Алдуин? Нет, это будет кое-кто другой. Или не будет. Доживёшь — узнаешь, юный дракон.
— Может, тогда ты мне скажешь, где хранится один из Rah WahLaaN? Септимий обещал поделиться информацией, да вот не успел.
Страница 27 из 30
