За окнами — зима. Вечер, а уже так темно, будто ночь наступила. Впрочем, так как небо завесили тучи, а дело происходило в городе, то и ночь, и вечер — всё одно, полной тьмы не было. От отражённых городских огней небо казалось тёмно-оранжевым…
117 мин, 30 сек 8139
По заснеженной поляне добежала до самой заброшенной усадьбы Ленка, и никто не попытался её остановить, так как и ведьма и все её слуги сражались теперь с деревянными львами. И всё же в этом месте всё настолько пропитано было древней злобой и ужасом, что девочке вновь и вновь приходилось подносить лицо к льющемуся из-под лепестков золотистому свечению. Оттуда она черпала силы — древнее, но чистое и доброе сердце феи по имени Улыбка Солнца помогало ей…
Вот она уже внутри усадьбы. Побежала по коридору, со стен которого свешивались обрывки чего-то тянувшегося к ней, обхватывающего. Но Ленка подносила к этим обрывкам сияющие лепестки, и обрывки поспешно выпускали её и отдёргивались как обожжённые.
Вот и винтовая лестница. Из подземелий доносился какой-то рокот, но Ленка побежала вверх…
Вот чёрные двери. Она толкнула их, и оказалась в завешанном паутинном помещении. В центре помещения стоял хрустальный гроб, а в гробу лежала какая-то тёмная фигура.
Дрожа от страха и отвращения, Ленка приподняла и с большим трудом отодвинула тяжёлую крышку гроба. Оказалось, что лежавшая внутри фигура похожа на полностью прогоревший уголёк.
Ленка пролепетала:
— Ну и что же мне теперь делать? Как же я смогу достать из её груди чёрный кристалл, и поставить на его место живое сердце?
За грязными окнами взвыл ветер, потемнело там, раздался грохот, и догадалась Ленка, что это ведьма, почуяв, что грозит ей, спешила назад, чтобы уничтожить Ленку.
Заплакала девочка, зашептала:
— Ну что же мне теперь делать? Что?
И вот тогда угольная рука лежавшей в гробу фигуры стремительно приподнялась и перехватила за запястье ту руку, в которой Ленка держала бутон с сердцем феи.
Вторая рука лежащей в гробу фигуры, быстрее, чем Ленка успела опомниться, выхватила этот бутон.
Девочка задрожала, отпрянула назад. И шептала она:
— Да что же это такое? Какая же я слабая… Я потеряла то, что мне было доверено…
За окнами стало совсем черно. Оттуда неслись яростные завыванья, от которых закладывало в ушах. Вот и стены вздрогнули…
И тогда лежавшая в гробу фигура сделала то, что Ленка меньше всего ожидала. Угольными своими руками вырвала она из своей груди чёрный кристалл. Невыносимой, жгучей чернотой зиял он.
Одновременно окна лопнули, и внутрь ворвалась ведьма, а за её постоянно изменяющимися кошмарными контурами виделось и воинство её с которым, казалось, никто на земле не смог бы совладать.
Но вот лежавшая в гробу фигура метнула чёрный кристалл в ведьму, а живое, солнцем сияющее сердце поставила к себе в грудь.
От напряжения последних минут у Ленки закружилась голова, и она медленно начала оседать на пол. И все же ещё увидела, как ведьма расплывается в нечто уже совершенно бесформенное, а казавшееся таким грозным воинство злобных призраков съёживается в точку…
И всё же Ленка так и не упала на пол.
Распахнулись двери, и в помещение ворвался Витя-кот. Увидев падающую Ленку, он выкрикнул её имя, и, забыв даже о том, что у него тело кота, бросился к ней, чтобы поймать…
И поймал, но не кошачьими лапами, а человеческими руками — прежнее обличье вернулось к нему, и был он мальчишкой.
Ну а из гроба поднималось светоносное облако, в центре которого билось живое сердце. Это и была фея Улыбка Солнца. К ней стремились смеющиеся световые облачка — души спасённых детей.
Очнулась Ленка и спросила у Улыбки Солнца:
— И куда вы теперь?
А Улыбка Солнца ответила музыкальным голосом:
— Туда, где наш светлый дом — на небеса. Ну а вам пора возвращаться к себе по домам, в город. Ваши родители уже волнуются за вас. И ничего не бойтесь. Отныне эта усадьба и весь парк освобождены от зла. Так что все хорошие люди могут гулять здесь и ничего не бояться…
Через некоторое время Ленка и Витя шли, взявшись за руки по большой лесной тропе.
Вдруг Ленка сказала:
— Ой, а у меня в кармане что-то шевелится.
— Может, это какой-нибудь прощальный «подарочек» ведьмы? — насторожился Витя. — Ну, например, взрывчатка какая-нибудь…
Но тут из Ленкиного кармана выскочила та белка, которую ещё днём заморозило служившее ведьме существо.
Запрыгнула белка на ветку, посмотрела на ребят, несколько раз взмахнула своим пушистым хвостом, и протрещала на своём беличьем языке что-то доброжелательное. Ну а потом она поспешно запрыгала с ветки на ветку, и вскоре скрылась в отдалении. Всё-таки, ей надо было спешить к своим деткам — маленьким бельчатам.
Ну а Ленка и Витя вновь взялись за руки, и пошли дальше. Они смотрели на темнеющее небо, по которому уже разливалось тёмно-оранжевое сияние ночного, зимнего города.
— Как красиво, правда? — спросила Ленка.
— Да… очень красиво, только за нами кто-то идёт…
Ленка обернулась и рассмеялась:
— Это же деревянные львы!
