За окнами — зима. Вечер, а уже так темно, будто ночь наступила. Впрочем, так как небо завесили тучи, а дело происходило в городе, то и ночь, и вечер — всё одно, полной тьмы не было. От отражённых городских огней небо казалось тёмно-оранжевым…
117 мин, 30 сек 8136
С тех пор Ван совсем потерял совесть. Много совершил он злодеяний, многих непокорных ему убил, и смог сплотить несколько крупных племён. Во главе большой армии выступил он на тех, среди кого родился и вырос. Теперь он уже не думал о благе своих соплеменников — он жаждал покарать их за то, что они однажды не послушали его.
Узнала о приближающейся армии Улыбка Солнца, и помрачнела больше прежнего. Поняла, что любит она Вана ещё больше, нежели прежде; любит не таким, каким он стал теперь, а каким он был прежде…
К древней своей мудрости обратилась светлая фея, и поняла, что единственный способ излечить Вана — это поставить на место чёрного кристалла леденившего его грудь, своё сердце…
Но сам кристалл нельзя было выкинуть или уничтожить. Таково уж было давнее проклятье: тот, кто этот кристалл извлёк из чьей-то груди, должен был поставить его в свою грудь, на место сердца.
Так любила Улыбка Солнца Вана, что готова была и на эту жертву. И вот явилась перед Ваном, который после долгого перехода дал недолгий отдых для своей армии.
Он сидел в тени от высокого дуба, мрачный и задумчивый и никого к себе не подпускал, но незамеченной пробралась к нему фея.
Увидев её, сразу вскочил Ван, и прохрипел:
— Ты?!
— Да, это я, — спокойным голосом ответила Улыбка Солнца.
— Ты принесла мне сокровища?! — прошипел Ван, а лицо его от сильного волнения побагровело, и покатились по нему крупные капли пота.
— Да. Я принесла тебе самое главное сокровище. И это сокровище — жизнь.
С этими словами Улыбка Солнца вырвала из груди Вана чёрный кристалл, а на его место поставила своё светлое сердце.
Потемнел и исказился лик некогда прекрасной феи. Но всё же успела она прочитать заранее приготовленное заклятье, и погрузилась в глубокий, колдовской сон…
Только тогда понял Ван, что он потерял, и залился слезами. Но то были светлые слёзы раскаянья.
Мудростью своей сумел он успокоить тех людей, которые составляли его армию, и они вернулись по своим домам.
Ван же построил мраморную гробницу, в центре которой спала в хрустальном гробу его возлюбленная Улыбка Солнца.
Жил он в маленькой хижине, и до самой смерти молил у Бога о прощении. Умер Ван в глубокой старости.
Что касается его племени, то эти люди, лишившись своей доброй покровительницы фет, разбрелись по всему свету, слились с иными племенами и вскоре уже совсем позабыли о своём идиллическом прошлом: зато узнали они и лишения, и страдания, и голод, и холод, и гнев и войны…
Ну а чёрный кристалл всё ещё жил в груди Улыбки Солнца. Он жаждал нести в мир боль и разрушения. Постепенно, год за годом он наполнял тело спящей своей тёмной силой…
И однажды из гроба поднялся жуткий призрак. Это и была ведьма, которая в дальнейшем превратила многих детей в котят, и сотворила ещё много всяких злодейств…
Да — это был призрак, но наделённый великой силой. Что же касается тела, то оно так и осталось лежать в гробу.
За многие века и гроб, и тело много где перебывали, пока не очутились на верхнем этаже в заброшенной усадьбе среди парка.
Такова была история, которую поведали деревянные львы Ленке. Закончили же они такими словами:
— И теперь ты должна поставить настоящее сердце феи на место чёрного кристалла.
Вздрогнула Ленка и прошептала:
— Что же — я готова. Только неужели кристалл займёт место моего сердца?
И ответили ей львы:
— Мы бы этого не допустили. Знай, что чёрный кристалл пробыл в груди ведьмы-феи слишком долго, и теперь, извлечённый наружу, должен рассыпаться в прах.
Глава 11
СЕРДЦЕ И КРИСТАЛЛ
Первым из пещеры выглянул Витя-кот. Причём выглядывал он очень осторожно, ожидая, что где-то поблизости может оказаться ведьма. Но нигде её не было видно. И только лишь безрадостный, выжженный пейзаж простирался окрест…
А сзади слышались нетерпеливые голоса жаждущих скорейшего освобожденья котят:
— Ну, что там?
И Витя-кот ответил:
— Всё нормально — можете выходить…
И когда эта длинная, пушистая процессия начала выходить из пещеры, то обратился он к Марианне-кошке, которая шла рядом с ним:
— Знать бы ещё только, куда тут идти…
А Марианна-кошка ответила:
— Но ты ведь помнишь, как попал сюда, да?