Деревянный лев и львица выступили из-за деревьев, и подошли к ним:
— Кто это? — прошептал Витя.
— Я тебе как-нибудь потом расскажу, — ответила Ленка.
— Не хотите ли прокатиться до своих домов с ветерком? — поинтересовался лев.
— С удовольствием! — кивнула Ленка.
Вот она уже внутри усадьбы. Побежала по коридору, со стен которого свешивались обрывки чего-то тянувшегося к ней, обхватывающего. Но Ленка подносила к этим обрывкам сияющие лепестки, и обрывки поспешно выпускали её и отдёргивались как обожжённые.
Вот и винтовая лестница. Из подземелий доносился какой-то рокот, но Ленка побежала вверх…
Вот чёрные двери. Она толкнула их, и оказалась в завешанном паутинном помещении. В центре помещения стоял хрустальный гроб, а в гробу лежала какая-то тёмная фигура.
Дрожа от страха и отвращения, Ленка приподняла и с большим трудом отодвинула тяжёлую крышку гроба. Оказалось, что лежавшая внутри фигура похожа на полностью прогоревший уголёк.
Ленка пролепетала:
— Ну и что же мне теперь делать? Как же я смогу достать из её груди чёрный кристалл, и поставить на его место живое сердце?
За грязными окнами взвыл ветер, потемнело там, раздался грохот, и догадалась Ленка, что это ведьма, почуяв, что грозит ей, спешила назад, чтобы уничтожить Ленку.
Заплакала девочка, зашептала:
— Ну что же мне теперь делать? Что?
И вот тогда угольная рука лежавшей в гробу фигуры стремительно приподнялась и перехватила за запястье ту руку, в которой Ленка держала бутон с сердцем феи.
Вторая рука лежащей в гробу фигуры, быстрее, чем Ленка успела опомниться, выхватила этот бутон.
Девочка задрожала, отпрянула назад. И шептала она:
— Да что же это такое? Какая же я слабая… Я потеряла то, что мне было доверено…
За окнами стало совсем черно. Оттуда неслись яростные завыванья, от которых закладывало в ушах. Вот и стены вздрогнули…
И тогда лежавшая в гробу фигура сделала то, что Ленка меньше всего ожидала. Угольными своими руками вырвала она из своей груди чёрный кристалл. Невыносимой, жгучей чернотой зиял он.
Одновременно окна лопнули, и внутрь ворвалась ведьма, а за её постоянно изменяющимися кошмарными контурами виделось и воинство её с которым, казалось, никто на земле не смог бы совладать.
Но вот лежавшая в гробу фигура метнула чёрный кристалл в ведьму, а живое, солнцем сияющее сердце поставила к себе в грудь.
От напряжения последних минут у Ленки закружилась голова, и она медленно начала оседать на пол. И все же ещё увидела, как ведьма расплывается в нечто уже совершенно бесформенное, а казавшееся таким грозным воинство злобных призраков съёживается в точку…
И всё же Ленка так и не упала на пол.
Распахнулись двери, и в помещение ворвался Витя-кот. Увидев падающую Ленку, он выкрикнул её имя, и, забыв даже о том, что у него тело кота, бросился к ней, чтобы поймать…
И поймал, но не кошачьими лапами, а человеческими руками — прежнее обличье вернулось к нему, и был он мальчишкой.
Ну а из гроба поднималось светоносное облако, в центре которого билось живое сердце. Это и была фея Улыбка Солнца. К ней стремились смеющиеся световые облачка — души спасённых детей.
Очнулась Ленка и спросила у Улыбки Солнца:
— И куда вы теперь?
А Улыбка Солнца ответила музыкальным голосом:
— Туда, где наш светлый дом — на небеса. Ну а вам пора возвращаться к себе по домам, в город. Ваши родители уже волнуются за вас. И ничего не бойтесь. Отныне эта усадьба и весь парк освобождены от зла. Так что все хорошие люди могут гулять здесь и ничего не бояться…
Через некоторое время Ленка и Витя шли, взявшись за руки по большой лесной тропе.
Вдруг Ленка сказала:
— Ой, а у меня в кармане что-то шевелится.
— Может, это какой-нибудь прощальный «подарочек» ведьмы? — насторожился Витя. — Ну, например, взрывчатка какая-нибудь…
Но тут из Ленкиного кармана выскочила та белка, которую ещё днём заморозило служившее ведьме существо.
Запрыгнула белка на ветку, посмотрела на ребят, несколько раз взмахнула своим пушистым хвостом, и протрещала на своём беличьем языке что-то доброжелательное. Ну а потом она поспешно запрыгала с ветки на ветку, и вскоре скрылась в отдалении. Всё-таки, ей надо было спешить к своим деткам — маленьким бельчатам.
Ну а Ленка и Витя вновь взялись за руки, и пошли дальше. Они смотрели на темнеющее небо, по которому уже разливалось тёмно-оранжевое сияние ночного, зимнего города.
— Как красиво, правда? — спросила Ленка.
— Да… очень красиво, только за нами кто-то идёт…
Ленка обернулась и рассмеялась:
— Это же деревянные львы!
Деревянный лев и львица выступили из-за деревьев, и подошли к ним:
— Кто это? — прошептал Витя.
— Я тебе как-нибудь потом расскажу, — ответила Ленка.
— Не хотите ли прокатиться до своих домов с ветерком? — поинтересовался лев.
— С удовольствием! — кивнула Ленка.
Страница 31 из 32