— Помню, — вздохнул от неприятных воспоминаний Витя-кот. — Ведьма несла меня через тёмные залы, а потом подошла к какому-то здоровенному блюду, ухватилась за выступы на его крышке… открыла… на блюде этом кипела темнота, и ведьма бросилась меня в эту темноту. Так я и очутился здесь…
— Примерно то же самое было и со всеми нами, — произнесла Марианна-кошка. — Правда, так как мы давно уже служим ведьме и больше восприимчивы к её колдовству, то она и не подносила каждого из нас к этому блюду. Нет. Ей достаточно было только свистнуть, и добавить несколько магических словечек, и нас, где бы мы ни находились, словно бы какой-то вихрь подхватывал и нёс через это блюдо сюда…
Тут шедший рядом с ними котёнок с желтоватым оттенком шерсти проговорил:
Узнала о приближающейся армии Улыбка Солнца, и помрачнела больше прежнего. Поняла, что любит она Вана ещё больше, нежели прежде; любит не таким, каким он стал теперь, а каким он был прежде…
К древней своей мудрости обратилась светлая фея, и поняла, что единственный способ излечить Вана — это поставить на место чёрного кристалла леденившего его грудь, своё сердце…
Но сам кристалл нельзя было выкинуть или уничтожить. Таково уж было давнее проклятье: тот, кто этот кристалл извлёк из чьей-то груди, должен был поставить его в свою грудь, на место сердца.
Так любила Улыбка Солнца Вана, что готова была и на эту жертву. И вот явилась перед Ваном, который после долгого перехода дал недолгий отдых для своей армии.
Он сидел в тени от высокого дуба, мрачный и задумчивый и никого к себе не подпускал, но незамеченной пробралась к нему фея.
Увидев её, сразу вскочил Ван, и прохрипел:
— Ты?!
— Да, это я, — спокойным голосом ответила Улыбка Солнца.
— Ты принесла мне сокровища?! — прошипел Ван, а лицо его от сильного волнения побагровело, и покатились по нему крупные капли пота.
— Да. Я принесла тебе самое главное сокровище. И это сокровище — жизнь.
С этими словами Улыбка Солнца вырвала из груди Вана чёрный кристалл, а на его место поставила своё светлое сердце.
Потемнел и исказился лик некогда прекрасной феи. Но всё же успела она прочитать заранее приготовленное заклятье, и погрузилась в глубокий, колдовской сон…
Только тогда понял Ван, что он потерял, и залился слезами. Но то были светлые слёзы раскаянья.
Мудростью своей сумел он успокоить тех людей, которые составляли его армию, и они вернулись по своим домам.
Ван же построил мраморную гробницу, в центре которой спала в хрустальном гробу его возлюбленная Улыбка Солнца.
Жил он в маленькой хижине, и до самой смерти молил у Бога о прощении. Умер Ван в глубокой старости.
Что касается его племени, то эти люди, лишившись своей доброй покровительницы фет, разбрелись по всему свету, слились с иными племенами и вскоре уже совсем позабыли о своём идиллическом прошлом: зато узнали они и лишения, и страдания, и голод, и холод, и гнев и войны…
Ну а чёрный кристалл всё ещё жил в груди Улыбки Солнца. Он жаждал нести в мир боль и разрушения. Постепенно, год за годом он наполнял тело спящей своей тёмной силой…
И однажды из гроба поднялся жуткий призрак. Это и была ведьма, которая в дальнейшем превратила многих детей в котят, и сотворила ещё много всяких злодейств…
Да — это был призрак, но наделённый великой силой. Что же касается тела, то оно так и осталось лежать в гробу.
За многие века и гроб, и тело много где перебывали, пока не очутились на верхнем этаже в заброшенной усадьбе среди парка.
Такова была история, которую поведали деревянные львы Ленке. Закончили же они такими словами:
— И теперь ты должна поставить настоящее сердце феи на место чёрного кристалла.
Вздрогнула Ленка и прошептала:
— Что же — я готова. Только неужели кристалл займёт место моего сердца?
И ответили ей львы:
— Мы бы этого не допустили. Знай, что чёрный кристалл пробыл в груди ведьмы-феи слишком долго, и теперь, извлечённый наружу, должен рассыпаться в прах.
Глава 11
СЕРДЦЕ И КРИСТАЛЛ
Первым из пещеры выглянул Витя-кот. Причём выглядывал он очень осторожно, ожидая, что где-то поблизости может оказаться ведьма. Но нигде её не было видно. И только лишь безрадостный, выжженный пейзаж простирался окрест…
А сзади слышались нетерпеливые голоса жаждущих скорейшего освобожденья котят:
— Ну, что там?
И Витя-кот ответил:
— Всё нормально — можете выходить…
И когда эта длинная, пушистая процессия начала выходить из пещеры, то обратился он к Марианне-кошке, которая шла рядом с ним:
— Знать бы ещё только, куда тут идти…
А Марианна-кошка ответила:
— Но ты ведь помнишь, как попал сюда, да?
— Помню, — вздохнул от неприятных воспоминаний Витя-кот. — Ведьма несла меня через тёмные залы, а потом подошла к какому-то здоровенному блюду, ухватилась за выступы на его крышке… открыла… на блюде этом кипела темнота, и ведьма бросилась меня в эту темноту. Так я и очутился здесь…
— Примерно то же самое было и со всеми нами, — произнесла Марианна-кошка. — Правда, так как мы давно уже служим ведьме и больше восприимчивы к её колдовству, то она и не подносила каждого из нас к этому блюду. Нет. Ей достаточно было только свистнуть, и добавить несколько магических словечек, и нас, где бы мы ни находились, словно бы какой-то вихрь подхватывал и нёс через это блюдо сюда…
Тут шедший рядом с ними котёнок с желтоватым оттенком шерсти проговорил:
Страница 28 из 32
